Тенеловы. Сердце ночи
– Вадим, – позвала я тенелова.
Он дернулся и посмотрел на меня с осуждением, будто вместо его имени я произнесла грубое ругательство.
– Так и знал, что Марк не удержит язык за зубами. Что еще разболтала эта находка для шпиона?
– Только твое имя и то, что магия сводит тебя с ума.
– Пришла меня пожалеть, сестренка, – хмыкнул он.
– Вовсе нет, ты в жалости не нуждаешься, – судя по приподнявшимся бровям тенелова, я его удивила. – Я лишь пытаюсь понять, с какой стати ты нам помогаешь. Магия опасна для тебя, но ты, между тем, жертвуешь собой, чтобы вытащить из беды незнакомцев.
– Я альтруист, – ответил Шальной, но, заметив мой скептический взгляд, перешел на серьезный тон: – когда мне было примерно столько же, сколько тебе сейчас, умерла моя бабка. Тебе уже, наверное, надоело слушать эту грустную историю, но для меня это поворотный момент в жизни. Прежде чем отойти в мир иной, бабушка пожелала видеть всех родственников. Я приехал сюда вместе с родителями. Тогда здесь было еще ничего. Никто из нас понятия не имел, что бабка занимается теневой магией, мы и о существовании теневой стороны не догадывались. Были такими же обывателями, как ты и твоя семья. Но бабка позвала нас не просто так. Ей нужен был преемник. Тот, кому она могла доверить все это, – Вадим обвел рукой комнату. – Кто-то, в ком были задатки теневой магии. Так вышло, что она выбрала меня. Перед смертью она завещала все мне, и моя жизнь изменилась. Меня начали одолевать видения, тени преследовали меня, и только в полной темноте я чувствовал себя в безопасности. В то время как большинство людей боится тьмы, я приходил в ужас от света. Родители не понимали, что происходит. Они водили меня к психологам, а после к психиатрам. Я не мог объяснить, что со мной творится, а все потому, что старая карга не посчитала нужным подготовить меня. Она словом не обмолвилась о мире теней. После очередного срыва меня заперли в психушку, и там я встретил тенелова. Он на многое открыл мне глаза. Худо-бедно я научился контролировать тени. Пройдя курс лечения, я не вернулся домой, а отправился прямиком сюда. Родители уговаривали меня переехать обратно к ним, но я отказался. Посчитав, что я унаследовал от бабки психическое заболевание, они в итоге оставили меня в покое. По правде говоря, не так уж сильно они заблуждаются. Все свободное время я трачу на изучение бабкиного наследства. Я сам научился магии и обрел равновесие с миром теней. Пару раз я путешествовал на другую сторону, но потом понял: каждое новое заклинание приближает меня к безумию. И я перестал практиковать. Так, изредка помогаю бедолагам вроде тебя, – произнес он с улыбкой столь редкой для него, что я сперва решила, будто она мне почудилась.
– Но почему это происходит? Почему маги сходят с ума?
– Все дело в тенях. Им не нравится, когда ими помыкают. А вся теневая магия замешана на управлении тенями. Сумасшествие – своего рода месть теней. Они постоянно атакуют тенеловов. Кто-то сопротивляется лучше, кто-то хуже, но рано или поздно чертовы тени достают всех. Стена, которую тенеловы выстраивают в своем разуме против теней, крошится. Ты достраиваешь ее снова и снова, но материала с каждый разом все меньше. Образуются зазоры, которые нечем закрыть.
– И ничего нельзя поделать?
– Нет, – покачал он головой. – Поколения тенеловов бились над решением этой задачи, но все зря. Существует простая закономерность – чем больше используешь магию, тем ближе подбираются к тебе тени. Особенно тяжело приходится новичкам. До того, как они научатся защищаться, проходит порой несколько месяцев. Разум многих не выдерживает так долго.
– В таком случае, я рада, что не являюсь тенеловом, – сказала я.
Вадим усмехнулся:
– Да уж, повезло так повезло.
Раздался хлопок, и прямо из стены, на которую падала тень от комода, вышел Марк. Дэвид Копперфильд умер бы от зависти!
– Как прошла встреча? – Шальному наблюдать появление друга из стены было не в диковинку.
Марк одернул рукава и без того идеально сидящей рубашки:
– Потрясающе! Результат превзошел мои ожидания.
– Что это значит?
– Это значит, что при всем желании я не имею права рассказывать вам, зачем Светлана понадобилась королеве, – вздохнул Марк. Вид у него был несчастный, и я поверила: он рад бы все объяснить, но обстоятельства мешают. – Но в одном можете быть уверены: королева не желает вам зла. Она бы ни за что не стала вмешиваться в твою жизнь, Светлана, если бы не грозящая тебе опасность. Фактически все это время она спасала тебя.
– Ага, – сказал Коля, – для Светкиного спасения, что ли, она стерла память ее родителям, сестре и мне.
– Память необходимо было стереть, чтобы отступники в поисках сведений вас не пытали. Тот, кто ничего не помнит, не представляет для них интереса. Так она обезопасила твою семью.
– Как насчет стражей, захвативших тетю Иру и дядю Сашу? – не унимался Коля.
– Стражи действовали на свой страх и риск. Они надеялись, что Светлана вернется домой, откуда они переведут ее в безопасное место. Как только это произойдет, они оставят ваших родителей.
– Но я не хочу идти с ними, – заявила я. – Как мне быть, скрываться всю оставшуюся жизнь?
– Если позволишь, я лично отведу тебя к королеве, – предложил Марк. – Она одна в силах внести ясность в происходящее. У меня для этого не хватит ни знаний, ни такта.
Я посмотрела на Колю. Всем своим видом он намекал, что не одобряет этот план. Он зачислил Марка в недруги с момента первой встречи, и его мнение не изменилось. Я перевела взгляд на Ксюшу. Она была растеряна не меньше моего. Но, глядя на сестру, я думала не о том, что будет со мной, я думала, что будет с ней. Я возьму и уйду вместе с Марком, а где будет жить она? Домой она вернуться не может. Там вместо родителей тела, захваченные стражами.
– Я пойду с тобой, – сказала я Марку, – но с одним условием. Перед тем, как отвести меня к королеве, ты освободишь моих родителей от стражей и защитишь их от повторного захвата. Сделаешь это, и я отправлюсь за тобой хоть на край света.
Глава 8. Как я уходила из домаМы с Марком заключили сделку, и Ксюша с Колей тут же заявили, что пойдут с нами спасать родителей. Вадима тоже пришлось взять. Он – единственный у кого был автомобиль.
Тенелов сделал пять амулетов – для наших с Ксюшей родителей и для родителей и бабушки Коли – и повесил их на кожаные ремни. Амулеты из оранжевого камня в форме греческих амфор напоминали застывшее пламя, внутри которого плескалась что-то черное. Они защитят предков от повторного захвата стражами. «Огненные опалы», – назвал их Вадим и пояснил, что амулеты символизируют свет – противоположность тени.
– Что это? – Ксюша заинтересовалась содержимым опалов.
– Частицы теней, – ответил Вадим. – Я отрезал их и запечатал в камень.
– Опустим подробности. А то у меня впечатление, будто я слушаю отчет хирурга, – отчасти я понимала ненависть теней к магам.