Далекие близкие звезды. Дилогия (СИ)
Лицо охранника ничего не выражает. "Профи!" - С уважением цокает Айно.
- А ты засра-а-анец! - С каким-то непонятным удивлением тянет эльфийка.
- Наговаривают на меня в последнее время... Все. Вот тетенька вчера вечером... Утверждала, что как только дракона увижу, так должен его тут же и убить! А я не понимаю - как можно убивать этих милых беззащитных существ! Кому ж такое зверство в голову пришло? Или вот другая тетенька назвала меня... э-э-э... ребенком, какающим (простите, пожалуйста!) прямо в пеленки! Но это ж ни в какие ворота не лезет! Я давно уже не ребенок! А уж когда последний раз пачкал пеленки - даже и не помню!
- Головой сильно ударился, Красная Пчела?
- Очень сильно, Ваше Величество! Очень! Голова потом неделю трещала. Перед глазами - круги, в ушах - звон... Очень сильно!
Эльфийка усмехается.
- Ну, так и скажи моему величеству... почему приказа ослушался?
- Я сделал неправильно?
- Ты сделаешь неправильно, если не ответишь на мой вопрос, Красная Пчела!
- Гайнар Айно, Ваше Величество... Гайнар Айно очень сильно хотел жить. А вот бегать всю жизнь от драконов... или ЗА драконами ему оч-ч-чень не хотелось!
- Надо ж... Кленовые листья расходятся белыми кругами. Убей себя!
- Там, кажется, были не "листья", а "листы", Ваше Величество! А чтоб убить себя... вам, кстати, какой способ больше нравится? Я к чему спрашиваю - может, мне стаканчик с ядом дадут? Или бритву? Или веревку...
- Разочаровываешь, Волчонок! Неужели у Теней настолько скудный набор... способов отправки на тот свет?
- Вас интересует кто-то конкретный?
- Хм? - Красиво заломленная бровь - все, чем августейшая особа изволит показать некоторое... недоумение.
- Ну, мне показалось, что не может прекрасная госпожа интересоваться этими брутальными подробностями просто так... Наверно, есть какой-то практический интерес. Вот я и спрашиваю, кто конкретно посмел так расстроить прекрасную госпожу, что стандартные способы не подходят...
- Себя в этой роли ты не рассматриваешь, Волчонок?
- А что я плохого вам сделал? - Изображаю почти искреннее недоумение. - Вашим близким? Даже не так: что вообще плохого я сделал? Ну, разве что некоему Иллитарру по чердаку настучал... Но это в воспитательных целях - нельзя быть таким беспечным!
Лицо Императрицы (думаю, что это все-таки она) чуть дрогнуло. Но голос остался сухим:
- Завтра утром тебя повесят.
Вот это заявочки! Сначала меня обдало холодом, даже кончики пальцев защипало. Гайнар Айно встрепенулся и посмотрел на обстановку более... практическим взглядом. Но - нет - ни вариант с заложником, ни прорыв в заманчиво открытую дверь камеры не пройдет. Если я поднимусь сейчас с кровати, то дальнейшее движение будут совершать уже отдельные куски моего тела - вооруженные рау в дверях только выглядят расслабившимися.
- Вот так вот... - Как я ни старался, а голос все-таки дрогнул. - Ни обвинений, ни упреков. Возьмут и повесят завтра хорошего НЕВИНОВНОГО человека.
- Достаточно нападения на члена императорской семьи и угрозы ему оружием.
"Логично... для средневековья. Тут вам не здесь - тут гуманизмом никто не страдает"
Уже несколько секунд со мной творилось что-то странное. Я был спокоен, как Карлсон. Никак не мог отнестись к происходящему всерьез. В воду мне чего-то подмешали? Или магией воздействуют? Так заметил бы.
- Отсталое средневековое общество...
- Ого... - Снова вздернутая бровь. - Какие слова мы, оказывается, знаем. Но мне неинтересно твое мнение. Завтра. - Повторила она. - Утром.
Императрица поднялась. И, не прощаясь (а с чего бы вдруг?), удалилась. Охранники, не спуская с меня взгляда, тоже скрылись в коридоре. Глухо стукнула дверь, лязгнул засов. Кто-то снаружи завозился с замком.
А я, весь такой спокойный, сидел на топчане. И недоумевал.
Президент навестил тюрьму, чтобы сообщить очередному смертнику о грядущем расстреле. Ну, да - делать ему, президенту, больше нечего!