Колдун 3 (СИ)
Десять минут. Именно столько это все заняло. А когда в пикет вошла блондинка, плотно прикрыла дверь и замерла, прислушиваясь к тому, как хлопает дверь «тойоты», я понял – и эта будет в ту же степь! И не ошибся.
– Можно, я вас попрошу? – начала блондинка…
Честно сказать – я не удержался, и посмотрел, как они там…развлекаются. Я не извращенец какой-то, нет! Хотя порнушку и люблю посмотреть – если есть рядом подруга, с которой тут же можно сбросить напряжение. А тут…в общем – перекрестное опыление для этой парочки самая настоящая обыденность. И вчетвером, и втроем. И впятером, вшестером! Все возможрные варианты! Причудливо люди отдыхают, чего уж там. Скучно им, хочется остроты ощущений – устали от обыденности.
Я лично этого не понимаю, собственник, понимаешь ли – за свою женщину просто пришибу, никому ее не отдам, но…не собираюсь порицать других людей за их особые пристрастия в сексе. Если это происходит между разными полами, конечно. Я не гомофоб, но гомики – это не про меня.
Если мне не мешает, если не ущемляет мои права – да пусть делают что хотят! Хотят обмениваться мужиками – пожалуйста! Хотят свального греха – да пусть! Я к ним не лезу, они ко мне в жизнь не лезут – да и пусть делают, что хотят. Удачи, извращенцы! Хе хе хе…
Одного не пойму – почему не поговорят откровенно? Почему не выскажут друг другу – все, как есть? И денег бы лишних платить не пришлось!
Впрочем – какая мне к черту разница? Это их проблемы. «– Вы страдаете извращениями? – Нет! Я ими наслаждаюсь!» Хе хе…
А смешно было смотреть – пухленькие такие…что бабы, что мужики – ползают, как тараканы, свиваются в клубки, рычат! Зверинец, да и только! Бгг…
Теперь – за снадобья. Дело уже знакомое, дело простое. Кстати, антиалкогольный «коктейль» у меня еще оставался. Им хватит.
Не дает покою мысль – что с банкиршей? Вернее – что она еще может придумать? Опасная, как кобра! С ней нужно быть очень осторожным. Даже сейчас.
Закончил я как раз к двенадцати часам, и стал богаче на миллион двести тысяч рублей. Никаких «деньги потом», никаких кредитов. «Деньги пиред! Хыодя очень бедный! Ваш шибко живет, а он очень бледный!».
Женщины уехали ужасно довольными. И я опять предупредил их о том, что нельзя лить своим благоверным больше десяти капель приворотного средства. И опять в их глазах плясал бесенок сумасшествия, заставляющий людей совершать необдуманные поступки. Точно напоят своих мужиков снадобьем так, что те на неделю заболеют приапизмом. Ну что же…это их выбор. А я предупреждал!
– Вы где?
– Уже близко. Подъезжаем. Будем примерно через пять минут.
– Козни какие-то строила?
– Вроде бы нет. При нас не было. Звонила, решала вопрос с деньгами. Привезли ей какой-то конверт. Потом загрузили банкиршу в автодом, сейчас едет.
– Следите за ней внимательно. При малейшей угрозе – сообщайте.
– Есть, шеф!
Вот нравится мне четкие доклады, не какая-то там размазня! Все должно быть по-военному, должно быть красиво! «В человеке всё должно быть прекрасно: погоны, кокарда, исподнее. Иначе это не человек, а млекопитающее» Красиво ведь сказано! И все – в точку!
Кстати, а память-то у меня работает прекрасно. Сработало снадобье, не зря я подверг себя опасности. Хватанул лишнего, поболел, но теперь у меня абсолютная память. Разве не здорово? Могу фильмы наизусть цитировать – те, что когда-то видел. ВСЕ фильмы. Могу все прочитанные книги нараспев прочитать вслух – от корки до корки. И рецепты заклинаний уже впечатались в мозг – навсегда. Ну чем я не молодец?
А сейчас мне нужно сказать Варе, чтобы не высовывалась – мало ли…на всякий случай. Как всегда – в самый интересный момент Варю вынесло на улицу, видать спросить хочет, как прошел сеанс с этими двумя клиентками.
– Уехали? – задала она вопрос, на который имелся совершенно очевидный ответ. Машины-то во дворе нет! Так где они тогда, эти бабы? Сама машина уехала, что ли?
Но женщин не смутишь красноречивым молчанием! Шалишь!
– Они на тебя смотрели, как кошка на рыбку! Так бы и съели! Голодные бабищи! Неприлично так смотреть на чужого мужика!
Хмм…мы ревнуем, что ли? Да ладно? Неделю назад ты еще сидела у себя дома и обливалась горючими слезами, опасаясь что вернется муж и накостыляет тебе по физиономии. А обо мне даже и не помышляла! Или помышляла? Ну, неважно – помышляла, не помышляла…но уже имеет место быть ревность. А кто говорил, что я не сотрусь, если какую-нибудь бабу трахну? Эдакая толерантность!
Ох уж эти женщины! «Непоследовательность Нелогичная» – вот ваше имя! Да ладно, шучу я. Мне даже приятно, что она ревнует. Значит, дорог, значит, ценит. А если не переживает – уведут, или нет, если равнодушна – это лучше, что ли? Это обидно!
– Возьми конверты и отнеси их домой – командую я, глядя на то, как от грейдера к нам приближается целый кортеж – два черных «гелика» и здоровенная дура наподобие автобуса «Неоплан» – в центре кортежа. Видимо это и есть тот самый «автодом».
Хороший автодом, что я еще могу сказать? Дорогой! Миллионов двадцать стоит, не меньше. Ну…по Сеньке и шапка.
– Из дома не выходи – что бы тут не случилось. Запрись изнутри и сиди, пока я не приду и не скажу открыть. В дом войти никто не сможет. Ну, давай, давай! Варя, шевелись! Сейчас нам совсем не до того!
Видимо было в моих глазах что-то такое, из-за чего вся строптивость Варина испарилась, как вода с горячей сковороды. Она сжала в руках конверты с деньгами и бросилась ко входу в дом, даже не спросив – что сейчас вообще может произойти, и что сейчас происходит конкретно. Хлопнула дверь, загремел засов, ну а я зашел пикет, не обращая внимания на подъехавший к самым его дверям «автобус». Уселся на свое место, раскрыл папку и начал перебирать бумаги, краем глаза следя за тем, как выскакивают из «геликов» «люди в черном», как становятся они полукругом вокруг входа в автодом.
Глупое и показушное действо. Никто и никогда не смог уберечь охраняемый объект от убийства. Не спасают никакие деньги, никакие связи. Даже если ты президентСША. Ну а тех же банкиров отстреливали просто пачками – особенно в девяностые. И зачем тогда так понтоваться? Кто здесь, в глухой деревеньке, собирается отстреливать эту вздорную тетку? Хотел бы – давно бы ее убил.
Банкиршу выкатили в инвалидной коляске – бледную, изможденную, с глубоко запавшими в глазницы глазами. Черты лица заострились, возле уголков рта пролегли глубокие морщины. Истощала, да. От той уверенной, надменной, знающей себе цену остались только эти самые глаза – яростные, горящие фанатичным огнем.
Я даже невольно восхитился – сильна, сильна баба! Нам, мужикам, еще учиться и учиться у женщин их стойкости! По крайней мере – у некоторых женщин.
Кресло опустили на землю и закатили в пикет. Хорошо, что двери у меня достаточно широкие – а то бы пришлось больной даме идти пешком. А так – подкатили к моему столу и оставили сидеть в коляске, удалившись и закрыв за собой дверь. Видимо так им было приказано заранее. Ну да – когда капитулируешь, очень не хочется, чтобы за процессом капитуляции наблюдали твои подчиненные – эдак и совсем уважение потеряют. Ладно бы там сдавалась Президенту, или премьеру, или министру обороны вместе с главой МВД, тут – жалкий сельский участковый, маленький ублюдок которого никак не удается поставить на место!
– Радуешься? – хрипло спросила женщина, глядя на меня ненавидящим взглядом – Ну что же, ты победил! Радуйся!
– Знаешь что я тебе скажу, дорогая моя – спокойно, с расстановкой сказал я, продолжая перебирать бумаги из папки. Это что-то вроде релакса – берешь…кладешь…берешь…кладешь – Я не собираюсь тебе читать мораль о том, что человек должен выполнять свои обещания. Я не собираюсь пенять на твою патологически жадность и на то, что это ты вырастила дочь такой мразью. И ты виновата в том, что с тобой и с ней случилось. Кстати, я не стал ее пока трогать – как ты и просила. Да, это наша война. Наши близкие тут ни причем – хотя ты и хотела убить меня вместе с моей подругой. Ну да..лес рубят, щепки летят, не правда ли? Сейчас тебе плохо, и ты злишься на меня. А я не злюсь. Я сейчас знаешь о чем думаю? Ты никогда не догадаешься! Я думаю о том, что возможно мне было бы правильно послать тебя нахрен вместе с твоими деньгами, вместе с твоим поганым языком, и твоей злостью. И ты сейчас должна не характер показывать, а умолять, просить меня тебя простить! В ноги кланяться! Потому что на кону сейчас стоит твоя жизнь. Если я сейчас тебя отсюда выгоню, то больше ты не вернешься. Никогда. Ты сдохнешь в страшных мучениях, обещаю тебе. И я ни копейки от тебя не возьму. А возможно – еще примусь и за дочь. Почему бы и нет ? Ты же пыталась убить мою подругу! Неужели твоего ума не хватило понять, что ты столкнулась с обстоятельством непреодолимой силы? Неужели ты такая тупая? Скорее всего, ты никогда в своей жизни не получала по твоему холеному едалу, никогда ни в чем не испытывала отказа! У тебя все получалось, все было хорошо, все твои прихоти исполнялись. И вот, вдруг – это человечек в форменных штанах пузырями, с помятыми погонами старшего лейтенанта полиции! И ничего, ничего с ним нельзя сделать! Потому что он сильнее! И мне действительно странно – почему ты сразу не почувствовала, что связалась с такой силой, которую не можешь преодолеть? Неужели нет чутья, интуиции, логики, в конце-то концов! Вот забудем на минуту о том, что мы враги – мне чисто интересно, ты свои деньги заработала тупо только на распиле государственного бюджета? Без малейших раздумий, на одной инерции? Папа министр был? Или партийный бонза, так? Муженок – «не пришей к заднице рукав», ничем не рулит, все делаешь только ты? Или у вас партнерство – у него своя жизнь, у тебя своя? Или все-таки ты хоть немного шевелила мозгами? Вот как можно было просрать больше пяти с половиной миллионов евро только из-за своей патологической жадности?! Молчишь…а что ты скажешь-то, когда я все тебе правильно высказал. Ну что, будешь просить прощения?