Властелин Кукол (ЛП)

— Тогда это, возможно, даже имело бы смысл, — заметил я и встав, протянул Лиандре руку.
Она встала, всё ещё напуганная и сделала шаг в мою сторону.
— Извините нас, — промолвил я и провёл её во внутренний двор к скамейке, где сел рядом с ней и обнял.
Она положила свою голову мне на плечо и сначала сделала глубокий вдох, чтобы потом выдохнуть.
— Так было уже всегда. Когда я расстроена, кажется, будто я всасываю всё вокруг себя, чувствую покалывание по всему телу, — она неуверенно посмотрела на меня. — Но такого со мной ещё никогда не случалось!
— Если бы это был человек, он был бы уже мёртв, — заметил я.
Она кивнула.
— У меня нет привычки раздавать пощёчины направо и налево или кого-то бить, — сказала она. — И тем более я никогда не пойду против тебя.
— Ты ещё никогда не меня не злилась?
Она засмеялась и ущипнула меня за руку. Меня не ударило молнией, и я был за это благодарен.
— Я уже злилась на тебя. Но никогда так сильно. Иногда мне хочется тебя встряхнуть, когда ты такой упрямый и неразумный, но я не ощущаю покалывания. Тогда всё иначе.
— Я не упрям и вполне благоразумен.
На этот раз она действительно засмеялась.
— Ах, Хавальд, — сказала она, целуя меня. Когда наши губы прикоснулись друг к другу, появилась небольшая искра. Она хотела испуганно отпрянуть, но я рассмеялся и удержал её. Такое иногда случалось, она сама объяснила, почему: всё дело в сухом воздухе и шёлке, который мы часто носили. Я не совсем понимал, как это происходит, ведь я не маэстро. Зато я обнимал маэстру, и обстоятельства были благоприятными.
И вот тогда это случилось. Искоренитель Душ чуть не вырвал мне руку из плечевого сустава, когда оказался в моей руке. Его бледное лезвие нанесло удар, прежде чем я понял, что происходит и почти отрубило ей кончик носа, когда она, широко распахнув глаза, отпрянула назад, и промчавшись дальше, даже срезал кожу с сустава её пальца. Кроме того, меч разрезал тонкое золотое кольцо, на её левой руке.
Кольцо и арбалетный болт, появившейся из ниоткуда, упали на землю, Искоренитель Душ жадно всосал каплю крови Лиандры. Второй болт попал в основание моей шеи, над бронированным жилетом, заставив меня отшатнуться. Всё же я успел толкнуть Лиандру за скамейку. Искоренитель Душ дёрнулся в моей руке, но иногда этого просто недостаточно, я не успел повернуться, поэтому ещё один болт попал мне в спину.
Боги, даже Варош не мог так быстро заряжать свой арбалет и стрелять!
Тёмная фигура на краю крыши, обращённой к внутреннему двору, снова прицелилась, но затем наступил конец света в сверкающей молнии и ударе грома.
Ударная волна меня подняла вверх и отбросила к краю колодца. Болт, торчащий из спины, отломился, и я упал назад, выронив из руки Искоренителя Душ. Я видел, как мимо меня проносилась темнота, а наверху круглый кусочек неба, который становился всё темнее, чем глубже я падал.
Я попытался ухватиться за колодезную цепь рядом с мной, но промахнулся, затем ударился о воду, твёрдую, как камень, но также о твёрдое ведро, плавающее на воде. Я услышал, как сломались мои рука и плечо. Одно мгновение я ещё видел наверху чёрное небо со звёздами, затем вода накрыла меня, и стало темно. Я не потерял сознания, потому что чувствовал, как Искоренитель Душ скользил всё глубже в шахту колодца и думал, что нужно что-то делать, двигать руками и ногами.
Диаметр колодца был равен примерно росту человека, и насколько он был глубокий, я тоже теперь знал. Я ушёл глубоко под воду, но ещё видел её поверхность — блестящее серебряное полотно вдалеке, в котором танцевала тень ведра. В Газалабаде было всегда тепло, ледяная вода стала для меня шоком.
Я был словно парализован, не мог двинуть даже пальцем. Если бы я умел плавать, подумал я, от этого всё равно сейчас не было бы никакой толку, и это меня немного позабавило. Каким-то образом мне удалось задержать дыхание, и теперь я мог следить, как опускаюсь всё ниже и ниже. Далёкий блеск поверхности воды исчез. Мои уши вот-вот угрожали лопнуть, сердце бешено стучало, а давящее кольцо вокруг груди сжималось всё туже и туже.
Это была самая глубокая тьма, когда-либо испытываемая мной, ужасно холодная, словно безжалостный кулак, крепко сжимающий меня.
Ещё у меня было время для странных мыслей. О том, что я уже всегда ненавидел глубокие воды… хорошо, что Искоренитель Душ исчез в глубине… что я никогда больше не увижу Лиандру и остальных… я надеялся, что Лиандра и без меня выполнит свою клятву. Что другие не пострадают… что удача сержанта не такая уж и большая… что теперь я смогу узнать, что он пообещал Серафине напоследок… что мне будет не хватать этих смотрящих на меня янтарных глаз Наталии… Для таких вещей было время.
Потом я уже больше не мог терпеть и вдохнул. Ледяная вода обожгла мне лёгкие, и я закашлял, давление ослабло, хотя мои лёгкие были объяты пламенем, но потом и это прошло. Ещё одна последняя мысль… Даже если Сольтар не хотел, на этот раз ему придётся открыть для меня свои врыта… Мне показалось, что я ощущаю его руку на своём плече, затем увидел его звёзды, и это было здорово.
Однако всё было как-то иначе, чем я себе представлял. Мне было больно, и кто-то прыгал на моей груди. Можно было бы подумать, что если уж я попал на небеса, то бог может вправить вывихнутое плечо. Или убрать жжение из лёгких… Я закашлял, и задыхаясь, почувствовал, как изо рта и носа хлынул поток воды. Я согнулся пополам, в то время как мои лёгкие горели, а кости в плече словно перемалывались между двух больших камней. Ничего не помогало, я продолжал кашлять и изрыгать душу из тела, а вместе с ней и воду.
В какой-то момент всё закончилось, я с болью набрал в лёгкие воздуха, у меня снова начался приступ кашля, я прохрипел и остался тихо лежать.
Мои легкие все еще горели, но делали свою работу. Постепенно я начал понимать, что лежу на тёплых каменных плитах во дворе, что тени двигались, а звуки были голосами.
— Живучий, как старая, три раза пережёванная кожа, — услышал я голос Армина. — Упрямый осёл! Учитывая то, что он везде вызывает проблемы, независимо от того, где находится, думаете боги действительно захотят забрать его к себе?
— А я и не собираюсь отдавать его, — это был голос Лиандры. — Пусть никуда не намыливается. А остаётся рядом со мной!
Ой-ой, на этот раз её голос звучал очень сердито.
— Боги могут подождать, — сказала Серафина. Она тоже была в бешенстве. — Я ещё с ним не закончила.
Я услышал смех Армина.
— Вы видели, как быстро он двигался?
Наталия, судя по голосу, она была под впечатлением.
— Нам нужен поросёнок, — сказала Лиандра.
Какой ещё поросёнок?
Ко мне склонилось лицо Лиандры, и она улыбалась, но выглядела обеспокоенной. Она была грязной, одежда обгоревшей, а из пореза на лбу шла кровь, но её фиолетовые глаза блестели от удовлетворения.
— Что случилось? — спросил я, или скорее попытался. У меня снова начался приступ кашля.
Но она всё же поняла меня.
— Я чуть тебя не убила, — призналась она, опуская взгляд. — Мне так жаль.
— Вы должны были это видеть, эссэри! — с энтузиазмом воскликнул Армин. — Это было похоже на кулак богов. Гром сбил всех нас с ног, а вас, словно ребёнка, откинул к краю колодца, а потом вы в нём исчезли. Этого никто не видел, потому что мы все ослепли. Но раз вы исчезли после этого, значит должны были находиться в колодце. Я был первым, кто подумал об этом, и оказался прав. Благодарение богам за то, что они удостоили меня этой мысли. Я клянусь вам, эссэри, я…
— Армин, — нежно промолвила Лиандра. — Замолчи.
Армин больше ничего не сказал. Это было совсем на него не похоже, что с ним сделала Лиандра?
— Я упал в колодец, — вспомнил я. — Колодец глубокий.
— Да, глубокий, — подтвердила Лиандра.
— Затем я утонул, — я попытался сесть, моё плечо было против, и я снова упал на спину и закашлял. — Как вы смогли меня вытащить? — за её плечом я увидел кое-что странное. — Один из декоративных кустов в саду обуглен, — недоверчиво сообщил я.