Путь над бездной (СИ)
Проснувшись с рассветом, ведьма обнаружила, что лежит, укрытая плащом инквизитора. Ее собственный плащ был сложен у нее под головой. Сам Ириус сидел рядом, с неподвижной задумчивостью глядя на тлеющие угли, оставшиеся от ночного костра. В сером свете зимнего утра его лицо с впавшими щеками и недельной щетиной казалось особенно усталым. Судя по темным кругам под глазами, он так и не уснул. Ведьма зашевелилась, он вздрогнул и посмотрел на нее:
— Доброе утро!
— Доброе, — кивнула она, садясь и невольно морщась от боли в затекшей спине, — Ты что, всю ночь просидел?
— Большую её часть, — нехотя признался он, избегая её укоряющего взгляда.
— А остальные?
— Хозяева спят в телеге, а Рик с Даном устроились с той стороны костра, — он кивнул головой в сторону мирно сопящих друзей. Полуорк пошевелился, пробормотал что-то и перекатился на другой бок, заворачиваясь в походное одеяло.
Дарина нехотя встала и направилась в отхожую будочку, стоявшую на краю площади. Вернувшись, она плеснула себе в лицо ледяной водой и вновь присела к костру, Ириус протянул ей чашку с кофе.
— Скоро все проснутся, — заметил он, накидывая ей на плечи её плащ. Он на секунду приобнял ее, но тут же отстранился. Ведьма, решив не обращать на этот жест внимания, кивнула:
— Что будем делать?
— Мы же хотели разойтись. Мне надо вернуться на постоялый двор.
— Зачем?
— Вещи забрать.
Дарина невольно поежилась от угрозы, явно проскользнувшей в его голосе.
— А мы? — тихо спросила она.
— Можете наняться охраной к ним, — Ириус указал на телегу, с которой раздавался мерный храп, — Им же маг нужен, да и две пары крепких рук с оружием лишними не будут.
— Думаешь, нас так просто выпустят из города? — хмыкнула Дарина.
— Думаю, в обозе никого не удивит женщина и два охранника. Искать будут скорее четверку преступников, один из которых — маг, — пояснил инквизитор, — Мертвяков жег я, и, скорее всего, они пойдут по моему следу. Я встречусь со здешним инквизитором, арестую его и отправлюсь в столицу.
Осененная догадкой, Дарина внимательно посмотрела на него:
— Маги пропадали здесь и раньше? Поэтому ты приехал? Верно?
— И поэтому тоже, — отрезал он, — Это — очень опасная игра. Так что бери охотников, нанимайтесь в обоз, и убирайтесь как можно быстрее из этого города.
— Нет, я пойду с тобой! — горячо возразила ведьма.
Ничего не говоря, Ириус устало посмотрел на нее. Он настолько вымотался за эти дни, что сейчас ему меньше всего на свете хотелось убеждать Дарину в опасности ее идеи. Она поняла его молчание по-другому.
— Не доверяешь? — изумрудные глаза вспыхнули опасным огнем.
— Спать хочу, — признался Ириус, понимая, что в таком состоянии ему не переспорить ведьму, и решив отложить все на потом, он задумчиво провел рукой по колючему подбородку. — А еще — побриться.
С секунду она ошарашенно смотрела на него, а затем рассмеялась.
— Никогда не думала, что услышу такое от тебя!
— Никогда не говори никогда, — пробурчал он, окончательно сломав былую отчужденность, возникшую между ними много лет назад. Сейчас, после нескольких дней пути, он был каким-то очень … Она слегка задумалась, подбирая слово. Человечным? Да, наверное, именно человечным. Небритый, взъерошенный, с морщинами усталости на лбу, он мало напоминал того столичного инквизитора, со скучающим видом стоящего в бальном зале. Когда она перестала его бояться? Дарина уже и не помнила. Ведьма вдруг поняла, что тогда, в столице, он все время был рядом. Ненавязчиво появляясь именно в тот момент, когда ей действительно была нужна помощь… Она вдруг вздрогнула, вспомнив, что именно он остриг ей волосы, но даже эти воспоминания стали блеклыми, будто все это было уже не с ней.
Петух, сидевший в клетке на телеге, робко прокукарекал, его крик подхватили в птичьих клетках, стоявших на другом конце площади. Едва крик стих, площадь ожила. Крестьяне, привыкшие в деревнях вставать именно с криками петухов, вскакивали с телег, потягивались и начинали спешно приводить себя в порядок, у будочки образовалась очередь, некоторые особо предприимчивые срочно скрывались в ближайших подворотнях и тотчас пятились обратно, гонимые городской стражей. Дождавшись охотников, Ириус спокойно, в нескольких словах, обрисовал им все перспективы и предложил выбирать. Оба кивнули, соглашаясь следовать за инквизитором. Вздохнув, он устало потер шею:
— Вот что с вами делать… Ладно, сейчас самое время… пойдемте!
Поблагодарив хозяев и проскользнув сквозь толпу на край площади, они оставили лошадей у платной и пока еще пустой коновязи, а сами зашагали в сторону постоялого двора.
***
Хозяин «Инквизитора и ведьмы» проснулся ровно за минуту до петушиного крика. Услышав громкое «кукареку», доносившееся с площади, он поморщился и тяжело вздохнул: ох уж эта ярмарка. Хотя уж кому-кому, а ему, почти потомственному гному, жаловаться было грех: ярмарки для него являлись основным источником заработка. А в последнее время, после того, как городской инквизитор пра Доменик назначил доплаты за информирование инквизиции о заезжих магах, жить стало еще сытнее. Отто, именно так и звали хозяина, искренне считал, что делает правое дело, ибо магия была изначальным паскудством, как говорил пра Доменик с кафедры. Какая жалость, что нынешний король поддерживает эту ересь. Впрочем, что можно было ожидать от избалованного юноши, столь рано взошедшего на престол.
Поворочавшись с положенное в постели, он лениво встал, с удовлетворением отметив, что жена уже спустилась вниз и теперь вовсю гоняет мальчишек-полотеров, и неспешно направился к комоду, на котором стояли тазик и кувшин с водой. Плеснув себе в лицо ледяной с ночи воды, Отто, кряхтя, вытер бороду полотенцем, обернулся к окну и замер. В его спальне находились посторонние. Самое неприятное состояло в том, что это была именно та четверка, которую вчера разыскивала инквизиция, и из-за которой сам хозяин был допрошен с пристрастием. Высокий маг, красивая светловолосая женщина, его полюбовница, и двое не то охранников, не то охотников за головами. Благо пра Доменик вчера поверил бедному трактирщику и усердствовать не стал. Синяки разболелись, словно цепкая рука сержанта городской стражи вновь сдавливала шею незадачливого хозяина постоялого двора.
— Доброе утро! — предводитель этой шайки, вежливо поздоровался с Отто, — Как спалось?
Трактирщик нервно сглотнул — слишком уж спокойным тоном был задан вопрос. Не дожидаясь ответа, Ириус прошел на середину комнаты, на ходу подхватив деревянный стул, стоявший у стены, и, развернув его, сел будто бы верхом на лошадь, вальяжно облокотившись на спинку. Опираясь подбородком на сплетенные пальцы рук, он почти ласково посмотрел на трактирщика:
— Поговорим так или сразу с пристрастием?
Отто вздрогнул и бросил затравленный взгляд в сторону двери. Но там уже грозно топорщил бороду коренастый гном.
— Не советую, — покачал головой маг, — Кричать тоже бесполезно — на комнате заклятие отвода глаз.
Трактирщик послушно кивнул, чувствуя, как у него подкашиваются ноги. Заклятие отвода глаз означало, что об этой комнате никто не вспомнит, пока его не снимут. Глава шайки с веселым сочувствием смотрел на допрашиваемого, на лице которого отражались все мысли.
—Итак, — вкрадчиво спросил он, — Расскажешь сам?
—Чччто рассказать? — тот начал заикаться. Маг брезгливо усмехнулся:
— Кому ты нас сдал?
—Да вы что, люди добрые, — запричитал трактирщик, падая на колени и проговаривая давно заученный текст, — Чтоб я… да я никого и никогда.
— Жаль, — мужчина со скучающим видом зевнул, — Дан, веревку!
Огромный орк с явной примесью эльфийской крови, стоявший у окна, криво усмехнулся и, поигрывая веревкой в руках, вышел на середину комнаты. Посмотрев на балки, он перекинул веревку через одну из них так, чтобы оба конца болтались почти до пола, и отступил пару шагов, оценивая свою работу. Ириус бросил быстрый взгляд на Дарину. Она слегка побледнела, но держалась. Тогда он вновь посмотрел на свою жертву.