Строптивый секретарь (СИ)
— Что растет? — охнула та.
— Целлюлит! Ну право слово, сами подумайте, чем толще целлюлит, тем шире пропасть между вашими сердцами…
Тараторя эту откровенную ерунду, подвела бледную дамочку к двери и, открыв ее, вытолкнула гостью за порог. Дверь закрылась сама, прямо перед ее носом, а дверной замок вспыхнул синим светом.
— Ушла? — послышалось у меня за спиной.
Развернувшись, с удивлением уставилась на носатого, открывшего свою дверь и осторожно выглядывающего из-за нее.
— Угу, — кивнула мужчине и направилась к столу, все еще находясь в странной прострации от произошедшего. Так глупо я себя никогда не чувствовала, привыкшая общаться с хамоватыми мужиками, наглыми посетителями и скандальными секретаршами. А тут влюблённая тетка?
— Лорд Кроу, а таких, — я махнула в сторону двери, — много?
— Много, — кивнул маг. — К сожалению, много.
— А нормальные посетители будут? — с надеждой спросила, уже развернувшись обратно к столу и вытряхивая из пакетов свои покупки.
— Будут разные, Таша.
На этом боевое крещение было завершено и потекли обычные рабочие будни. Впереди меня ожидала большая работа по разборке документов.
Освободила пару коробок просто ссыпав бумаги на пол в огромную кучу, я решила начать с самых простых категорий, по которым буду раскладывать эти архивы: «приказы», «прошения (заявления)», «доносы (отчеты)» и «прочее».
В прочее отправлялось все то, чему я не могла, так или иначе, дать четкое определение и категорию. Часто бегала к Бальтазару, прося уточнить, о чем в той или иной бумаге указано, так как буквы, прямо на глазах, словно муравьи перед грозой, разбегались по листу бумаги. Оказалось, что это особо секретные отчеты и прочитать это может только тот, кто составлял или кому они адресовались. Так у меня появилась новая коробка с категорией «секретно».
Под конец того же дня, заполнив до отказа одну из коробок, я снова постучалась к Бальтазару с просьбой спустить и освободить мне еще коробку, так как в первой места уже нет. На что, удивленный мужчина, пройдя в приемную отреагировал странным, но должна сказать, правильным образом — наложил на коробки заклятие расширения чего-то там.
— Ну вы прямо Гермиона Грейнджер, — уважительно протянула.
— Кто? — мужчина воззрился на меня.
— Ну, девочка, рыжая такая… — не подумав, ответила ему и с удивлением уставилась на громко захлопнувшуюся дверь его кабинета.
Со временем гора из сгруженного у стены архива документов исчезла полностью, уступив место красивым стеллажам, с «оволшебленными» папками — хранящими в своих недрах тысячи бумаг. Также в моем кабинете все чаще стал появляться и тот самый сенс Алви.
В первые дни, осторожный парень, стараясь не привлекать внимания, проскальзывал к Бальтазару, появляясь то из-за синей, то из-за красной двери. Через неделю такого хождения, я решила, что пора знакомиться с ним ближе и попросила помощи.
Так, слово за слово, я разговорила мою бывшую жертву. Не сразу, конечно, но со временем мы начали плотно общаться, чему я была несказанно рада. А все дело в том, что лорд Бальтазар очень старался со мной не пересекаться, не общаться и, вообще, держался максимально отстраненно и холодно.
Нет, конечно, когда он вызывал меня — это одно. И тут он всегда обращался максимально доброжелательно, если это слово вообще можно применить по отношению к нему. Но стоило мне только обратиться напрямую, то первая реакция была всегда одинаковой — дергающаяся бровь, трепещущие ноздри его выдающегося носа и почти белые радужки, хотя в остальное время, они светло серые. И когда только разглядеть успела?
Обеденный перерыв всегда проходил на половине лорда Кроу, в огромной столовой его дома. В первый месяц мы обедали вдвоем, в этом странном просторном помещении. Единственное, что меня радовало — сама еда, а все потому, что сам лорд ел быстро, молча и морща свой идеальный шнобель. Нет, я не чавкала, не хлюпала и, даже вилку держала в левой руке, а нож в правой. Но все равно — его коробило от моего присутствия. Целый месяц я питалась под его недовольным и кислым взором без возможности покинуть помещение. Оказывается, этот пункт тоже был в договоре, а я его отметила среди других.
Как только я смогла наладить общение с сенсом, наши обеды преобразились, теперь мы сидели в этом холодном помещении втроем и, даже в какой-то степени общались. То есть я говорила с Алви, а Алви с Кроу. Но напрямую Кроу со мной за обедом разговаривать не хотел, да и сам любые попытки обратиться к нему в это время, пресекал своей хмурой миной.
Глава 10
— Он опять хлопнул у меня перед носом дверью и совсем не хочет разговаривать. Мне кажется, что он, даже смотреть на меня не хочет… — обиженно протянула, закидывая ноги в красных туфельках на свой стол. — Чувствую себя какой-то зеленой жабой. Неужели ему сложно хоть спасибо иногда сказать?
С другой стороны, на этот же стол, закинул начищенные сапоги Алви. Парень, если так уместно называть двухсотлетнего сенса, с удовольствием потягивал свежезаваренный травяной чай и грыз арахисовое печенье.
— Дорогуша, ты должна понимать, тому, кто шестьсот лет терпит бесконечные нападки и притязания со стороны обоих полов, довольно сложно сразу привыкнуть к тому, что его кто-то не хочет. Он и от меня шарахался первые пятьдесят лет, а потом я просто научился сдерживать свои чувства к нему и Бальт привык.
— Что?! — я поперхнулась глотком чая и, резко двинувшись, чуть не завалилась назад вместе с креслом. — В смысле, ты…?
— Ой, Таш, я же влюбился с первого взгляда, хотя тогда еще совсем ребенком был, мне только-только семьдесят стукнуло, и я учился в Университете, а к нам по каким-то делам приехал лорд Кроу. Я как окончил, сразу сюда проситься начал, в итоге попал на практику. Лет сорок за ним хвостом вился, но он меня никогда к себе не подпускал. Эх…
— А теперь что же? — я смотрела на сенса во все глаза.
— А теперь я на него не бросаюсь, хотя мне кажется люблю все так же, просто привык и я и он. Чувства перестали быть острыми и разрывающими душу, я просто рядом и мне хорошо. А Бальт, похоже, устал быть один, вот и терпит меня, как одного из немногих. — парень улыбнулся и одним глотком допил чай.
— Но как же он тогда с людьми-то общается, если на него все бросаются…? — удивленно протянула я.
— Да не все Таш, понимаешь, у этого проклятия, вообще, странное влияние, цепляет, только тех, в чьем сердце нет никого ну и по предпочтениям опять же. То есть обычный свободный мужчина на него «так» не посмотрит, а сенс типа меня, или тот, кто мужчин предпочитает — того зацепит. С женщинами также, если она свободна — ее зацепит проклятием, если сердце занято — ничего не будет. Но девушки молодые — практически все подвержены влиянию. Даже если сразу не работает, то со временем все равно влюбляются.
Я заволновалась, примеряя это знание на себя и, решила уточнить, хотя лорд до сих пор меня особо как мужчина не волновал:
— А долго у них это привыкание на него вырабатывается? Тьфу, то есть, наоборот, как долго они держатся?
— От суток до десяти, потом, все, перекрывает… но ты не волнуйся, ты тут уже пару месяцев и как новенькая! — я невольно улыбнулась на его слова и захихикала.
Сегодня мы общались довольно свободно, так как с самого утра Бальтазар Кроу отбыл в свой мир на какую-то важную встречу, оставив мне сенса за компанию. Неожиданно синяя дверь распахнулась и на пороге появился злой, как сто чертей, шеф. Его обычный наряд был дополнен странным длинным плащом, который я с ходу обозвала «вампирским».
— Черт, черт, черт! — повторял он, влетев в кабинет и захлопнув за собой дверь. — Вот зачем? Зачем, я спрашиваю?!
— Что? — мы с Алви одновременно подскочили со своих мест.
— Бальт? — сенс дернулся в сторону лорда, перехватывая стянутый с плеч плащ. — что произошло на приеме у Его Величества?
— Ты! — носатый остановился напротив меня и упер в меня свой палец, — Ты! Вот на кой черт ему ты сдалась?!