Мэн (СИ)

— Да, в нападении у наших «Патриотов» есть отличный принимающий — Уэлч, но даже если они получат условного МаКорти, разыгрывающего у них нет. И бегущего, с уходом Гронковски, тоже нет, — высказался светловолосый, худой мужчина с усами, кажется, её муж.
— Да и Гронк ничего не сделал бы один, — махнул рукой Рудольф. — Ему обязательно Цена нужен, или хотя бы Арон, или Меско. И это ещё надо учесть, что Брэдфорд и Гронк по четыре-пять сезонов в лиге провели, то есть как у машины — «пробег» уже солидный.
Пока компанию занимал футбол, Констанция краем глаза наблюдала за танцующими в это время медленный танец МакТавишем и Брук. На её удивление, всё выглядело довольно целомудренно и скромно. Почти высоконравственно. Тогда как она ожидала увидеть, скорее, некую адаптированную, публичную версию прелюдии к сексу, эдакий облегчённый вариант тяжёлого эксгибиционизма. Но мистер МакТавиш держал Бруксильду всего лишь за спину, а не за ягодицы, и даже хорошо повыше талии, а она положила руки ему на грудь, прямо перед собой, а не сцепила их в замок у него за шеей. И поцеловались они только один раз, и то коротко и без языка. После поцелуя Брук что-то сказала, и парочка засмеялись.
Мисс Полл очень-очень хотелось сравнять счёт: впериться взглядом в этого «скромника» и своим неустанным оценочным наблюдением тоже заставить его пожалеть, что он вообще пошёл танцевать. И заявился в этот бар. И пожаловал к ним в Мэн.
«И родился на свет», — чуть надула губы Констанция в досаде от того, что этот гость сейчас вообще не смотрел в её сторону, да и вообще, не опускал взгляда ниже макушек окружающих. Благо, рост позволял.
— М-да, после того как Мегатрон и Тэйт ушли, трудно нашим придётся.
— Скоро «Дельфины» с «Викингами» сойдутся. Посмотрим.
— А вы слышали, в «Сихокс» Гордон не прошёл тест на марихуану. Вот придурок. И себя слил и ребят подвёл, — звучало то от одного, то от другого присутствующего за столиком.
Но ничто не вечно под луной и даже такая животрепещущая тема как футбол, исчерпала себя. Поэтому женщины решили пойти потанцевать и дать парням возможность, так сказать, в аптекарски чистой мужской компании обсудить новую грудь Сары Лэйк и фигуру вернувшейся после родов Джессики Гибсон — лидеров команды поддержки «New England Patriots». Заиграла очередная быстрая композиция, и Селин, как жена хозяина столика, принялась поднимать всех девушек и потащила их на танцпол.
Девчонки прыгали, скакали, смешно изображали, как парни танцуют рок-н-ролл, мотали головами, подпевали словам. Короче, танцевали так, как будто их никто не видит. Тэсс понимала, что они жительницы ферм и лесозаготовительных хозяйств, здесь, в Бенедикте чувствуют себя, примерно так же, как она в Нью-Йорке: их никто не знает, и они никого не знают, поэтому можно веселиться вовсю. А вот мисс Полл являлась местным доктором, поэтому всё-таки немного стеснялась и остерегалась.
В соседней компании чуть помладше, танцевала Брук. Когда они с Тэсс встречались взглядами, то махали друг другу руками и смеялись.
Констанция вспомнила, как однажды они с Паркер устроили у той на ферме вечеринку. Официально она была приурочена к неделе переезда в другой штат первой красавицы их школы Тейлор Татум. Эта стерва год назад отбила у Паркер «любовь всей её жизни» Стивена Маршала. И хотя спустя месяц Тейлор его бросила, одно только её существование и цветущий вид отравляли старшей Селестье жизнь. Поэтому, лишь рассеялся дым из выхлопной трубы машины, умчавшей Татум к чужим берегам, а мистер и миссис Сеслестье, по счастливому стечению обстоятельств, уехали на выходные к тёте Доминик в гости, Паркер тут же воспользовалась моментом. Брук тогда исполнилось девять, и её оставили на попечении и совести старшей сестры. Старшая сестра, в силу возраста, восприняла это, конечно же, больше как власть, нежели как ответственность, и чтобы эта мелюзга не путалась под ногами, на время вечеринки закрыла её в своей комнате на ключ. Брук, не теряя времени даром, нашла в ванной сестры краску для волос и осветлила себе всю голову, а остатки вымазала на их дымчатую кошку Пшизу. После этого случая Паркер в наказание запретили прокалывать уши.
И вот сейчас Тэсс танцует рядом с этой мелюзгой, да ещё и в баре.
«Как бежит время», — философски взгрустнула девушка. Она забивала себе голову первыми попавшимися мыслями и воспоминаниями, потому как её глаза в это время так и рвались к бару, где за суетящейся толпой, маячила мужская фигура в белом. Норман потягивал какой-то напиток, развернувшись корпусом к танцующей Брук. Конечно же, на Тэсс у него тоже имелся весьма неплохой, выгодный обзор. Мисс Полл это выводило из себя. В какой-то из моментов девушка всё-таки осмелилась посмотреть на красавца, решив, что если, не дай Бог, застанет его за разглядыванием её персоны, то покажет ему язык. Ну, или что-нибудь в этом роде придумает. Сообразит, короче.
Когда она сделала это во второй раз, то наткнулась на его спокойный, ровный, ничего не выражающий, взгляд в упор.
 Глава 5 Маленькие дырочки или Ночь зависимости 
 
Не то почувствовав угрозу этого одиночного флешмоба от Тэсс и испугавшись, не то посчитав, что лучшая защита, это нападение, но мужчина первым пошёл на показательный номер — только лишь поймав внимание девушки, он, не разрывая зрительного контакта, так сказать, на глазах у неё отодвинул от себя бокал, поднялся и, только после этого отвернувшись, двинулся на выход.
Тэсс опешила уже второй раз за вечер, продолжая на автомате двигаться под музыку.
«Что … чёрт возьми, здесь … вообще происходит? — спотыкаясь мыслями, попыталась она и думать, и формулировать одновременно. Девушка отказывалась в это верить, но его манёвр, иначе как предложение следовать за ним, расценить отказывалась. — Какого чёрта он творит?», — нахмурилась она и свела брови к переносице, глядя на клиновидную спину в белом. Но поскольку ещё очень давно опрометчиво обзавелась не всегда удобной привычкой быть честной с самой собой, то тут же призналась, что кокетничает, и её возмущение — это только лишь средство заглушить свою радость.
«Тэсс, ты в своём уме? У тебя, на минуточку, сегодня первая ночь с твоим любимым мужчиной! А ты тут … развела».
Но было уже слишком поздно. Она отлично понимала, что должна и дальше танцевать с девчонками, а потом пойти и сесть рядом с Адамом и продолжить вечер, но уже точно, доподлинно знала, что сейчас возьмёт и пойдёт за этим мужчиной. Хотя бы чисто из любопытства. Её не остановить.
Это находилось за гранью её понимания, поэтому девушка перешла к оперированию понятиями, в которых хоть чуть соображала.
— Фух, ну и жарко здесь, — помахала она на себя ладонью. — Пойду, выйду … остыну, — громко, перекрикивая музыку, проговорила, танцевавшей рядом Селин. Та в ответ только улыбнулась и кивнула.
Констанция направилась к Адаму — у него в кармане лежал её телефон.
— Я на улицу. Позвоню маме, — и протянула парню руку.
— Только не долго, — улыбнулся тот и, достав аппарат, вложил его в раскрытую ладонь.
На улице, сразу возле входа, стояли четверо: трое парней и девушка, а на месте для курения уже щёлкал зажигалкой мистер МакТавиш. Вместе с ним, по другую сторону от фонарного столба, стоял молодой парень с сигаретой в зубах и с телефоном у уха. Взглянув на них, Тэсс тут же ринулась к противоположному углу здания и спряталась за квартетом у входа. Чтобы показать и себе, и Норману, что она вышла вовсе не за ним, а по своим делам, мисс Полл оживила аппарат и начала просматривать обновления.
Новых непринятых вызовов не имелось, значит, мама не звонила. Дочь сама набрала её номер. Можно надеяться, что миссис Гленн нормально пережила сегодняшние гуляния, но всё-таки лучше удостовериться. Тэсс насчитала что-то около пяти-шести гудков, но никто трубку не брал.
«Уже спит», — догадалась девушка. С тех пор как подрос Дэни, мама не расставалась со своим телефоном ни при каких обстоятельствах. И только в последнее время, в периоды гипертонических кризов, начала отключать звук, ложась спать.