Случайностей у судьбы не бывает

— Раз ты готова к путешествию, то идём.
Он предупредительно перехватил выдвинутую ручку моего чемодана и покатил его сам. Я поспешила за мужчиной, оглянувшись на прощание на охранника и махнув ему рукой.
Мы быстро оформили документы на стойке регистрации. Улыбчивая девушка с восхищением стала поглядывать на моего супруга, когда прочитала его паспортные данные, видимо, признавая в нём того самого Давыдова, ровно до того момента, пока не взялась за мои документы и не поняла, что господин Давыдов женат. Хорошенькое личико недовольно скривилось. Штамп на посадочном талоне она поставила со злостью и громко хлопнула нашими паспортами о стойку, пожелав нам счастливого пути таким тоном, каким обычно желают обратного.
Ярослав, казалось, не заметил странного поведения женщины, подхватил наши документы. Сам передал наши вещи в багажное отделение, кроме тех, что числились ручной кладью, получил взамен бирки и, подхватив меня за локоть, потянул проходить пограничный контроль.
На вопросы серьёзного пограничника: «Надолго едете?», «Какова цель поездки?» — мы, по очереди проходя контроль, ответили одинаково: «Летим на отдых. Медовый месяц». На удивление, мужчина на этот ответ отреагировал улыбкой и даже пожелал нам хорошо отдохнуть.
Предполётный досмотр обошёлся без приключений. И я, и Ярослав — мы часто летали рейсами разных авиакомпаний, поэтому процедура прошла быстро. Запрещённых вещей у нас не было, ничего не пришлось декларировать.
В зоне вылета к своему гейту мы подошли ровно за десять минут до посадки и на автобусе, наконец-то, добрались до самолёта.
Путь мы проделали неблизкий, с двумя пересадками. Первый рейс был до столицы нашей родины, а дальше «Катарскими авиалиниями» с одной пересадкой нас доставили в международный аэропорт «Пуант-Ларю» в столице Сейшел Виктории, расположенной на главном острове архипелага — Маэ.
От аэропорта трансфером на вертолёте мы долетели до острова Праслин и поселились в уединённом бунгало на берегу океана, предназначенном для молодожёнов.
Несмотря на усталость от длительных перелётов, я с удовольствием остановилась на роскошной деревянной террасе с видом на тропический берег.
— Великолепно! — полной грудью вдохнула солёный влажноватый океанический воздух.
— Надежда, идём в номер. Будет ещё время полюбоваться, — окликнул меня Ярослав, сопровождая работника, который заносил наши чемоданы в бунгало.
Внутри всё было выполнено в основном из дерева и частично из камня. Я с любопытством прошлась по гостиной, заглянула в просторную ванную и вошла в спальню. Большую часть пространства занимала низкая двуспальная кровать, покрывало которой было украшено гирляндами из живых цветов, посредине сплелись два белых лебедя из полотенец, видимо, символизируя супружескую верность. Всё в номере было подобрано со вкусом и вызывало радостную улыбку.
Единственный беспокоящий момент — это общая с Ярославом постель. Стоило, наверное, об этом задуматься раньше, но только сейчас накатило понимание, что теперь мы окажемся очень близко друг к другу. Слишком интимно. И это не так, как было в нашу брачную ночь, когда я была не при памяти, и даже не так, как было после празднования нашей свадьбы в ресторане, когда мы вчетвером: я, Ярослав, Артур и Сергей Григорьевич, который почему-то к концу вечера стал просто Серёжей, — завалились ко мне домой переночевать. И я им устроила туристическую ночёвку в нашем саду.
— Чего замерла? — раздался рядом немного усталый голос. — Кто первый в душ: ты или я? — Ярослав закатил мой чемодан и оставил возле встроенного шкафа.
— Давай ты, — тихо ответила и пошла разбирать вещи. 
Пока мы освежались после перелётов, наступило время ужина. Я надела белые кюлоты, футболку с широким горлом и открытыми плечами в сине-белую горизонтальную полоску — а-ля матроска, и удобные белые кроссовки. Ярослав — светлые льняные брюки и белую рубашку на выпуск с расстёгнутыми двумя пуговицами. Эта одежда ему очень шла, делая его каким-то простым и доступным.
Окинув меня удовлетворённым взглядом, он взял меня за руку и повёл в сторону ресторана. На территории комплекса всё выглядело ухоженным, начиная от растущих самих по себе пальм и раскидистых тропических растений, до фонариков, бегущих цепочкой вдоль вычищенных дощатых настилов, по которым мы шли. Персонал был малозаметен, а отдыхающих почти не было видно. Только уже в самом ресторане можно было увидеть скопление людей.
 
Столиков было двадцать, по количеству бунгало, составляющих комплекс. Летний сезон здесь был в разгаре, хотя уже уменьшилось количество туристов, приехавших ради волн. Наилучшие волны в мае — так нам пояснил сопровождающий, когда мы только летели на вертолёте на остров, и я с высоты видела, как сёрферы покоряют волны у одного скалистого мыса на восточном краю острова.   
Ярослав приостановился на входе, легко придержав меня за талию. Окинув внимательным взглядом помещение с широким выходом на открытую террасу, уверенно направился к столу, за которым уже сидели немецкие партнёры с семьями.
— Ярослав! — оживлённо воскликнул господин Вермеер и хлопнул господина Кёльна по плечу, привлекая внимание того к нам. Мужчины приподнялись, приветствуя нас.
— А вот и молодожёны! — оповестил господин Кёльн и, стоило нам подойти, стал представлять сидящих за столом дам: — Барбара, моя супруга, — указал он на худощавую женщину спортивного телосложения с коротким высветленным ёжиком волос на голове. — Рядом наша дочь Софи, — девушка-подросток лет шестнадцати, очень похожая на достаточно привлекательного отца, приветливо улыбнулась и непосредственно помахала рукой нам. — Этот молодой человек, — указал он на мальчика лет десяти, — наш сын Альберт. — Теперь уже я помахала ладошкой мальчонке, который с нескрываемым интересом нас рассматривал.
— Разрешите мне представить и свою супругу Агату, — произнёс господин Вермеер и указал на женщину лет сорока пяти. Она была крупнее, чем Барбара, но тоже в отличной форме. Каштановые волосы, уже посеребрённые сединой, были собраны в хвостик. Эта пара была без детей, о чём и сообщил Уве. — Мы в этот раз путешествуем без Лукаса. Мальчик вырос, у него другие интересы. Он укатил с друзьями на фолк-фестиваль в Прованс.
— Так, леди, — обратился он к своим спутницам, — а это молодое семейство —Давыдовы, Ярослав и Надин, — на европейский манер назвал он моё имя. — Ребята только отгуляли свадьбу. Думаю, что мы их мало будем видеть, — он со значением улыбнулся и, подхватив руку жены, поцеловал в ладонь — Мы с Агатой, когда поженились очень долго не могли отлипнуть друг от друга. Эх, любовь! Замечательное чувство!
— Очень приятно, — Ярослав слегка поклонился дамам. — Мы с женой будем рады провести этот отдых с вами.
Господин Вермеер подозвал официанта и нам организовали два места, придвинув небольшой стол к большому столу, за которым сидели немцы.
Ужин прошёл в дружеской атмосфере. Присутствующие делились впечатлениями о перелётах, трансферте, отеле. Оказывается, немцы прилетели вчера и уже успели разузнать, как разнообразить досуг. По сути, вечером здесь, на островах, делать было нечего, кроме как посещать бар. А вот в баре была определённая развлекательная программа. Например, сегодня был вечер караоке. Нас активно приглашали, но Ярослав отказался, сославшись на необходимость отдыха. Разошлись мы довольные общением и с договорённостью встретиться завтра на пляже.
Обратная дорога до нашего бунгало нашлась легко. Ярослав зашёл внутрь, а я осталась на террасе, удобно расположившись в кресле из ротанга. Ночь надвинулась быстро, но за счёт низких звёзд и почти полной луны, было достаточно светло, да и океан не выглядел таким тёмным, как наше Чёрное море. Я умиротворённо вздохнула, погружаясь в спокойное, медитативное состояние. Воздух был так насыщен незнакомыми ароматами цветов, прелым запахом тропической растительности, свежестью океана, благоуханием дерева, из которого был построен бунгало, что дышалось намного глубже, чем обычно. Я вдыхала ароматный воздух и не могла надышаться. Прикрыла глаза, прислушиваясь к внутренним ощущениям и вслушиваясь в окружающие меня звуки, стрекот насекомых, потрескивание ловушки от комаров, чьи-то приглушенные голоса на пляже, перемежающиеся взрывами задорного смеха. Всё было великолепно, если бы не одно но.