Сиренити

Юрист нахмурился и подошёл к окну. Я прекрасно понимала, что он пытается скрыть свои чувства, но со мной такое не пройдёт. Чем же он так огорчён?
– Тридцать первый указ был издан королевой Ксандрии – Кимберли – восемьдесят лет назад, – снова повернувшись к нам и взяв себя в руки, отметил Джулиан. – Её фаворит был оклеветан завистниками и приговорён судом к смертной казни. Но его адвокат полгода пытался обжаловать это решение, подавал апелляции в различные инстанции и даже нашёл твёрдые доказательства того, что клиент невиновен. Тем не менее протест был отклонён, и графа повесили. А когда обо всех деталях этого дела стало известно королеве, она пришла в ярость и сожгла всех клеветников и судей в полном составе. А потом издала Указ, согласно которому, если со дня вынесения приговора прошло шесть месяцев и осуждённый по какой-либо причине не был казнён, он получал королевскую амнистию. Впоследствии этот нормативно-правовой акт спас несколько десятков жизней. Но он был отменён королём Ксандрии пять часов назад…
Это было похоже на удар в солнечное сплетение.
– Что? – судорожно выдохнула я.
Кинула потрясённый взгляд на Макса – тот лишь стиснул зубы.
– Мне жаль… – в глазах юриста светилось искренне сочувствие. – И всё же у герцога есть шанс выжить, и довольно неплохой. Ваш наследник станет его спасением. Мне бы очень этого хотелось, – неожиданно признался Джулиан. Его лицо исказилось от душевной боли, и он негромко добавил: – В той деревне были убиты моя сестра и маленькая племянница. Вы всё правильно сделали, ваша светлость. Да поможет вам Господь!
*
Макс
*
– Спасибо, – коротко кивнул я и добавил: – Примите мои соболезнования!
Жаль, что я не оказался над этой деревушкой раньше. Вдруг успел бы кого-нибудь спасти? Может, даже сестру и племяшку Джулиана. Но, как говорится, прошлого не воротишь…
А насчёт отмены указа – я даже не удивился. Ждал от Ксендела чего-то подобного. С подлостью этого человека могла сравниться лишь гнусность его сына. Благодаря мне – ныне покойного. Представляю, какой король вышел бы из такого принца.
Теперь, значит, всё просто: малыш или смерть. Но даже за одну только ночь с Сиренити я готов отдать всё на свете. Включая жизнь. А у меня впереди целых полгода. Да я счастливчик! Только бы Сир не передумала…
*
Сиренити
*
Признание Джулиана меня потрясло. Макс принёс ему свои соболезнования, а я просто промолчала: в горле застрял ком. Взяв себя в руки, я продолжила задавать вопросы юристу:
– Это все нюансы, или есть что-то ещё, что мы должны знать?
– Это всё, ваше величество, – отозвался Джулиан. – Теперь вы должны принять окончательное решение. Вы можете либо отказаться, либо надеть браслеты и пройти на консуммацию вот в эту комнату, – юрист подошёл к серой бетонной стене напротив нас, провёл по ней ладонью, и там неожиданно открылся проход в альков с красными стенами. Даже отсюда была видна большая кровать с ажурным белым балдахином.
– Понятно, – я нервно закусила губу. Меня об этом предупреждали. Правда, я до сих пор не была готова к этому морально, но это уже мои проблемы. Ради жизни Макса придётся справиться со своими стесняшками.
– Пройти что? – охрипшим голосом уточнил мой будущий любовник.
– Консуммацию, – невозмутимо ответил ему юрист. – В переводе с одного из древних языков это означает «довершение» – первое осуществление интимных отношений. Оно послужит точкой отсчёта для ваших браслетов. Так сказать, контрольный замер параметров при слиянии ваших организмов.
– Что, прямо здесь и сейчас? – у герцога вытянулось лицо от изумления. Или от счастья? Поди разбери.
– А нельзя ли обойтись без этого? – риторически спросила я у юриста, чувствуя, как мои щёки становятся пунцовыми.
– К сожалению, нет, – мягко пояснил Джулиан. – Любые другие способы зачатия детей, включая экстракорпоральное оплодотворение, порицаются нашей религией, поэтому Корпорация свернула исследования в этой области. Так что придётся всё делать традиционным способом. Впрочем, что-то мне подсказывает, что у вашей пары всё будет отлично. Уверен, его светлость вас не разочарует.
 
«Ему бы не юристом работать, а сводником», – мысленно хмыкнула я.
*
Макс
*
Нет, у меня определённо нет слов. Хотя одно всё же есть. ВАУ!!!
*
Сиренити
*
– Итак, каков будет ваш ответ? – выжидательно уставился на меня юрист, а Макс, кажется, забыл, как дышать.
– Мне нужно несколько минут, чтобы подумать, – заявила я, буравя взглядом Джулиана.
Конечно, решение уже было принято, и изменению оно не подлежало. Но я не торопилась его озвучивать: мне нужно было немного времени – понять, что не так с Джулианом. Интуиция вопила мне, что тут не всё так просто. Что же ты скрываешь, мой личный консультант?
 
Глава 3. Джулиан
 
Макс
*
Сир уставилась на Джулиана долгим немигающим взглядом, а я замер в оцепенении, не в силах пошевелиться. Скажи «да», ангел мой!!! Пожалуйста, просто скажи «да»! Ты не пожалеешь, моя королева! Только дай мне шанс…
От напряжённого ожидания по позвоночнику заструился холод. Блин, да я даже на поле боя никогда так сильно не волновался! Я совершенно не понимаю, почему она так долго смотрит на юриста. И не просто смотрит, а, кажется, дыру в нём мысленно просверливает. Пятую по счёту. Мужик вон уже занервничал под таким молчаливым натиском. Глазки в сторону отвёл, сделал вид, что его сильно заинтересовали размеры пушистых облаков за окном.
Сир медленно, величаво поднялась со стула и подошла к Джулиану вплотную. Тот оторвался от созерцания неба и с удивлением посмотрел на королеву.
Да что вообще происходит?
*
Сиренити
*
Я никак не могла прочитать Джулиана. Он одновременно испытывал столько эмоций, что от попытки разобраться в этом клубке у меня закружилась голова. И при этом на его лице сохранялась невозмутимо-вежливая маска. Любопытный тип. Его самообладанию можно дать сто баллов. Но даже он не выдержал мою игру в гляделки и отвёл взгляд. Почему? Ему неловко? Стыдно? Что-то ещё? Ладно, милый орешек, сейчас ты у меня расколешься.
Поднявшись, я приблизилась к юристу и заставила его вновь повернуться ко мне. Ничего, Джулиан, облака подождут. На меня удивлённо уставились глаза цвета стали.
– Ваша сестра и её дочка погибли в той деревне? – начала я допрос с пристрастием.
– Да, но какое это имеет… – растерялся он, но я не дала ему закончить:
– Отвечайте чётко и по существу, мессир, – мой тон был довольно жёстким.
– Да, – кивнул он, и меня накрыло волной его боли и угрызений совести.
– Вы в чём-то виноваты перед ней? – тут же уточнила я.
– В тот день они должны были приехать ко мне в гости, но накануне я отложил нашу встречу. Если бы не это, они были бы живы… – его голос дрогнул.
Хорошо, с этим всё понятно.
– Вы благодарны герцогу Альбентскому за возмездие? – задала я следующий вопрос.
– Очень, – искренне ответил Джулиан. Да, всё так и есть. Теперь от него исходило тепло и признательность.
– Вы сами вызвались быть его личным консультантом в Программе?
– Нет, – признался юрист.
Стоп. Почему нет? А вот с этого места давайте-ка поподробнее.
– Не захотели? – испытующе посмотрела я на него.
– Я предвидел, что король Ксендел сильно взвинтит цену. И был уверен, что герцог обречён. Не хотелось быть свидетелем крушения его надежды на спасение, – Джулиан говорил отрывисто и лаконично, но я видела, что он говорит правду.
– Кто вас назначил? – я должна была выяснить всё до конца.
– Это секретная информация, ваше величество, – уклонился он от ответа. – Я не имею права разглашать её, под страхом смерти, – по его лицу скользнуло сожаление.
– Вы женаты? Есть любовница? – задала я совсем неожиданные для него вопросы. А кто-то сзади нервно заёрзал на стуле. Не волнуйся так, мой милый ёжик. Я же должна выяснить, может ли его кто-то шантажировать через семью и близких людей.