Колдун 3 (СИ)
Хорошо на улице! Даже уходить не хочется. Пахнет сладкими ночными цветами, травой, и…хмм…сгоревшей взрывчаткой. Этот запах ни с чем не спутаешь.
А хорош дом, точно! Только теперь до конца понимаешь, какую ценность имеет это старое, якобы ветхое здание. Слава богу, не растаскали по бревнышкам и не распилили на дрова! Кстати, было бы очень смешно – дрова, которые не горят. Впрочем – они бы и распилить не смогли, ведь работа пилы это механическое воздействие на древесину, а она этому самому воздействию не поддается. Пила визжит, искры летят – а бревну хоть бы что. Смехота!
Уважительно похлопал по бревну рядом со входом и тихо сказал:
– Спасибо, старина! Выручил! Ты герой!
И услышал смешок и голос Охрима:
– На здоровье, хозяин! На то он и дом, чтобы защищать своего хозяина от невзгод. Он еще послужит! Ты только его не обижай…
– Не обижу. Постараюсь построить новый дом так, чтобы вписать этот в структуру нового строения. Кстати, насчет защиты – нигде не нарушилась? Дырки не появились?
– Нет, хозяин. Я даже не знаю, чем этот дом можно разбить. Метеоритом ежели только…или атомной бомбой. Но сам понимаешь – бомбу на нас скорее всего не потратят. А метеорит так часто не падает. Вот так, хозяин.
Я молча кивнул, не заботясь – видит Охрим это, или нет. Вошел, закрыл дверь на засов – скорее по привычке, чем если бы это на самом деле было нужно. Мои верные сторожа не пустят в дом никого чужого, вернее – обычного чужого. А того, кто сможет прорваться через их ряды никакой засов не остановит. Поднялся на второй этаж, прошел на кухню. Сбросил у входа ботинки, и пошел дальше, туда, где спала моя женщина.
Но она не спала. Сидела – одетая, в джинсах и клетчатой рубашке, похожая на девушку откуда-нибудь с Дикого Запада, и когда я вошел, вскочила со стула:
– Все закончилось? Самохин приезжал, да? Я не могла уснуть – как я могу уснуть, когда ты там где-то воюешь, а вокруг рвутся гранаты? Я тут чуть с ума не сошла!
– Все закончилось, а ты с ума не сошла – усмехнулся я, и начал расстегивать пуговицы на рубахе – Идем-ка мы с тобою поспим. Утром приедут клиентки – мне надо будет закодировать их мужей. А в двенадцать приедет кое-кто…важный. И я должен выспаться, чтобы голова работала как следует. Идем, идем! Все уже закончилось! Раздевайся! Ну не в штанах же ты будешь спать?
Мы уснули обнявшись, прижавшись друг к другу. Никакого секса не было – не до секса. Мне хотелось спать – я слишком много потратил Силы на то, чтобы «перекодировать» группу убийц. Когда уходил из дома – второпях и от волнения забыл надеть браслет-аккумулятор, потому потратил очень много собственных ресурсов (из Места Силы-то вышел). Что сейчас на мне и сказалось.
Варя пару минут дрожала – то ли от волнения, то ли от холода – хотя в комнате было по-летнему тепло. Но потом успокоилась и засопела – уснула.
И снова мне приснился Чернобог. В этот раз он был один – огромный, темный, он стоял посередине поляны, неподвижный, спокойный, как статуя. Но я знал – он на меня пристально, внимательно смотрит. Смотрит…и одобряет. Я чувствовал это – он мной доволен! Уж не знаю чем именно доволен – тем беспределом, что я тут творил? Или же моими успехами в магии? А может и всем вместе – сразу?
Мне казалось – Чернобог хочет что-то сказать. Вот сейчас из-под темного капюшона раздастся тяжелый, гулкий голос, и он возвестит мне…о чем? Мне очень интересно – о чем может сказать Чернобог? И вообще – кто он такой?! Существо из плоти и крови? Или энергетическая сущность, такая, как мои бесы? Кто он? И зачем я ему?
Но изображение Чернобога лишь закачалось, сделалось туманным, будто я видел отражение в зеркале воды, и…все. Я провалился в черный, глухой сон – без сновидений и кошмаров, самый лучший сон, и который дает отдых усталому мозгу.
Как и в предыдущие дни (Кажется, черт подери, что мы с Варей вместе живем уже целую жизнь!), Варя встала раньше меня и уже возилась на кухне, тихонько погромыхивая посудой. Как она умудряется так вставать, чтобы я даже не ощутил ее движений?! Это какой-то ниндзя, а не женщина! Впрочем – ниндзя были и женщины. Кстати сказать – вот она, деревенская девушка – ни тебе валяний в постели, ни тебе кофиев в кровать – встала, и давай готовить для мужа завтрак. Хмм…мда. Для мужа?! Что-то это я зарапортовался…какого-такого мужа? Не муж я ей! И скорее всего им и не буду. Но да ладно – не суть. В общем – городская девушка сейчас бы лежала в постели, сделав красивую позу, Я бы не выдержал, трахнул ее, мы бы все утро прозанимались сексом, никуда бы не успел и ничего бы не сделал. А тут – на кухне дым коромыслом – мужика-то надо кормить! Нет, кто спросит моего мнения – жениться лучше на деревенских девчонках. Наверное. Их хотя бы работать научили! Хотя я сужу по моей Варе, а по поведению одной особи вида нельзя судить о жизни всех остальных особей популяции. Ага, хорошо сказал! Научненько! Хе хе хе…
Опять она возится на кухне в старом сарафане! И дырка у сарафана на боку слева – за что-то видать зацепилась, порвала, и не успела зашить. Или сам от ветхости уже разлезается. Вот чего терпеть не могу, это когда на даче или за городом женщины ходят в каком-то старом дряпье. А то и еще хуже – мадамы 50+ разденутся до старых линяных трусилей и лифчика, и в таком виде лазят по огороду! Так и хочется сказать – да ты не охренела?! Ты себя видела со стороны? Ты бы пошла бродить в таком видел у подъезда своего дома? Так какого черта ты ЗДЕСЬ так ходишь? И не стыдно?
Полы из тяжелых дубовых досок, не скрипят…подкрадываюсь на цыпочках, и…вставляю палец в дырку на боку сарафана и дергаю вниз! Сарафан разлезается как бумажный, распадаясь на две половинки, Варя истошно визжит, а я радостно хохочу, отпрыгивая назад из-под удара сковороды и воплю, перекрывая визг перепугавшейся подружки:
– Я же тебе сказал не надевать это старье! Я тебе – сколько сарафанов накупил?! Почему не носишь?!
И тут же замер, глядя на пожилую женщину, стоящую у входа с ведром в руках.
– Вася, познакомься, это моя мама! – перестав визжать, голосом светской дамы объявила Варя, безуспешно пытаясь свести разорванные полы сарафана. И как я заметил – нижнего белья на ней не было – от слова «совсем». А еще я вспомнил, что стою перед чужой в общем-то женщиной в одних трусах, да еще и с возбудившимся…хмм…естеством.
– Здрасте! – выдавил я из себя, протолкнув слова через пересохшую глотку – Очень приятно. Василий!
– Здрасте – растерянно ответила женщина, глядя то на меня, то на полуголую Варю в разорванном сарафане – Я Ольга Федоровна, Варина мама…
Я молча развернулся и ринулся назад, в спальню, а вслед мне несся радостный, звонкий Варин хохот. Потом появилась и она сама, хихикая и утирая слезы:
– Ой, не могу! Ну ты даешь! Жалко не сфотографировала! Надо было видеть ваши физиономии!
– Ты додумалась! Предупреждать же надо о гостях! – сказал я максимально холодно и грозно, стараясь не показать, что меня самого разбирает истерический смех. Представляю, что обо мне сейчас подумала Варина мать! Выскочил в одних труселях, разорвал дочкин сарафан до голой задницы и скрылся у себя в комнате! Вот это ни хрена себе нашла дочка мужичка!
– Прости, Вась… – Варя гибко изогнувшись выскользнула из сарафана, оставшись совсем голышом и зашарила в шкафу, вытаскивая свои женские тряпки – Она сама пришла, не предпупредила! Ну не выставлю же я ее из дома? Говорит – в магазине сказали, что участкового с его сожительницей ночью подорвали бомбой, вот и прибежала выяснить, что тут у нас, да как! Сейчас она уйдет! Прости! Нет, ну какие у вас были рожи – ой, я не могу! Ха ха ха!
– А ты представляешь – я бы подкрался, задрал у тебя подол и сходу бы тебе – рраз! И вдул! И тут мама…с такими глазами! Брр! Так и импотентом сделаться недолго.
– Да ладно…вообще мама у меня человек очень развитой и трезвомыслящий. И уж точно не упадет в обморок от вида голого мужика. Так что не переживай, и…ха ха ха! Ну и рожи! Ой, я щас упаду! Папке расскажу – он тоже поржет!