Черные стрелы (СИ)

— Альтос милосердный, — пробормотал потрясенный Ульн, на которого рассказ лесоруба произвел неизгладимое впечатление. Пилигрим придвинулся вплотную к очагу, поджав под себя ноги и уперевшись спиной в стену.
— Так вы, поэтому караульных больше нужды выставили?
— Не только поэтому Тар, — так же тихо произнес лесоруб. — Я недавно на вырубки ходил, своих предупредить. На полдороги работников встретил. Сигда и Дигор не разбирая тропы бежали, глаза у обоих больше чем королевские монеты. Насилу их успокоил. Дигору даже врезать пришлось, чтобы не брыкался. Сигда, вообще… испугалась баба, постоянно бормотала чего-то, а Дигор, как встал, только и делал, что кивал ей, да мне кричал, чтобы убегал, за собой тянул в деревню. Не бросать же их, я и привел сюда.
 Гур вздохнул, словно заново переживая описываемый случай.
—  Дигор в себя пришел быстро, рассказал все. Они под утро все вышли из домика вместе с Гриком и Рутом, он за старшего после меня был. Собрались уже работать, как вдруг видят, по самой кромке вырубок туман стелется. Пригляделись, а из-за дерева Слар выглядывает. Они, поначалу, обрадовались, нашелся охотник-то. Позвали, а тот стоит. Грик подумал, мало ли что, может раненый или обессилел Слар-то, поспешил к нему…
  Гур осекся и в его глаза отразился страх. Устыдившись своих чувств, лесоруб несколько раз моргнул и встряхнул косматой головой, словно медведь.
— Дигор говорит, что Грик, на полпути, замер, а Слар в один прыжок к нему подлетел, повалил на землю да в горло впился. Рут бросился на выручку, да только поздно уже было. Дигор как увидел, что туман как-то быстро к ним заскользил, схватил Сигду, и они бегом побежали. Рут хотел повозку взять, да, видно, не взял. Только этих двоих я встретил.
— А до вырубки-то, не дошел?
— Я, чай, из ума-то пока не выжил, Тар, — Гур посмотрел на старосту, как на обезумевшего и выразительно похлопал себя по косматой голове. — Я пока их вразумить-то на дороге пытался, сам этот туман увидел. Хотел проверить, да они оба вцепились в меня, что твоя псина, да не пускали. Потом здесь всем ужасы всякие разболтали и с тех пор мы из деревни ни ногой. Сплетни сплетням, но мало ли…
— И сколько сидите? — угрюмо спросил Тар.
— Вторую ночь, — лесоруб покосился на мутное окно, за которым размытыми пятнами горели факела на вышке у ворот. — Вчера днем Хиграна отправили по тракту, к первой пограничной крепости за подмогой.
— Правильно, — Тар кивнул, одобряя поступок Гура. В отсутствие старосты, лесоруб заменял его в вопросах деревни. — Солдаты тут быстрее разберутся, да, сынок… Тенро?..
 Переведя взгляд на сына, Тар даже испугался.
— Не доехал Хигран, — помрачневший охотник, чей взгляд стал холодным и злым, скрипнул зубами. — Он ведь на своей Ночке поскакал?
— Ну да, — рассеяно кивнул Гур, пытаясь скрыть удивление за недоверчивой гримасой. — Все-то ты знаешь, вот только откуда?
— Задрали его Ночку и его самого, — охотник резко встал, подойдя к окну и выглянув на улицу. — Я, поначалу, думал, что почудилось мне, в темноте да во вспышке молний. Но теперь, когда ты сказал, думаю, все так и случилось. Кобыла черная и мертвец. Прямо под старым деревом у перекрестка лежат.
— А я думал, что камни какие-то понатаскали, — Тар поджал потрескавшиеся губы. — Уверен, сынок?
— Да показалось ему, с перепугу-то, — фыркнул Гур. — Ночку ни одна тварь не догонит, уж я-то знаю. А чудища эти ваши, с тумана, не такие и страшные, я уверен! Небылицы детские, да сплетни бабские! Мы бы и сами могли их прогнать, да... эй!..
 Топор выпал из крепкой руки лесоруба, когда подскочивший к нему Тенро ухватил мужчину за грудки и, невзирая на приличную разницу в весе, рывком поставил того на ноги.
— В чем ты уверен?! Что знаешь?!.. — угрожающе тихо прорычал охотник, глядя в испуганные глаза Гура. — Думаешь, всю жизнь в деревне провел, смерти в глаза не заглядывал и теперь все знаешь?!
— Эй, парень, ты чего? Не дури…
— Заткнись! — Тенро встряхнул лесоруба, да так, что у того позвонки едва не хрустнули. — Эти твари уничтожали целые отряды воинов, а ты хочешь с ними силой помериться? Топором своим зарубишь, как дерево?! Не мели ерунды, раз не понимаешь о чем речь! Если не знаешь о смерти, это не значит, что она за тобой не придет! — Оттолкнув от себя Гура, Тенро, снова прошел к окну, посмотрев на запертые ворота.
— Тар, сынок-то твой это… головой не ударился? — Подняв свой топор, лесоруб обиженно посмотрел на старосту, но взгляд старика был прикован к молодому охотнику, и в нем читалась тревога.
— Сынок… — мягко начал Тар.
— Я в порядке, отец, — Тенро глубоко вдохнул, медленно выпустив воздух через ноздри. — Уходить надо из деревни. Как только рассветет — всем уходить и быстро.
— Ерунда! Мы все тут не дети, да и стены крепкие, тварям отпор дадим, коли сунутся!  — Присевший было Гур снова вскочил на ноги, воинственно взмахнув топором. — Да мы все родились тут…
— И подохнуть тут хочешь? — оскалился Тенро.
— Тихо! — Властным голосом гаркнул Тар. — Уймитесь, оба! — Это подействовало и мужчины умерили свой пыл. Хмуро поглядев на сына и Гура, староста произнес:
— Завтра поутру соберем совет, на нем и решим — уходить или остаться. Все. Я сказал!
— Завтра, так завтра, — насупившись, словно старый филин, Гур хмуро глянул на сына старосты и поспешно вышел из дома, задержавшись в дверях.
 Помедлив, он произнес:
— Собаки у нас пропали. Две вместе с охотниками, пес Салина с хозяином сгинул, и еще две оставшиеся псины вчера с цепей сорвались, да за ворота ушли. Не вернулись.
 Хлопнув дверью, Гур вышел и снаружи сразу же донесся приглушенный рык — Ар не любил, когда кто-то вел себя грубо по отношению к его хозяину и дал лесорубу это понять. Рык заглушила ругань, после чего торопливые шаги, отчетливо хлюпающие по лужам — Гур ушел.
—  Дела-а-а, — протянул староста. — А ты куда, сынок? — уставший Тар посмотрел на охотника, так же, направившегося к двери.
— Осмотрюсь, стены проверю, — Тенро набросил на плечи мокрый плащ. — Неспокойно мне.
— Ладно, — поняв, что сына не переубедить, староста тяжело вздохнул. — Только ты выспись, неизвестно, что завтрашний день принесет.
— Ничего хорошего, я уверен, — с этими словами, Тенро прикрыл за собою дверь, услышав на прощание слова Ульна:
— Да сохранит нас всех Альтос.
* * *
 Стоило Тенро спуститься с крыльца, как за ним сразу же увязался Ар. Вывалив розовый язык, сытый волк затрусил рядом с хозяином, то и дело касаясь мордой ладонь человека.
 Запоздало заметив это, Тенро потрепал питомца по холке. Мех зверя быстро намокал под усилившимся дождем и Тенро, смахнув с руки влагу, накинул на голову капюшон.
 В первую очередь охотник направился к воротам. Гура здесь уже не было. Оглянувшись, Тенро заметил массивную фигуру лесоруба, ковылявшую к своему дому.
— Он с середины дня караулил, — приблизившийся к Тенро мужчина шмыгнул покрасневшим носом и в лицо охотнику ударил запах браги.
— Нашел время пить, Пагрид, — недовольно поморщился охотник, отступая на шаг и оглядывая слегка пошатывающегося караульного.
— Ну так это… холодно, да и дождь пошел, мы ж немного, — слегка заплетающимся языком начал оправдываться второй мужчина, старший брат Пагрида — Варош, подошедший откуда-то со дворов, видимо на смену брату.
 На слова мужчины Тенро лишь махнул рукой — от Пагрида и Вароша всегда было мало толку, если дело не касалось сна или выпивки.
— Все тихо тут? — спросил сын старосты, поднимаясь на сторожевую вышку, где пританцовывая от холода, стоял молодой парень, по имени Атар.
 Юноше едва исполнилось пятнадцать зим. Если в этом году не приедет вербовщик, то в следующем парень должен будет тянуть жребий, определяющий, кто из деревни отправиться в армию.
 В глубине души Тенро жалел его — Атар был весьма толковым и старательным юношей, добрым и открытым. Если ему не повезет и Атар отправится на границу с Застывшим лесом, то может не вернуться оттуда, навсегда оставшись под саваном непроглядного тумана.