Мэн (СИ)

Кабинет гинекологии расположен самым последним по коридору, в торце которого предусмотрено большое окно. Именно на его подоконнике и сидел Норман МакТавиш, когда доктор Полл и медсестра Барди вышли из кабинета. Последняя тут же принялась закрывать дверь на ключ.
Констанция, собиравшаяся было взять неплохую скорость прямо с порога, буквально завибрировала на месте, остановившись, как вкопанная, при виде такого посетителя. Со времени визита Брук прошло недели две или чуть больше. Что могло такого произойти, из-за чего мужчина в одиночестве явился под двери гинекологического кабинета, доктор Полл терялась в догадках.
Выглядел он, как и всегда, как нечто среднее между Кипарисом в лучшие его годы и Адонисом в лучшие годы Ахиллеса. Тёмно-синего цвета рубашка-поло из качественного хлопка с узенькой красной и белой окантовками по воротнику и короткому рукаву и тонкого льна брюки бледно-песочного цвета.
Доктор Полл сглотнула. Она смогла бы поклясться на медицинской энциклопедии, что всё, что на нём надето, произведено не в США.
Посетитель, увидев женщин, опустил руки с телефоном, в котором что-то не то искал, не то писал, и поднялся с подоконника.
— Мистер МакТавиш? — с тревогой в голосе произнесла девушка.
— Добрый день, мисс Полл, — мужчина поклонился лёгким импозантным кивком головы.
— Почему Вы здесь? Что-то случилось? Что-то с … — Тэсс хотела сказать: «С Брук», но осеклась и оглянулась на медсестру.
— Ладно, Тэсс, я побежала, — положила та ей ладонь на плечо и, стрельнув глазами в привлекательного посетителя, направилась прочь по коридору.
— Что-то случилось с Брук? — сделала шаг вперёд к мужчине девушка и состроила грозную физиономию.
— Если Вы о том, о чём я подумал, то понятия не имею, — спокойно ответил Норман. — Что касается всего остального, то тоже понятия не имею.
— Она не беременна?
— Доктор Полл, хотя бы иногда, для разнообразия, слушайте, что Вам говорят. Я же сказал: понятия не имею. Но, если и беременна, то точно не от меня.
— Как прикажете Вас понимать?
— Да Боже меня упаси, Вам приказывать, — поднял он в защитном жесте руки.
— Так, ну всё, — Тэсс развернулась и уже занесла ногу к первому шагу по коридору. И она даже его сделала, но тут же уткнулась носом в атлетическую мужскую грудь.
— Констанция, у меня к Вам предложение.
— Какое к чёрту предложение, если с Вами совершенно невозможно разговаривать! — задрала она подбородок и зло округлила глаза на мужчину. — Какое предложение! Уйдите с дороги, дайте пройти, — и широко шагнула в сторону.
— Сначала послушайте: что я Вам скажу. Это в Ваших же интересах, — загородил он ей дорогу одной рукой, и у девушки появилось ощущение, что она врезалась в железнодорожный шлагбаум.
Тэсс в бессилии опустила плечи и отвернулась в сторону. Это были мгновения чистейшего, ни с чем несравнимого наслаждения. Счастья.
— Вы несносны.
— И Вы даже не представляете, насколько. Но у каждого свои недостатки, и давайте отойдём в сторонку. — Он взял её за предплечья и немного подтолкнул к стене.
«Вот опять! — ворвалась в мозг Тэсс, как только она почувствовала его прикосновение. — Вот опять это же чувство!» — Но какое именно, она, конечно же, понять не успела.
— Только быстро. У меня мало времени.
Норман усмехнулся.
«Расскажи мне о том, что такое «мало времени», — прочитала в его красивых глазах девушка.
— Во-первых, я не спал с Брук.
От столь неожиданного заявления лицо Тэсс начало медленно вытягиваться.
— А во-вторых, я предлагаю сделку: если уж Вам так тревожно за судьбу этой девушки, и я представляю в Ваших глазах некую угрозу, то я оставляю мисс Селестье в покое с сегодняшнего числа и до плюс бесконечности, а Вы идёте со мной на ужин, — договорив, он сощурился так, будто ожидал, что сейчас прямо перед ним произойдёт химическая реакция бертолетовой соли.
Но Тэсс смотрела на мужчину довольно спокойно, хоть и всё ещё ошеломлённо. Словно он предложил ей начать дрессировать пингвинов.
— Мистер Мак … гхм… кх-кх, — прочистила горло девушка. — Мистер МакТавиш, Вы ненормальный?
— Да. Я уравнобешенный, — и улыбнулся. Этот маленький «филиал Голливуда» немного разозлил девушку, и она выгнула бровь.
— Да неужели! Не льстите себе. Во-первых, это очень похоже на шантаж, а во-вторых, если я откажусь, Вы продолжите встречаться с девушкой, которую готовы променять на ужин с другой?
— Но Вы не откажетесь.
— Мистер МакТавиш…
— Норман.
Тэсс застыла.
— Что, простите?
— Я говорю: «Норман». Называйте меня «Норман».
— А-а, — с обалдевшим видом произнесла она тихо. — Да-да, конечно, Норман, — как заворожённая повторила Тэсс, но тут же продолжила: — Ну, так вот, мистер МакТавиш, для меня очевидно, что Вы в запале погони за очередной ду… — она запнулась, — за очередной жертвой, павшей к Вашим ногам, не разглядели мою полную для этого непригодность, — она сделала паузу. — Я живу в своём доме, у меня есть работа, есть молодой человек, которого я люблю …
На этом слове Норман ухмыльнулся.
— … у него, кстати, тоже есть работа. Вопрос: зачем мне что-то менять? Зачем искать новых отношений?
Повисла пауза.
— Вы закончили?
В ответ Тэсс попыталась взглядом сбить мужчину с ног. Но он опять только лишь ухмыльнулся.
— Во-первых, — отогнул он указательный палец левой руки указательным пальцем правой, — я не предлагаю Вам искать. Во-вторых, — он отогнул средний палец в такой же манере. В трёх оставшихся у него был зажат айфон, — я не предлагаю Вам отношений, поскольку и Вы, и я уже состоим в них. И я сейчас не о Брук.
Услышав такое, Тэсс моргнула. Один раз.
— Я только лишь предлагаю исходить из той простой логики, что лучшее — враг хорошего.
От такой наглости и самоуверенности доктор Полл буквально задохнулась.
— Вот как? А скромность украшает человека, между прочим.
— Я так не думаю.
— У меня иногда складывается впечатление, что думать, это вообще не ваше.
— А у меня есть некоторые сомнения по поводу того, что Ваше — это складывать впечатление. Но процесс Вашего сопротивления самой себе, знаете ли, то ещё зрелище. — Потом он насладился зависшим состояние собеседницы и выдал: — Мне Вы сможете отказать. Попробуйте отказать себе.
Девушка сжала губы, расправила плечи, вздёрнула подбородок и с выражением лица «вызов принят» выпалила:
— Уже отказала. Всего доброго, мистер. — Теперь уже спокойно она обогнула его высокую фигуру и направилась прямо по коридору. Тэсс была уверена, что он опять побежит за ней и остановит, но ошиблась. Она так и вышла из здания и направилась в «А» корпус в регистратуру, а Норман, скорее всего, остался на месте.
До чего же ей сделалось плохо. У Констанции всё сжалось внутри, потом распрямилось и принялось рвать девушку изнутри на части. Остановившись за углом, она опёрлась рукой с файлами о стену здания, а другой начала стучать себя кулаком в грудь. Только после этого ей удалось глубоко и натужно вдохнуть. Она не понимала: почему и за что, и почему так, и что с этим делать, но уже отчаянно, до судорог в теле, до спазмов в груди не хотела с ним расставаться. Она хотела к нему. До крика на всю Бенедикту хотела ехать с этим высокомерным, чванливым, умным, загадочным пижоном на этот чёртов ужин. Тэсс не сомневалась, что ещё не раз проклянёт себя за этот опрометчивый отказ. Всё-таки, она надеялась, что мужчина не отстанет, пока своего не добьётся.
Но он отстал.
Чуть успокоившись и выпив воды из охладителя уже в «А» корпусе, доктор Полл пошла работать дальше и всё оставшееся время жила надеждой, что МакТавиш найдёт способ увидеться с ней после работы.
Но он не нашёл. Или не искал.
После работы её ждал Адам. Тэсс вообще ничего не понимала, не понимала себя, не понимала: что ею движет и как такое возможно, но кинулась на шею парню, как к родному и заплакала.
— Детка, что случилось? Что? — принялся тот гладить её по голове.