Адские колокола (ЛП)
«Совсем не мерзко попробовать её вареник или перекинуть невесту через плечо и отшлёпать по булочкам самым порочным способом».
Такие действия неприличны для незамужних.
«Именно. Поэтому секс так чертовски хорош».
Никакого секса до первой брачной ночи. И то, они займутся им под одной причине — забеременеть.
«Кайфоломщик».
Поскольку голос говорил с раздражением, опять, Люцифер ментально обнял его. От этого жеста голос — которого он почему-то представлял в виде рогатой резиновой утки — отпрянул и на мгновение утихомирил недовольный ропот. Ну, и хорошо. Меньше всего Люцифер хотел отвлекаться, тем более, когда выбирал цветочные композиции. Он столкнулся с дилеммой — букет, который он задумал, можно было сделать только из шёлка. Ничто не омрачит день его драгоценной леди, особенно то, что её любимые растения погибнут.
— Что скажешь? — спросил он, держа в руках изящно украшенный букет бледных роз с тонкими лепестками. — Действуем по классическому сценарию? Или?.. — Он поднял другой букет из яркого смешения цветов. — Убедимся, что используем как можно больше цветочных жанров, чтобы никто из её сада не обиделся?
Его младшая дочь Мюриэль моргнула, но ничего не ответила. Он беспокоился о её слухе, как и о многом другом, касающегося его дочери. Например, о том, что она незамужняя, но с внебрачным ребёнком. Однако разговоры о том, как наладить личную жизнь, всегда сильно расстраивали Мюриэль.
«— А ты не думала узаконить свои отношения с джентльменами, и сотворить нечто постоянное?
— Они живут со мной. Это разве не постоянное? — возражала Мюриэль.
— Твой ребёнок заслуживает законного брака с прекрасным — а в твоём случае — прекрасными мужчинами, которых ты любишь.
— Кто ты и что сделал с моим отцом?
Похлопав её по руке, он произнёс:
— Не пытайся сменить тему. Понимаю, что тебе трудно, и хочу, чтобы ты знала, — он пристально посмотрел в глаза дочери, — я рядом.
— Лучше бы тебя не было, я скучаю по своему настоящему папе, — всхлипнула она».
Прежний папа прожил грешную жизнь, о которой Люцифер отказывался вспоминать… даже если этот голос продолжал талдычить. Он запер эти непослушные, порочные воспоминания и старался быть демоном, которым должен быть. Демоном, которому нужно собирать цветы.
— Ну? — Он потряс букетами перед Мюриэль. — Что скажешь? Монотонный или разноцветный? — Она опять моргнула и ничего не сказала. Бедняжку, вероятно, переполняли эмоции, учитывая, что её мама и папа, наконец, собирались связать себя узами брака и узаконить отношения. Он всё ещё не понимал, как позволил этой пародии продолжаться так долго.
«Не волнуйся, малышка, папочка снимет с тебя это гадкое клеймо».
«Ты говоришь «гадкое», будто это неправильно», — простонал его внутренний утёнок.
— Думаю, — вставила Бэмби, привлекая внимание Люцифера, — что ты должен позволить Гее выбирать.
На предложение старшей дочери он нахмурился, что было редкостью.
— Как только я спросил, Гея расплакалась. Бедный мой любимый маффин. Она так перегружена всеми приготовлениями к нашему грандиозному дню. Я делаю всё возможное, чтобы снять с неё часть давления. Ведь так сильно её люблю.
Так сильно, что пришлось сдерживаться, чтобы не обнять Гею.
«Да, обнять её, и покрепче. И обнажённую. Эти мягкие изгибы умоляют…»
Он мысленно захлопнул дверь. Прочь все эти гнусные мысли. Нужно уважать Гею.
Мюриэль застонала и принялась биться лбом о стол.
— Сладкая моя, — воскликнул Люцифер, отложил цветы и бросился к Мюриэль. — Ты заболела. Папочке вызвать доктора?
— Нет, — пробубнила она, уткнувшись в гладкую поверхность его старого стола.
— Давай тогда папочка поцелует ранку?
— Нет! — взвизгнула его дочь.
Старшая дочь, одетая в слишком короткую юбку и облегающий топ вместо свободных брюк и блузки, которые он ей купил, отвела его от стола.
— Эта маленькая овечка придёт в норму, просто немного перегружена вопросами, требующими внимания в моменты управления Адом.
— И какая же она замечательная дочь, что взяла на себя заботу о предстоящей свадьбе. — Мюриэль снова ударилась лбом, заставив задуматься, не нужно ли её обнять. — Я так ценю это.
— Как же я хочу, чтобы ты сказал мне отвалить и перестать пытаться лишить тебя работы. Может даже послал бы за мной пару наёмников, — пробормотала Мюриэль, подняв голову. В её глазах полыхало пламя Ада. — А может, ты вызвал бы во мне тошноту, затащив маму в угол и, на глазах у изумлённой общественности, стал бы к ней приставать?
— Я никогда не стану развращать твою мать!
— И всё же я хочу, чтобы ты развратил её до тех пор, пока она не закричит, а ты не начал бы хвалиться, ядрёна кочерыжка!
— Следи за языком, доченька! — воскликнул Люцифер. — Ты слишком хорошенькая, чтобы извергать подобную вульгарность.
— Пошёл ты, — очень чётко произнесла Мюриэль, подчёркивая слова поднятым средним пальцем
— Юная леди, у меня не дюжее терпение, но ты переходишь границы. Тебе прекрасно известно, что такое поведение недопустимо. — Он указал налево, ненавидя быть суровым родителем, но любя дочь, чтобы дать ей идти по дороге греха и неуважения. — Марш в свою комнату, пока не научишься вести себя так, как подобает воспитанной принцессе Ада.
— Я стану воспитанной тогда, когда Ад замёрзнет, — пробормотала она. — Ещё раз. Боже ж ты мой!
— И не произноси имя моего брата всуе, — добавил он, когда дочь скрылась из виду. Люцифер покачал головой и цыкнул, возвращая внимание к Бэмби. — Не представляю, что на неё нашло. Она так изменилась со времени помолвки.
— Ты уверен, что это она изменилась? — спросила Бэмби, глядя на него из-под копны светлых волос.
Люцифер активно принялся жестикулировать.
— Почему все об этом спрашивают? Такое ощущение, будто я внезапно изменился за одну ночь. Тем не менее, я никогда не чувствовал себя лучше.
— На тебе брюки пастельно-розового цвета и гавайская рубашка с ананасами.
— Знаю. Удивительное сочетание. — Он осмотрел себя. — Понимаю, гордыня — это грех, но ещё больший грех — лгать и говорить, что я не шикарен.
— Я скучаю по твоим подтяжкам с пингвинами и галстуку с акулой.
От напоминания о вещах, которые он выкинул из гардероба, он смутился.
— Не бойся, дочка. Я избавил себя от этих глупых модных предпочтений.
«Нет, только не дождевик с уточками!» — завопил голос в его голове
Он накинул на клетку тёплое, меховое одеяло, чтобы угомонить голос.
— Ты виделся с Нефертити? — поинтересовалась Бэмби.
— Зачем мне встречаться с почтенной колдуньей? Со мной всё в порядке.
«Ну и брехун ты», — огрызнулся его коварный друг.
Да, он солгал, но во благо, так что это не считается.
«Ты не в порядке. Во-первых, ты слышишь голоса».
Да, но всё же Люцифер не видел необходимости беспокоить кого-то тем, что у него, казалось, была небольшая проблема раздвоения личности. Всё под контролем.
Бэмби взгромоздилась на столешницу, по которой были разбросаны цветы. Короткая юбка дочери задралась, и Люцифер пожалел, что не может найти одеяло, чтобы укутать её.
— Думаю, тебе нужно с ней встретиться, — настаивала Бэмби. — Нефертити хотела провести ещё какие-то анализы.
С безразличием, которое не нужно было изображать, Люцифер махнул рукой.
— Я обожаю тебя за заботу, дочка, но я в порядке. А теперь скажи, что думаешь? — Он снова поднял букеты. — И имей в виду, я подбираю платья подружек невесты в тон.
«Как насчёт того, чтобы засунуть эти цветы туда, где не светит солнце?» — зарычала его запертая половина.
«Как насчёт ещё одних обнимашек?»
«ФУ!»
#ЛюблюОбнимашки
Глава 3
@ГеяЛюкНавеки: Встретимся в саду и обсудим план нападения. Нужно вернуть Владыку Ада. Точка.
#КомандаЗлогоЛюцифераВперёд