Спасатель (СИ)
— Трахнуть не трахну, но ты таки кончишь…
Глава 18
Малышка вся извелась, я вижу, как ее крутит и выкручивает жесткими жгутами. Уже все губы обкусала до красноты, а дрожит так, что меня бьет от первого же соприкосновения.
Мать твою! Кто из нас под синтетикой?
Наверное, я. В любом случае ее синий взгляд с порочной поволокой бьет наотмашь. Лучше всяких таблеток.
Прижимаю ее к стенке и шепчу грязные вещи, хотя все-таки сомневаюсь. Я, конечно, неотразим и бог секса, но малышка сама не своя. Она не понимает, что делает. Или понимает? В прошлый раз, когда вбил ее в матрас ее же кровати, она тоже горела, а взглядом звала так, что я мысленно успел поквитаться за каждую шпильку в мой адрес. Поквитаться жестко и развязно, чтобы вместо извинений протяжные стоны и мое имя из ее прекрасного ротика.
— Алекс.
Она вдруг прочитывает мои мысли и бьет током. У нее получается эталонная мольба мягким голоском, а это мое слабое место. Я спасатель или нет? О чем тут думать? Рывком расчищаю комод или стол, или хер знает, что тут стоит! Сбрасываю вещи и усаживаю малышку прямо на него. Конечно, не трон в лагуне, но смотрится она сногсшибательно. К черту контроль! Ведь она хотела, с первого дня меня хотела!
И я сделаю ей хорошо. Я умею, знаю, как нужно.
— Или все-таки фильм посмотрим? — раскатываю глупость на языке и провожу по ее шее, вновь пробуя на вкус.
Она сладкая и горячая, с ароматом ванили и цветов. Малышка цепляется тонкими пальчиками за мою спину и воюет с футболкой, она хочет разорвать ее или наделать побольше дырок для вентиляции.
— Хватит торговаться, — недовольно бурчит и зло фыркает, когда не может с первой попытки подлезть под мою футболку.
Нужно помочь. Стаскиваю с себя футболку и забрасываю ее куда-то под потолок, а потом возвращаюсь к своей малышке, но перехватываю ее нетерпеливые пальцы. Она сперва упрямо дергается, а потом смотрит на мое лицо, не понимая игры. Я же нажимаю на ее плечи и помогаю откинуться на стенку.
— Расслабься, малышка. Я все сделаю сам.
Не жду согласия, с ней таких праздников не случается, со мной она умеет только огрызаться и спорить по каждому пустяку. Я уже вижу наши сцены, когда мы будет пререкаться даже из-за позы и места действия. Но сейчас она все же позволяет мне вести и начинает любоваться моим телом. Вижу, как уплывает ее взгляд и как жадно она облизывает губки.
Эти чертовые проклятые губки…
Накрываю их и целую так жадно, словно жду хлесткую пощечину с минуты на минуту. Словно это мой последний шанс. Ласкаю их языком и обвожу по контуру, угадывая, как малышка начинает подрагивать и тянуться навстречу, она хочет еще глубже и напирает на меня. Ок, ок, меня долго уговаривать не надо. Врываюсь в нее и раскатываю языком. Поднимаю ладони по ее пульсирующему обжигающему телу и поглаживаю хрупкие плечи, затем шею. Нажимаю и заставляю выгнуться навстречу, чтобы подарить ей самый грязный поцелуй в ее жизни.
Я хочу, чтобы она меня запомнила. Крепко так, очень прочно.
— Сладкая девочка, — шепчу, ускользая в сторону, — моя сладкая развязная девочка…
Мои пальцы уже на ее талии, задираю одежду и тягуче массирую нежную кожу, круговыми, то плавными, то жесткими движениями. Распаляю и тут же успокаиваю. Малышка выгибается дугой передо мной и шумно дышит, смотря слепым взглядом перед собой. Она уже далеко, изнывает и ждет разрядки, которая близка. Она была так возбуждена, что хватило бы одних фантазий, и мне хочется думать, что она фантазировала обо мне. Иначе я в сильном минусе, потому что я едва сдерживаюсь и позволяю себе маленькую толику из того, что успел представить в откровенных разнузданных деталях в своей голове.
— Алекс…
Зачем она?! У меня и так адский стояк!
— Да, малышка. Я здесь.
Веду ладонь выше и обхватываю ее высокую упругую грудь, девушка отзывается смазанным выдохом и морщится, собирая морщинки вокруг глаз. Сосок под моими пальцами твердеет, и я плавно обвожу его указательным пальцем. Любуюсь ее раскрасневшимся лицом, на то, как остро и ярко она реагирует на малейшую ласку. Она такая отзывчивая и ласковая, что даже не верится, что внутри нее сидит несносная стервочка, которая уже выпила тонну моей крови.
Черт, как же хочется взять ее! Насадить на член и взять, чтобы выбить всю дурь из головы. Сделать своей, наконец.
Тише, Алекс. Она же потом истерику закатит, да посмотрит так, что тебе тошно на душе станет. Скажет, что использовал, и будет права. Тише, Алекс, не сейчас.
Но я не святой. Кладу ладонь на ее лицо и нажимаю большим пальцем на губы. Малышка размыкает губки и принимает его. Я чуть не кончаю в штаны, как пацан, когда чувствую прикосновение ее влажного языка. Малышка тесно обнимает мой палец ротиком и ласкает его, выводя восьмерки. И сладко постанывает, прикрыв глаза. Она ерзает, а я помогаю ей, даю больше. Второй рукой нахожу кружевную полоску трусиков и надавливаю пальцами, чувствуя ее влагу. Я не отодвигаю белье, а ласкаю так, нащупывая бугорок, налитый кровью.
Это запускает чистый ток по ее телу. Малышка вдруг отталкивается от стены и набрасывается на меня, обвивая дрожащими руками. Она беспокойно целует мои плечи и шепчет что-то бессвязное и хриплое.
— Да, да, — прорываются слова. — Боже, да! Пожалуйста…
Я не останавливаюсь, лаская ее между ног и отвечая на смазанные поцелуи, и вскоре чувствую, как она напрягается, царапая мою спину, и коротко вскрикивает, а потом обессиленно падает на мою грудь.
Со счастливой улыбкой и взбившимися волосами вокруг раскрасневшегося лица.
Ей хорошо.
Глава 19
Просыпаюсь под горячими лучами полуденного солнца, которые бьют прямиком мне в лицо. Переворачиваюсь на другой бок и отмечаю пустую, но смятую постель. Ушел. Первое, что возникает в мыслях. Я подпрыгиваю, садясь на кровати, мотаю головой из стороны в сторону, а потом замечаю небольшой листочек на тумбочке. Тянусь к нему и с блаженной улыбкой ложусь на подушки, потому что сердечко на бумаге выглядит более чем многообещающе.
Дрожащими руками раскрываю листочек и читаю всего несколько строчек, от которых тут же по телу разливается приятное тепло:
“Я на вышке. Высыпайся, одевайся и выходи плавать. Акул нет, я их победил:)”
Я улыбаюсь и окончательно расслабляюсь. Вчерашнее происшествие с Ментором и его друзьями меня сильно испугало. Я слышала о таких случаях, но никогда не думала, что это произойдет со мной. Даже не так. Я ожидала чего-то подобного от случайных постояльцев, от местных жителей, решивших споить наивную туристку. Да, это вполне реально, но спасатели, работающие в отеле? Это что-то за гранью.
Лежу на кровати еще минут двадцать, нежась на приятной шелковой постели. Все-таки отель пять звезд с номером Комфорт — это невероятно, умопомрачительно круто, и я просто наслаждаюсь жизнью, не желая думать, что меня ждет после возвращения на родину. Сырость, холод и уныние, а еще бывший, который почему-то решил, что я таки отказываю, потому что набиваю себе цену.
Быстренько отгоняю мысли, поднимаю листочек на уровень глаз и снова перечитываю то, что на нем написано. С дурацкой улыбкой счастливой, и в кои-то веки кончившей женщины, накидываю халат и заказываю завтрак в номер. Море морем, но поесть не мешает.
Заканчиваю завтрак и иду одеваться. Достаю свои купальники и понимаю, что нет. Их я не надену. Беру тот, который мне положила Машка. Он невероятно сексуальный, максимально открытый, но чудесно подчеркивает фигуру. Я знаю, что Ментор работает на другом секторе, поэтому надеюсь, что ему нечего здесь делать, и я смогу порадовать “своего” спасателя.
Надеваю черный бюстгальтер с небольшим бантиком по центру груди, быстренько натягиваю трусики, состоящие из трех ленточек, но зато как красиво. Я знаю, что на пляже ходят именно в таком. Мало кто надевает цельные купальники и то, что я с собой привезла. Они закрывают тело, а мне нужно открыть. Чтобы обеспечить моему мистеру спасателю стояк до конца смены. Он-то вчера не кончил, а значит, сегодня меня ждет продолжение банкета.