По ту сторону смерти (СИ)

― Кто-нибудь верит, что это был суицид? ― спросила Хелен.
― Многие хотят в это верить, ― признался детектив. ― Это было бы намного удобнее.
― Так кто это сделал? ― спросила Хелен. ― Маккри?
― У кого еще были там связи? ― спросил Том. ― И что теперь будет с твоим делом против Джимми Маккри?
― От него остались одни клочья, ― признался Брэдшоу. ― Единственное доказательство, которое у нас есть, связывающее Джимми Маккри напрямую с убийством Дианы Тернер ― Фрэнк Джарвис, который больше не может давать показания. Адвокаты Маккри уже подали прошение о его освобождении из заключения. Они все время говорят, что заявления Джарвиса были смехотворной попыткой избежать полной ответственности за убийство его дочери и, что их клиент ничего не знает о другой девушке. Королевская Уголовная Прокуратура не сможет его сейчас прижать.
― Так он выйдет сухим из воды? ― спросила Хелен.
― Не совсем, ― сказал Брэдшоу. ― Мы собрали на Джимми довольно большое досье за все эти годы, а его недавний арест по подозрению в убийстве предоставил нам новые ордера на обыск его дома и ряд других, связанных с ним мест.
― Что вы нашли? ― спросила она.
― Там достаточно, чтобы выдвинуть обвинения в отмывании денег и нелегальном владении огнестрельным оружием, как минимум, плюс уклонение от уплаты налогов и хранение небольшого количества наркотиков класса «А», но недостаточно, чтобы обвинить его в продаже. Он, вероятно, отсидит несколько лет, если признает вину.
― Он сделает это с улыбкой на лице, теперь, когда только что избежал пожизненного, ― прокомментировал Том.
― Но это будет его первым признанием в криминале. Это будет стоить его новому охранному бизнесу кучи денег. Алан Кэмфилд уже отвернулся от него и вышел из тендера по Риверсайду, чтобы они могли начать все с начала без него. Джо Линч тоже уязвим. Ему придется уйти в отставку с поста главы совета, потому что все в открытую говорят о том, насколько он коррумпирован. Все еще далеко от завершения. Каждый офицер полиции на северо-востоке согласен, что Джимми Маккри теперь на первом месте в нашем приоритете, и однажды он проколется. Мы будем ждать этого момента.
― А пока ему сходит с рук убийство, ― произнесла Хелен.
― Поверь мне, меня это так же бесит, как и тебя, Хелен, но мы ничего не можем с этим сделать.
― Есть кое-что, что я могу сделать, ― сказал Том им обоим. ― Я собираюсь об этом написать. Я собираюсь рассказать об этом всем так, что никто, черт возьми, не сможет это проигнорировать. Я расскажу историю мужчины, который гниет в тюрьме, даже хоть это его жена убила его любовницу. Я собираюсь рассказать миру о политике, который бросил свой пост, чтобы охотиться на молодых девушек, в которую никто не верил. Я напишу об его убитой дочери, как его вынудили окончить его политическую карьеру и, кто выиграл от этого, затем я скажу, как, черт возьми, это было удобно для всех, когда его нашли мертвым в камере.
― Тебе все равно, кого ты расстроишь? ― спросил Брэдшоу, но сейчас улыбался.
― У меня все еще есть контакты, которые любят такие истории. Будут главные заголовки на первых полосах некоторых очень крупных газет, и некоторым людям это не понравится, ― согласился Том, ― но к тому времени, как я закончу, будут дюжины других репортеров, задающих очень неловкие вопросы Алану Кэмфилду, Джо Линчу и Джимми Маккри.
Когда Том закончил, Брэдшоу внимательно на него посмотрел.
― Мне нравится, как это звучит.
― Сила прессы, ― сказал Том, ― и, нет, я не ожидаю, что изменю мир, даже не его маленький кусочек, но это начало.
― Я бы хотела помочь тебе, ― сказала ему Хелен, ― но мне может понадобиться сменить адрес, ― и она передала ему записку, которая была приколота к ее двери.
Он прочитал ее, а затем отдал Брэдшоу.
― Ты уверена в этом? ― спросил Том. ― Они уже нацелились на тебя.
― Так я могу дать им отпор. Ты все еще ищешь жильца?
― Больше нет. Комната твоя.
― Так напечатай и будь проклят? ― спросила его Хелен.
― Напечатай и будь проклят, ― выразительно произнес он, и Хелен засмеялась. Она знала, что в этот раз, они оба имели это в виду.
 Конец