Война - дело молодых (СИ)
пропади она пропадом
"Беслан Алиевич Тимурханов, министр по делам печати, телерадиовещания и средств массовых коммуникаций"...
почему, собственно, "массовых коммуникаций"? почему не "массовой информации"?
тяжело, однако, быть филологом в третьем поколении
крылья сплёл из лыка я, завтра с церкви прыгаю
Их конвоиры попытались задержать мальчишек в приёмной, Бек огрызнулся, и в кабинет они всё-таки влетели все вчетвером.
Ни кабинет, ни его хозяин, - большие и элегантные, - со времени её последнего визита не изменились.
а линия обороны не выработана
окопы не вырыты
патроны не подвезены
санитары квасят в кустах
- Де дик дойл, день добрый, Беслан Алиевич, если он действительно добрый, в чём я лично сомневаюсь!
Бек сзади закашлялся, но оборачиваться она не собиралась.
Тимурханов поднял бровь:
- Чай, кофе?
- Потанцуем? - подхватила она, сузив глаза.
водка-пиво-полежим
крыша, стоять!
- Думаю, сегодня до этого не дойдёт. - Он был прямо-таки олимпийски спокоен, в отличие от дорогих братцев, придушенно охнувших.
Оглядываться ей по-прежнему не хотелось.
- "Я пригласил вас, господа, чтобы сообщить вам пренеприятное известие"?
- Чтобы задать вопрос, не знаю уж, приятный или пренеприятный, - парировал он всё так же невозмутимо. - Присаживайтесь.
раньше сядем - раньше выйдем
Она опустила глаза на полированную поверхность шикарного стола, куда легли грязные, кое-где порванные, в пятнах от клейстера листы.
- Вы знаете, что это? - мягко спросил Тимурханов.
знаю
это конец
а где же пистолет?
Она придвинула поближе один из листов, машинально пробегая глазами собственные строчки.
- А нам можно посмотреть? - Бек решил проявить инициативу.
- Да пожалуйста!
Зашуршала бумага.
Хозяин кабинета терпеливо ждал, но глаз она упорно не поднимала.
- Наизусть учите? - голос человека напротив стал ещё мягче.
знакомые буквы ищу
Не дождавшись ответа, он продолжал:
- Чтоб вы себя без толку не утруждали фантастическими рассказами... почитайте-ка ещё вот это.
Два сколотых вместе листка.
Протокол.
"Я, Рустам Асламов..."
находясь в здравом уме и трезвой памяти
принимаю присягу и торжественно клянусь
хорошо тебе, Катя, а я-то зачем остался жить да мучиться?
Бек, уже не спрашивая разрешения, вынул у неё из пальцев листки, глянул, тихо присвистнул.
- Вот именно, - весело подытожил министр. - Сдавайтесь, Алиса Талгатовна!
помилуй меня, о чудовище
скажу я тебе, где сокровище
- Русские не сдаются, - мрачно пробурчала она. - И после первой не закусывают.
Тимурханов захохотал, откидываясь в кресле.
- Мне нравится то, что вы делаете, - голос его посерьёзнел. - Только вы должны понимать, что долго так продолжаться не может, верно? До этого вашего интернетчика первым добрался я... а ведь мог бы и кто-нибудь другой. Это дело времени. Вы рискуете собой и ребятами.
- И что вы предлагаете? - как ни странно, голос у неё не дрожал. Дрожали коленки, но их не было видно из-под стола.
- То, что вы у меня однажды просили, помните?
- Девять тысяч рублей девяносто пять копеек?
помирать, так с музыкой, запевайте, братцы
Он снова расхохотался и снова посерьёзнел:
- Защиту. Прикрытие. Финансирование. Любое оборудование.
- Компьютер? - выпалили Бек и Гелани одновременно.
- И не один, - подмигнул им тот.
На диване начался возбуждённый галдеж полушёпотом.
скажи-ка, дядя, ведь недаром
- Зачем вам это? - она вскинула глаза. - Выборы? Или другие игры?