Нерсиаль (СИ)
Согласно обострённому чувству времени я управился минут за четырнадцать-пятнадцать, работая аки дровосек. Всё-таки эти твари могут быть угрозой, если навалятся толпой, да и то — не факт.
— Двадцать две гадины, — я вытер со лба не существующий в этом мире пот. — И где их столько наплодилось?
Я стоял аккурат подле экрана, отсюда невозможно узнать, что там идёт. В обратной стороне реальности фильмы не крутят. Решив, что с делом покончено, я уже открыл род в порыве произнести «Лаисрен» — слово, как я догадался, способное вернуть меня в материальный мир, но… не смог. Изо рта выпорхнуло облачко туманна. Густого, очень густого туманна… Стало резко холоднее…
Рукоять меча понадеялась на роль печки в комедии моей жизни и принялась теплеть в попытке согреть хозяина волнами энергии, но помогало не очень. Я заозирался по сторонам, не понимая, что происходит и почему не получается произнести ни слова, кроме идиотского мычания. И так мотал головой, пока не наткнулся на тень. Просто огромная тень. Прямо подо мной…
Отскакиваю в сторону и, расширившимися от ужаса глазами, смотрю на высоченную скотину! Огромная, высотой в четыре взрослых человека, с гладкой, точно отлитой из грязного железа кожей, гуманоидная чёрно-белая тварь. Тонкие, но нецензурно длинные конечности не стали ждать, пока я рассмотрю когти размером с половину меня, и в сверхскоростном выпаде понеслись в мою сторону.
На одних только инстинктах блокирую удар, а в следующие мгновение встречаю спиной гостеприимную поверхность стены.
— О-ох! — простонал я. Подобные столкновения вообще не должны заставлять меня чувствовать боль. Взять тот же прыжок с четвертого этажа, там лишь небольшой дискомфорт, а тут меня хотят расплющить словно под прессом! Значит, слишком силён. Проклятье, только почувствовал себя крутым борцом с нечестью, как мир сразу же даёт понять, кто тут настоящий босс.
Омальзат… Если прошлый их вид казался мерзким, то этот взял новую вершину, рядом с его яростью не то что слова, даже мысли путаются в страхе перед огромным собранием негатива. Пародия панды-переростка осталась стоять на том же месте. Вместо головы у твари раскрылась огромная вертикальная пасть, усеянная сотнями белых зубов, больше похожих на частокол во рту мегаладона. И ладно бы просто пасть…
— ГРА-А-А-А-А-А-А-А-А! — сумасшедший по всем меркам громкости рёв разнёсся по залу, заставляя барабанные перепонки дрожать в страхе быть разорванными.
«Откуда такая хрень только вылезла?! Писк мохнатика теперь кажется детской игрой…»
Я давно потерял концентрацию и не видел в зале людей. Но есть ли они для этой гадины? Так, раз она нацелилась на меня, значит сейчас она здесь, а не в той плоскости, где люди… уже голова болит от этой подпространственной геометрии.
Смотря на несущегося монстра, я думал: что делать? Ранить? Он явно сильнее вурдалаков, а ведь даже те знать не хотели слово «ранение». Отсечь голову? Сначала допрыгни на такую высоту, предварительно не став шашлычном на вертеле из его когтей. Нужно что-то другое…
Время на подумать — слишком большая роскошь, так что пришлось панически отступать от скоростных атак. Монстр здорово держал дистанцию, при этом заставляя меня вертеться и выкручиваться всеми возможными способами, не давая даже намёка на попытку контратаки. Перекат, прыжок. Это похоже на «догони меня кувалда», я не играл, просто слышал… Едва успеваю выставить блок перед очередным броском невозможно длинной конечности, сносящей меня, как осиновый лист тайфуном, в противоположную стену.
Очередная вспышка боли пронзила спину, в реальном мире я бы уже давно переломал себе все кости. Вокруг становилось холоднее, движения замедлялись… Не нужно быть экспертом, чтобы понять, кто виновник смены времён года.
«Проклятье! Все плохо, очень плохо! Так и закончить здесь можно! Нельзя помирать, тогда все люди в зале…»
Тварь опять рвётся в мою сторону, раскидывая кресла, я же, отрешившись от пафосных мыслей, тянущих мою волю, словно спасительная соломинка, пытаюсь собраться. Тот сверхмощный приём в переулке… Удастся ли его повторить? Потому что навыки, которые я «вспомнил», истребляя слабых омальзатов были бесполезны. Раскрутить оружие для мощного встречного удара, способного навредить монстру, не успею, колющий же, сыграет только против меня, когда застрянет в теле монстра…
— Агх! — застонал я, на этот раз попробовав парировать выпад горилы-переростка! Но он всё равно отправил меня в очередной полёт, сопровождаемый свистом ветра и последним тяжёлым приземлением. Ещё одно такое я не выдержу, руки и ноги слегка подрагивали, холод проникал внутрь всё глубже, сдавливая волю и пытаясь затуманить разум сильнее прежнего…
Меня отнесло обратно к экрану. И когда уже прошёл целый круг?!
Правую ладонь чуть ли не обжигает от потоков энергии, льющихся из Нерсиаля. Ощущаю себя неудачником, которому всё подали на золотом блюдечке, а я не хочу ничего с него брать.
Медленно встаю на ноги и сосредоточено смотрю на приближающегося монстра. Он больше не бежал, лишь неспешно шёл, даже так быстро сокращая дистанцию… и улыбался? Я встряхнул головой и собрал оставшиеся силы. Как там? Меч немного назад… слегка присесть в коленях… До боли сжал эфес, постарался настроиться на тепло идущие от Нерсиаля.
Вдох.
«Хоть бы получилось…»
Выдох.
Выкладываясь на максимум, устремляясь в рывке к уже занёсшей «копьё» твари! Вместе с громом ветра, достойным сверхзвуковых самолётов, перерубаю чертову гориллу пополам!
— ГР-О-О-О-О…. — скулит умирающий монстр, с глухим звуком роняя половинки самого себя на пол.
Я же падаю на колени и жадно хватаю ртом воздух. К сожалению или к счастью, но его надобности здесь нет, и энергия, потраченная от перенапряжения, постепенно восполняется, независимо от дыхательных упражнений. Всё тело ломит от усталости, адреналина в этом мире не придумали, зато попробуй я ассоциировать энергетическое истощение с тяжелой тренировкой, то сделал бы немалое преуменьшение. Хорошо хоть холод понемногу отступает. Боль разливается по конечностям, ударяя по вискам и проникая в каждую клеточку второго тела, призывая развалиться на полу и отдохнуть. Что я и сделал, перевернувшись и буквально упав на влажную от чей-то крови поверхность.
Не смотря на откровенно ужасное состояние, я позволил себе улыбнуться. Получилось! Я выполнил супер-мега-атаку и зарубил босса! Осталось только придумать название новому монстру и приёму, но это мелочи, ведь это по сути первая победа над мир…
— Хлоп-хлоп-хлоп-хлоп! — послышались активные овации в паре метров справа. Со стороны зала… Я вроде приземлился аккурат неподалёку от наших с Лими мест… — Браво, маэстро Кей! Прекрасное представление! Хлоп-хлоп-хлоп!
Устало повернув голову, я увидел мохнатика и Лимерис, радостно аплодирующих. Вот где ты был, мелкий предатель.
— Лимерис?! — я осознал сразу несколько вещей, вдавивших в пол ещё сильнее, чем собственный вес. И я ничего не заметил… бездарность.
— Можешь не прикрываться, я уже всё в деталях рассм…
— Лаисрен!
Первое, что я почувствовал, вернувшись в уютное кресло кинозала с тусклым освещением, так это тяжесть. Мышцы будто свинцом налили и дали ему затвердеть. Да и голова слегка потрескивала. Такого в прошлые разы не случалось, но тогда я и не в состоянии переполненной до краёв губки был!
— М-м-м… — принялся я разминать затёкшие конечности. — Может, просветишь меня? Какого…
— Позже, — абсолютно серьёзным тоном, не терпящим препирательств, оборвала меня Лимерис. Обычно она так не говорит. Наверное, именно это убедило меня не продолжать дальнейших расспросов. А их хватило бы на список.
«Она знает!»
Не хотелось признавать, но в вихре пересекающихся эмоций выделялось облегчение. Как будто рассказал потаённый секрет, тяготивший годами. Не знаю, за что она примет шумны выдох чистого свободного воздуха из охлаждённых лёгких, да и не важно. Куда интересней вернуться к критическому мышлению, и как только люди без него живут…