Оплаченный диагноз

– Так что со мной? – Натка спохватилась, что за своими мыслями и фантазиями все пропустила.
– Подождите в коридоре. – Медсестра помогла ей выдвориться и устроиться на неприятно холодной и жесткой банкетке.
Местечко еще пришлось поискать: в приемном отделении больницы было многолюдно, как на вокзале. Натка с сожалением вспомнила свои утренние фантазии на тему убегающих в чудесные дальние края поездов. Домечталась…
Вот тебе целая толпа нервных граждан с чадами и домочадцами, документами и узелками с пожитками в руках. Кто-то кротко ждет, кто-то мечется в панике, кто-то стонет, кто-то посапывает, но все пребывают в подвешенном состоянии, не зная, что будет дальше…
– Подвинься-ка! – Натку бесцеремонно оттеснила на самый край банкетки объемистая дама.
Пол ее, впрочем, можно было определить только по голосу: дама с головы до ног была упрятана в блестящую упаковку. Прозрачный дождевик поверх шубы, полиэтиленовые бахилы на сапогах, резиновые перчатки на руках, пластиковый колпак для душа поверх вязаной шапки. Все сине-голубое – «тотал блю», модный тренд!
– Маска твоя где? – Дама посмотрела на Натку с подозрением и неприязнью.
– Сняла, – коротко ответила она, не имея сил и желания вдаваться в объяснения. – Меня тошнит.
– Ковидная? – Дама отодвинулась.
– Чего сразу ковидная? – испуганно вскинулась Натка.
– А с чем тут все, ты думаешь? – Дама рукой в перчатке обвела набитый людьми коридор. – Или уже с вирусом, или вот-вот будут, потому как ума не хватает нормально предохраняться. Идешь в больницу – оденься как надо. Вот я – и масочку, и перчаточки…
Дама нудно забубнила, нахваливая свой противовирусный модный лук. Натка, не слушая ее, отвернулась и тоскливо оглядела разношерстную толпу.
Мужчины, женщины, дети, старички и бабушки – неужто и впрямь все «ковидные»?
Эх, сглупила она!
Надо было не ехать в больницу, осталась бы дома – авось оклемалась бы и без хирурга. Марганцовочки попила бы, угольку активированного…
– Кузнецова! – громко и раздраженно позвал женский голос.
Натка встрепенулась, вытянула шею:
– Я! Я Кузнецова.
– Голову запрокиньте. Не дергайтесь.
К ней подошла медсестра, прицелилась, ловко сунула в нос тонкую белую палочку, удовлетворенно хмыкнула и удалилась, ничего не объяснив.
– Это что? – за неимением других собеседников Натка повернулась к упакованной даме.
Та закатила глаза:
– ПЦР-тест, что ж еще! Ну, ничего не знают, как будто в диком лесу живут!
Она снова забубнила про нехватку у граждан ума, масочек и перчаточек.
Натка опять отвернулась. Холодея, она проводила взглядом белую сатиновую спину медсестры и сдвинула руку, которой придерживала больной живот, выше – на сердце.
Боже, боженька, избавь, спаси и помилуй! Только не коронавирус, только бы не коронавирус!
– Что ты смотришь? Снова эту чушь? – Сашка заглянула в кухню, скривилась при виде работающего телевизора, зевнула, помотала головой и ушлепала в ванную.
– А ты опять без тапок! – ответно уличила я дочь.
Такого рода пикировки как-то незаметно вытеснили у нас привычный обмен приветствиями. Вместо «Доброе утро, мамочка! – Утро доброе, доченька!» мы постоянно в чем-то упрекаем друг друга.
Вообще-то у нас с Сашкой прекрасные отношения, тьфу-тьфу-тьфу, чтоб не сглазить. Родители других подростков могут только позавидовать нашему взаимопониманию, но время пошло такое, что язык не поворачивается с ходу уверенно объявлять очередное утро добрым.
Вот сегодня, например, в новостях рассказали о новых требованиях куар-кодов и показали митинг протеста антипрививочников. Большую, между прочим, толпу с виду вполне нормальных граждан!
Приличные вроде люди, взрослые, образованные. Разумно и логично аргументируют необходимость отказаться от прививок.
– Нет никакого ковида, это всего лишь масонский заговор, – хорошо поставленным голосом лектора говорит в протянутый журналисткой микрофон благообразный мужчина в барашковой шапке. – Назрела необходимость в очередной раз произвести раздел рынков, что в условиях глобализации и распространения Интернета удобнее всего сделать именно таким образом – объявив пандемию…
 
– Это происки фармацевтических компаний! – поддакивают ему в толпе. – Они наживаются на страхе перед вирусом, зарабатывают миллиарды на липовых лекарствах и вакцинах!
– Вакцины – зло! С прививками нам внедряют микрочипы! – кричит какая-то женщина.
Камера отворачивается от благообразного лектора, ныряет в толпу, ищет и находит нового крикуна.
– Нас всех подсаживают на какую-то дрянь! Сначала одна прививка, вторая, потом ревакцинация, бустерная доза, назальный спрей, что еще?! Да скоро мы сами будем выпрашивать укольчик, как наркоманы! Все деньги отдадим, карманы вывернем за новую дозу! – пророчит худой мужчина с лихорадочно блестящими глазами. – Кредиты в банках станем брать на прививки!
– Тебе еще не надоело? – Вернувшаяся из ванной Сашка, протянув руку поверх моего плеча, «выстрелила» с пульта в телевизор.
Митингующих смыло с экрана потоком рекламы.
– …принимаем порошок, чтобы вирус не прошел! – похвалилась Образцовая Мать, обнимая пару Идеальных Деток.
– Какой порошок? Какой вирус? – Сашка закатила глаза и плюхнулась на табуретку. – Достанешь мой йогурт из холодильника? – Она снова щелкнула пультом.
– …совершенно необходимо прививаться! – приятно упитанный доктор – очень милый и располагающий, типичный добрый Айболит, только в модных дорогих очках, – сокрушенно покачал головой, и его румяные щеки затряслись. – Чрезвычайно высокая летальность…
Щелк! Сашка смела с экрана доброго доктора Айболита, увела с линии огня пульт, свободной рукой приняла от меня баночку с йогуртом и припомнила:
– А ведь этот самый доктор в прошлом году уверял, что ковид ничуть не опаснее простуды и сезонного гриппа, мол, процент умирающих от него мизерный, и достаточно обливаться холодной водой, чтобы не заболеть! Как ему теперь верить?
– А кому верить, Саш? – Я поставила на стол свой кофе, со вздохом опустилась на табуретку и придвинула к себе расписную жестянку с печеньем.
Дочь, подождав, пока я сниму с нее тугую крышку, сунула руку в коробку и вытащила сразу два печенья.
Она не глядя сунула оба в рот, запила своим кислым низкокалорийным йогуртом и слегка покривилась:
– Из-за тебя я опять нарушаю режим здорового питания!
Я тактично промолчала, снова встала, вынула из микроволновки тарелку с горячими бутербродами и без слов поставила четко на середину стола.
– Не виноватая я, он сам пришел! – отчаянно выкрикнула юная диетичка и сцапала бутер – тот, что побольше.
Я тонко улыбнулась. Нет, я не возражаю против здорового питания, просто не считаю таковым водянистые кашки из экзотических семян, пророщенное зерно и псевдойогурт из рисового молока.
По-моему, даже самому правоверному зожнику не повредят бутерброд с сыром на завтрак и тарелочка борща на говяжьем бульоне на обед. Кстати, не забыть бы купить капусту…
– Да никому нельзя верить, – справившись с бутербродом, вернулась к теме моя рассудительная дочь. – Все врут, особенно в телевизоре.
– Конечно, правду только в соцсетях говорят, – не сдержавшись, съязвила я.
– И в соцсетях врут, – не стала спорить Сашка. – Вот Ляля Курбатова, известная всем как Лялипусечка, только на прошлой неделе рассказывала своим подписчикам, как плохо ей было после прививки. Мол, от первого укола у нее голова кружилась и тошнило, как беременную, а после второго вообще едва ноги не отнялись, трое суток бедняжка пластом лежала, не могла даже видео для бложика записать, еле-еле сил хватало сочувственные комменты читать! А вчера мы с ней столкнулись на одной тусе, и там эта Ляля хвасталась, что прививку-то она и не делала, просто купила себе сертификат за двенадцать тысяч рублей… Мам, а тебе деньги не нужны?
– Мне не нужен покупной сертификат о прививке! И ты об этом даже не думай! – Я строго постучала ложечкой по столу.