Обреченный взвод (СИ)

   После прохождения прокола в невесть каком направлении, полет продолжался почти две стандартные недели. За это время нас так и не посвятили в суть задания. Майор больше не показывался на глаза, а лейтенант пресекал все попытки узнать подробности предстоящей миссии, ссылаясь на особую секретность
   В свободное, ото сна и приема пищи, время личный состав занимался в тренажерном зале, либо работал на боевых симуляторах. Никакой особой программы занятий не было, и результатами также никто не интересовался. Вероятно, лейтенант заставлял взвод заниматься лишь для того, чтобы солдаты не маялись бездельем, и не забивали голову ненужными, в том числе и ему, вопросами.
   Так как выбор программ симуляторов был свободным, то я не только управлял боевым роботом, а, ради интереса, попробовал несколько начальных уровней управления различной боевой техникой. До сих пор позволить подобное не было возможности - в учебке, понятно, тренировался лишь на БПР-симуляторах, а в прежней гражданской жизни попросту не имел финансовых возможностей.
   Перебрав разные программы в течение первых двух дней, неожиданно увлекся управлением Малым Истребителем, способным вести боевые действия как в невесомости, так и в атмосфере. Рубка этой стремительной веретенообразной машины напоминает рубку боевой машины БПРа. Основные отличия были в более массивном антиперегрузочном кресле и ином расположении контрольных мониторов на сенсорной панели управления. Зато виртуальный шлем оказался абсолютно идентичен, как собственно и в рубках других образцов летающей, шагающей и ползающей военной техники.
  К концу второй недели я прошел первый уровень обучающей программы пилотирования "Мистера", как называли малый истребитель пилоты. Однако во втором уровне никак не мог достичь хоть какого-то успеха. Если в одиночных боях побеждать виртуального противника удавалось довольно часто, то в групповых схватках, где необходимо было держать под контролем все окружающее трехмерное пространство, меня сбивали в первые секунды боя.
  Помимо занятий на тренажерах у нас оставалось достаточно времени для знакомства и налаживания отношений внутри нового подразделения.
  Непривычно было наблюдать отношение к Уиллису других солдат. Если жившие с нами Курт и Халиль звали его запросто по имени, то остальные, после назначения того заместителем командира подразделения, обращались не иначе, как "сэр". Сол первое время даже терялся, когда кто-нибудь вытягивался перед ним в струнку и просил разрешения обратиться. Но, в конце концов, привык и даже слегка заважничал. Однако все проблемы, с которыми к нему обращались, старался решать по мере своих сил незамедлительно, отчего начал пользоваться заслуженным уважением. Возможно, неожиданно свалившиеся обязанности помогали парню отвлечься от переживаний по поводу отсроченного отъезда домой.
   Естественно первым, с кем мне довелось познакомиться наиболее тесно, оказался Халиль Фаттахов. С удивлением узнал, что парень является наследным княжичем и обладает немалым состоянием. Перед нападением галантов его дед увел с планеты целый караван транспортов, увозя кроме детей и женщин еще и табуны лошадей элитных пород. В качестве помощника с дедом отправился только его племянник Азамат. Все взрослые мужчины рода остались во главе с отцом Халиля, чтобы сразиться с врагом. За прошедшие с тех пор полтора десятка лет об их судьбе не поступало никаких известий. Дед за это время сильно сдал и частенько мечтал о том времени, когда его место займет внук. А пока все чаще решением различных вопросов приходилось заниматься Азамату, который в последние годы сильно располнел, что не помешало ему трижды жениться и заиметь кучу отпрысков обоего пола. Вспоминая о дяде Халиль всякий раз морщился, но о причине своего негативного отношения к родственнику не рассказывал.
   Вторым человеком, с которым я познакомился наиболее тесно, был Курт Фармер.
   Курт прошел обучающий контракт в одном взводе с Халилем, потому при нашей первой встрече они держались вместе. Являясь совладельцем разработки недавно открытого месторождения какого-то редкого минерала, парень не собирался оставаться в армии и, подобно Солу, был неприятно удивлен и возмущен предстоящей задержкой. На этой почве они сошлись с Уиллисом в первые же минуты знакомства, как раз в то время, когда я выслушивал монолог подошедшего ко мне русского татарина Фаттахова Халиля.
   Кроме этих двоих, наша тройка выделила из общей массы Феликса Симона - рассудительного худосочного блондина, манерой разговора и разносторонними знаниями напоминавшего Отто Гергерта. Первым это заметил Логрэй, ранее любивший в редко выпадавшие свободные минуты донимать Гергерта различными вопросами. Обнаружив в новом коллективе подобного Отто всезнайку, Алекс немедленно проникся к нему уважением, не упускал случая подбить Феликса на очередную лекцию и неоднократно предлагал ему переселиться в наш кубрик на оставшееся свободное место. Хоть тому такое внимание и льстило, но он предпочитал оставаться в том кубрике, в который заселился изначально.
   В общем, после напряженных, динамичных курсантских будней, полет для нас протекал в состоянии, если можно так выразиться, активного отдыха - спокойный сон, качественная пища, обязательные, но по вольной программе занятия на физических тренажерах и боевых симуляторах, и вечерние беседы с новыми знакомыми перед отбоем. Если бы еще не угнетало состояние неизвестности, то вполне можно было наслаждаться окружающей действительностью. Мы уже начали привыкать к такому размеренному и практически беззаботному существованию, когда на тринадцатую ночь наш сон прервал вырвавшийся из мембран палубных коммуникаторов голос лейтенанта:
   - Взвод, подъем! Уиллис, через десять минут подразделение должно быть готово покинуть корабль!
   Так как никто из нас не имел личных вещей, то для полной готовности нам нужно было лишь одеться и посетить рассчитанный на гораздо большее число народа гальюн. Через четверть часа взвод в сопровождении лейтенанта покинул корабль и оказался в недрах безлюдной космической станции. Здесь нас встретил лысый майор, о существовании которого лично я уже начал забывать. Кивком головы он указал на раскрытую дверь.
   - Итак, пришло время частично прояснить вашу задачу, - объявил лысый, когда мы расселись на пластиковые стулья, и в помещении вмиг воцарилась напряженная тишина.
   Глава - 2
   - Солдаты! - прервал затянувшуюся паузу майор. - Конфедерации срочно понадобилась ваша помощь. И я думаю... Нет! Я уверен! Я уверен, что вы оправдаете возложенные на вас надежды! Уверен, что вы не посрамите высокое звание звездного пехотинца! Каждый из вас, решив стать воином и принимая Присягу, клялся хранить государственные тайны, и потому я не буду требовать расписок, прежде чем посвятить в суть предстоящего задания, а лишь еще раз напомню о его чрезвычайной секретности.
   Майор сделал очередную паузу, смешно пошевелил седыми кустистыми бровями и, ткнув в слушателей толстым коротким пальцем, продолжил:
   - Вас не случайно собрали по всем учебным центрам армии Конфедерации. Отбирали лучших из лучших! Ибо только лучшие воины способны выполнить поставленную задачу на планете седьмого класса!
   - Седьмого класса? _ неожиданно воскликнул Феликс, - Но ведь...
   - Да, солдат, седьмого класса, - достаточно спокойно отреагировал на выкрик рядового майор. Не успев удивиться известию, что я оказывается лучший из лучших, хотя всегда считал себя середнячком, поражаюсь новому известию о планете, на которую предстоит отправиться. Когда майор сообщил о седьмом классе, я сперва не обратил на это внимания, но, после восклицания Феликса, вспомнил рассказ Отто Гергерта о таких планетах.
   К седьмому классу относятся планеты, населенные разумными существами гуманоидного типа. Впрочем, негуманоидные разумные до сих пор человечеству не встречались. Разумеется присутствующие во все времена различные неподтвержденные байки не в счет. Честно говоря, я вообще до того разговора не знал о присутствии в нашей галактике еще каких-то разумных существ, кроме людей. Если конечно не считать захватчиков галантов, о которых, несмотря на то, что они оккупировали довольно большую часть галактики, практически ничего не было известно. Что-то, может, и слышал, но так как специально этим вопросом не увлекался, то, скорее всего, пропускал мимо ушей.