А и Б сидели на трубе…

– Ну?
– Я, кажется, влюбилась! – Указательный палeц правой руки отбивал такт словам.
– Интересное сообщение. Толик знает?
– Нет, здесь загвоздка.
– Если это серьезно, Толика в расчет не берем. Этот твой Толик – «через столик», ты знаешь, я не очень большая поклонница его талантов.
У Арины зазвонил телефон, но руки так дрожали, что она его уронила.
– Ой, бл… Да, да, извини! – сказала она в трубку Борису. Ее колотило как в лихорадке.
– Ты что, материшься?! – весело изумился Борис.
– Ой, прости! Дурацкая богемная привычка…
Он сообщил, что уже на месте и ждет, и тут же перезвонил помощник, который объяснил, где можно припарковать машину.
– Спасибо, я не за рулем, – ответила Арина и отключилась.
– Выпей водки, расслабься и не переживай. Будь что будет! Ты имеешь право на личную жизнь, – обняла ее Полина. – Давай я тебя подвезу. И позвони вечером, если сможешь…
– Не надо подвозить, тут рукой подать…
– Не пойдешь же ты пешком!
На пороге ресторана стоял помощник. Увидев в подъехавшей машине Арину, он подскочил, открыл дверцу и помог выйти:
– Борис Францевич ждет вас.
Когда вошла в ресторан, с ужасом поняла, что не помнит, как он выглядит. Борис сам поднялся навстречу и поцеловал ее. Арина внимательно его рассмотрела. Борис заметно волновался и сегодня выглядел совсем не так, как накануне. Это уже был не спортивного вида плейбой с открытым взглядом пронзительных глаз. Перед Ариной стоял усталый, немного злой, но при этом чертовски привлекательный мужчина.
Весь вечер он говорил о себе. Перечислял свои фабрики, заводы и пароходы, рассказывал, где у него дома и как они выглядят, хвастал новым самолетом, который может без дозаправки пролететь то ли двенадцать, то ли четырнадцать тысяч километров. Они допивали уже третью бутылку красного вина, Борис постоянно себе подливал, и Арина приписала его разговорчивость и странный выбор тем опьянению. Особенности речи подвыпившего мужчины были ей хорошо знакомы по собственному мужу Толику.
Часа через два после начала монолога Борис предложил Арине управлять винодельческой компанией.
– Я думала, у нас романтический вечер, – сказала она с нескрываемым ехидством.
– Конечно, а какой же еще?! – удивился Борис и добавил: – Я ведь тебя не нанимаю, просто ты мне нравишься, и мне хочется сделать тебе приятное.
– Тронута вниманием, – улыбнулась Арина, а про себя продолжила: «Но, в отличие от Кармен, я несвободна».
– Причем здесь Кармен?! – почти прошипел Борис.
«Разве я сказала это вслух?!» – поразилась Арина.
Но не меньше она была поражена переменой, которая с ним случилась: глаза сузились и превратились в две сверкающие точки. Арина вздрогнула, у нее в ушах прозвучал вчерашний рев его автомобиля. Она поняла, что хлопнувшая калитка вызвала у него точно такой же приступ ярости. И, раздраженная его самонадеянностью и всем предыдущим монологом, Арина решила поскорее закончить вечер.
Артикулируя как на занятиях по сценической речи, она повторила, что замужем, у нее ребенок, она хорошо зарабатывает и намерена заниматься только своей профессией. Спонсор ей не нужен, и она надеется, что не понадобится и в дальнейшем. Говоря все это, Арина смотрела на Бориса в упор, но никак не могла поймать его взгляд. Тут принесли счет.
– А-а, – наконец отреагировал Борис. – А я думал: концерт… то да сё. Ну, раз ты так хорошо зарабатываешь, плати за ужин!
«Три бутылки дорогого вина и ужин из четырех блюд. В долларах тянет тысячи на три-четыре. Ну и везет же мне!» – мелькнуло в голове у Арины, и она вспомнила Толика, за которого часто платила в ресторанах. Видимо, на ее лице отразился весь этот внутренний монолог, и пристально смотревший теперь на нее Борис, насладившись зрелищем, примирительно сказал:
– Я пошутил.
Вечер был испорчен. Так жестко с ней еще никто никогда не обращался.
«Какая уж тут любовь! Самодовольный, наглый тип», – от вчерашнего впечатления не осталось и следа.
Они жили по соседству, и Арина даже пожалела, что им предстоит совместная дорога домой. Как и в первый раз, он сел за руль, не слушая ни ее доводы, ни охранников, которые весь ужин ожидали в машине и явно хотели добраться до дома без приключений.
Но Борис не повез ее домой. Арина еще не успела сообразить, как они въехали в ворота особняка. «Счастье было рядом, но грохнуло снарядом», – почему-то вспомнилась шутка мужа. Борис резко схватил ее за руку, а ей вдруг захотелось к Толику, который никогда не был грубым, и она попыталась освободиться от этой твердой, настойчивой руки. Подъехала охрана. Дальнейшее общение с этим человеком и его пьяные монологи не входили в планы Арины, и она категорически отказалась выйти из машины.
– Как знаешь! – резко бросил он и ушел не простившись.
До дома ее довез охранник.
«Все мужики слабаки, а богатые – еще и самодуры», – думала она засыпая.
Арина проснулась около полудня, а когда включила мобильный, увидела десять cообщений от Бориса. Он умолял простить, уговаривал встретиться и сожалел о вчерашнем. И она согласилась, искренне пытаясь убедить себя, что делает это исключительно из любопытства.
 
Глава 5. И все-таки они встретились…
Они договорились встретиться в доме приемов «Эола» на Ильинском шоссе. Толику Арина сказала, что поехала в спортклуб, благо дом приемов располагался неподалеку от клуба, в котором она нерегулярно и неинтенсивно тренировалась. Это был целый комплекс, огороженный глухим забором. Когда машина подъехала, ворота начали медленно («В темпе адажио», – подумала Арина) раскрываться. У входа стоял Борис с огромным букетом роз. Рядом – два помощника и все тот же Жеребцов.
Арина была неприятно удивлена: «Почему он все время появляется с кем-то, даже на свидании? Меня боится или своего одиночества?»
– Прошу, – Борис сделал широкий жест, и они вошли.
Зал приемов располагался в конце длинного коридора. Они миновали бассейн, две бани, русскую и турецкую, массажный кабинет, маленький диско-зал с шестом для стриптиза («Да, книг здесь не читают», – отметила Арина) и оказались в просторной комнате. Официанты заканчивали накрывать стол с водочной закуской. Арина была здесь единственной женщиной, и ей показались странными такие приготовления. Что это будет, пьянка? А как же романтическое свидание? Она уже пожалела, что приехала, но сразу исчезнуть было неудобно, и, ругая себя за любопытство, она села на стул, предупредительно отодвинутый кем-то из помощников.
Борис много пил, и ему с готовностью подливали. Он явно не отдавал себе отчета в количестве выпитого. Арина, сама того не замечая, уже переживала за него.
«Зачем они это делают? Не задумываются о последствиях или… – Арина не позволила себе облечь свою мысль в слова. – Какой же он волк? Он – ягненок…»
Две пустые водочные бутылки унесли, и на столе появилась третья. Арина, сидевшая как на иголках, попыталась ретироваться, но ей не дали. Тогда она спросила, можно ли воспользоваться бассейном и баней, пока все ужинают. К ее удивлению, Борис тут же предложил составить ей компанию. Все встали из-за стола. «Только этого не хватает!» – ужаснулась Арина. И словно прочитав ее мысли, Борис наконец приказал оставить их вдвоем.
Завернувшись в белую простыню, Арина вошла в хамам. Борис – следом, обнаженный. Мысль о том, как он хорошо сложен, опередила ее смущение. Они сели друг напротив друга.
«Ну вот мы и познакомились», – подумала Арина. Пар размывал четкость изображения, от влажной жары закружилась голова. Арина вышла из бани…
– Ты можешь не стесняться и плавать голой, здесь, кроме меня, никого нет! – крикнул вслед Борис. – Между прочим, вода минеральная и после специальной очистки!
А перед большими праздниками ее священник освящает!
«Да, можно побиться об заклад, что ни в одном детском доме нет такого бассейна! Интересно, кто плавает в освященной воде? – подумала Арина, вспомнив про шест для стриптиза и мирамистин, который попадался ей здесь во всех туалетных комнатах. – Глупости какие в голову лезут! – тут же удивилась она. – Мне что за дело!»