День и ночь (СИ)

Ирина сама не понимала, почему она это говорит.
Почему — так.
Но была твердо уверена, что все сказанное — правда. Вот так оно и есть на самом деле. И тетка старается охранять свою вотчину, как привыкла, еще в советские времена. Может быть воровство, но не может быть сплетен о нем. Все должно быть в тайне, нельзя выносить грязь из дома.
И есть кто-то, кто хочет занять ее место, она боится. Возраст уже не детский, а директорство во все времена было и будет достаточно притягательным.
А что?
Минимум контроля и ответственности! Зато сколько возможностей для самоутверждения!
Ладно, может, Ирина себе это как-то неправильно представляет? Но ей кажется, что у директора больше возможностей заработать, чем у сотрудников.
Светлана Семеновна аж дернулась под ее взглядом.
— В-вы… откуда…?
— Откуда знаю? Да вот оттуда. КГБ все знает, — плоско пошутила Ирина. — Рассказывайте, какие именно были случаи?
Директриса опустила глазки долу и принялась каяться.
Как оказалось, это был даже не второй случай воровства, примерно шестой. Но остальные были по мелочи и их удалось замять.
Кому-то выписали премию, кому-то разрешили выступление, кому-то еще что-то…
Пять человек. Двое сотрудников и трое музыкантов. Но такого куша, как у Михаила, вору раньше не попадалось.
— Коза старая, — ругнулся Михаил.
Ирина покачала головой.
— Ты неправ.
— Чего я…, неправ?
— Светлана Семеновна старалась уберечь всех от плохой славы. Сам знаешь, то ли он украл, то ли у него украли…
Во взгляде директрисы была искренняя благодарность.
— Спасибо, Ирина Петровна.
— Пока — не за что. Дайте-ка я на замок посмотрю, — вздохнула Ирина. — Люсь, у тебя лупа была?
Не то, чтобы она была специалистом и экспертом. Но…
— Вот, держи.
Люся, честно говоря, была немного подслеповата. Очки она носить не собиралась — внешность портят. Линзы ее тоже не устраивали — она считала, что любые линзы приводят к раннему образованию морщин. И боролась со своим недостатком народными методами. Взять с собой лупу, к примеру. Для самого мелкого шрифта.
Ирина взяла лупу, открыла и опустилась на колени перед замком. Хорошо, джинсы надела.
Посмотрела через увеличительное стекло. Внимательно, серьезно…
А вот кажется ей, что дверь открывали родным ключом?
Вроде бы ни царапин, ни чего-то такого… с другой стороны, сейчас отмычки хорошие, да и замок тут старый… Ирина попробовала встать, но нога в сапожке на каблучке неловко подвернулась.
Пальцы коснулись металла замочной скважины.
— Ох!
Видение возникло, словно удар грома.
Молодая черноволосая женщина, лет тридцати на вид, наклоняется над замком.
В руке у нее блестит связка ключей, в другой руке зажат кошелек. Кожаный, черный. На лице злорадная улыбка.
— Посмотрю я, как ты ЭТО замнешь, старая гадина!
И видение исчезает, словно его и не было.
Ирина без сил опустилась на пол.
Машу вать! И что это было?!
— Ириш, все в порядке?
— Да, просто нога подвернулась, — отозвалась Ирина. — Замок не вскрывали. Открыли родным ключом.
Светлана Семеновна погрустнела.
Ну да. Если использован родной ключ, то воровка или вор — местный, воспитали, называется, внутри коллектива. Порадовали.
Удастся ли с такими радостями усидеть на своем месте?
— У кого из сотрудников есть ключи от этой комнаты?
Светлана Семеновна замялась.
— Да, вы понимаете…
Ирина не понимала. Сначала. Потом выяснилось, что ключи благополучно висят на вахте, в стеклянном шкафчике, и доступ в него вполне свободный. Не для всех, но для своих-то…
Читай, кто захочет, тот себе хоть десять дубликатов сделает.
Замечательно!
Вызывать всех по очереди и расспрашивать?
Ирина подумала и об этом. Но лучше…
— Может, вы нас проведете по кабинетам, и мы потихоньку расспросим сотрудников? У кого есть ключи, у кого нет…
Светлана Семеновна кивнула.
— Да, пожалуйста.
— Кто здесь ближе всего?
— Кадровик…
Ирина еще раз осмотрела дверь.
Перевела взгляд на пол.
И ее передернуло.
Лежал на полу длинный черный волос. Ну, лежал и лежал, многие дамы посыпают своими локонами все вокруг. С нашей-то экологией иногда на ходу лысеешь.
Но чтобы так совпало?
И видение, и этот волос?
Хотя он мог здесь и неделю валяться… или не мог?
— А часто здесь полы моют?
— Каждый вечер. А что?
— Скажите, а есть у вас сотрудница с такими длинными черными волосами? — поинтересовалась Ирина, проигнорировав чужой вопрос..
— Да. Ниночка, очень милая девочка… а…
— Ага. А где она сейчас?
— У себя, наверное. Она у нас бухгалтер…
— Любит считать чужие деньги? — ухмыльнулась Люся.
Ирина пожала плечами.
— Посмотреть надо. Давайте с нее и начнем опрос с ключами? Проводите, Светлана Семеновна?
Светлана Семеновна посмотрела глазами раненой в попу выпи, но направилась вперед по коридору. Идти пришлось недалеко, всего три кабинета.
Вот и надпись черным по белому.
"Бухгалтерия".
Дверь кабинета открывается, и на Ирину чуть ли не глаза в глаза смотрит та самая брюнетка из видения.
Один в один, даже одета она так же, в светло-желтый брючный костюмчик.
На миг голова начинает кружиться, и больше всего Ирине хочется прислониться к косяку. Закрыть глаза и немного передохнуть. Но вместо этого…
— А вот и ваша воришка, Светлана Семеновна.
— Та-ак…
Взгляд Михаила не предвещал ничего хорошего. А засучивание рукавов и подавно не радовало.
— Да вы что!!! — истерически взвизгнула Ирина.
— Мы-то ничего, — Ирина говорила тихо и даже чуть устало. — Лохмы свои собирать надо, когда воровать идешь, а не посыпать ими место преступления.
Воровка дернулась.
— Ничего я не брала!
— А если я тебе сейчас нос по морде раскидаю? — вежливо уточнил Михаил. — Будешь, как китаянка, я тебе еще и уши на задницу натяну…
— Я вас посажу!!! Я…
— Лейтенант полиции, Алексеева Ирина Петровна, — махнула красной книжечкой Ирина. — Ребята, выйдите на минуту?
Миша заворчал, но Люся потянула его за руку. Светлана Семеновна вышла за ними, а Ирина сделала шаг и вплотную придвинулась к воровке.
— Я сейчас уйду. А в комнату войдет тот неулыбчивый парень. И останется. Ты меня поняла?
— Права не имеете.
— Меня здесь не будет. А все, что он сделает… ты у него сколько стащила? Мно-ого, на машинку хватит, если подержанную брать. Суд это примет во внимание. Обязательно.
— Не посмеешь!
— Еще как посмею. Сама кошелек отдашь — или как?
— Не брала я никакого кошелька!!!
— Значит, сейчас бригаду вызовем. И найдется он… — Ирина медленно обвела взглядом кабинет. Действительно, неглупая девушка. — Во-он там, в вентиляции. Ты его на веревочку привязала, а выносить хотела завтра или послезавтра, когда все уляжется. Или будешь уверять, что на нем твоих пальчиков нет? На веревочке? Шикарное место для ДНК….
Воровка побледнела, словно мел. Ирина насмешливо улыбнулась. С тех пор, как заговорили про ДНК, люди решили, что это универсальный идентификатор. Хотя на веревке могут быть следы ДНК множества людей, биоматериал еще нужно постараться снять — очень неудобный материал для экспертов, да и по деньгами дорого. С кошелька — и то проще. И лучше вообще пото-жировыми следами обойтись. Но кто об этом знает?
— Я… откуда?
— А это мое дело. Так что — я вызываю полицию? Или ты все-таки признаешься и попытаешься договориться с Михаилом, чтобы не писал заявление?
Воровка заколебалась.
Ирина подошла к двери и распахнула ее.
— Пять секунд. Потом я ухожу. Четыре. Три. Две…
— Ладно! Я это! Я!
— Ниночка, — едва не всхлипнула Светлана Семеновна, — как же так? Я же к тебе со всей душой…
Лицо воровки исказилось злостью.