Влюбленный мститель
Суровые испытания в немалой степени ожесточили его сердце, но Хлоя сумела пробудить в нем желание начать жизнь заново, с чистого листа. Эта девушка вызывала в нем самые разные чувства: и злость, и восторг, и уважение, и восхищение. Она предлагала ему свое восхитительное тело с такой бесхитростной радостью, что у него кругом шла голова, и от счастья перехватывало дыхание. В тот день, на берегу реки, Кейл думал, что Хлоя яростно воспротивится его настойчивости, однако она разожгла в нем неукротимый огонь, и он, как мальчишка, сразу потерял голову. Временами Кейл уже не понимал, кто из них у кого в плену.
Чего греха таить, пленница вскружила ему голову. Кейл был не в силах поступать так, как подсказывал ему здравый смысл. И хотя это ужасно злило и раздражало его, одновременно он желал, чтобы все это длилось бесконечно.
– Кейл! – нерешительно прошептала Хлоя.
Вожделение туманило ее призывный взор и залило краской смущения лицо.
– Что тебе? – произнес он гораздо грубее, чем хотел ответить.
Однако, судя по всему, она его прекрасно поняла.
Улыбка коснулась ее губ, а былая неуверенность улетучилась, уступив место тому неясному чувству, что томило ее грудь.
– Ты настоящая колдунья! – прошептал Кейл и, склонившись над ней, принялся целовать и ласкать, пока с ее губ не сорвался сладостный стон. И он, не в силах сдерживать себя, очертя голову бросился в бездонную пучину желания. На мгновение отстранясь, он увидел, как она затуманенным взглядом наблюдает за ним, и принялся торопливо расстегивать брюки. Раздевшись, вернулся к ней, обнял и, крепко прижимая к себе, целовал, целовал, а она без конца повторяла его имя. Затем сильным толчком он проник в нее, и тела их задвигались в яростном ритме любовного поединка. Они то возносились к вершинам экстаза, то погружались в пучину блаженного забвения...
* * *– Кто такая Кэтрин Ли?
Услышав этот вопрос, Кейл обратил на Хлою удивленный взгляд. На его лице плясали тени, их отбрасывали залитые солнечным светом ветви деревьев.
– Откуда тебе известно это имя?
Хлоя, пожав плечами, ответила:
– Пока тебя не было, я прочитала газетные вырезки. Нашла их в комоде.
Кейл напрягся. Хлоя почувствовала, что мышцы его сделались крепче корабельных канатов. Кейл сидел, согнув одну ногу. Голова Хлои лежала у него на колене. Она приподнялась и заглянула ему в глаза.
– А вот это уже нечестно – совать нос в чужие дела, – рассерженно произнес он, и Хлоя кивнула в знак согласия.
– Разумеется. Но мне было ужасно скучно одной. Тебе нужно было запрятать их куда-нибудь подальше, чтобы они никому не попались на глаза. Так кто она такая?
– Хочешь знать, что у меня было с этой женщиной? – Уголки его рта скривились в усмешке. – Именно это хотят знать женщины, задавая подобный вопрос. Я угадал?
– Ну, хорошо, что у тебя с ней было? – спросила Хлоя и оперлась на локоть, прижимаясь спиной к его бедру. Кейл приподнялся и, оставаясь сидеть, вытянул ногу, а Хлою уложил себе на грудь.
– Ничего, – наконец ответил он. – Мой дед хотел, чтобы она стала моей женой. Да мы и сами прилагали к тому усилия – и я, и она. Но у нас ничего не вышло. Когда я перебрался в эти края, она сразу вышла замуж за другого.
Хлоя почувствовала укол ревности. Несмотря на его небрежный тон, Кейл, как ей показалось, пытался скрыть от нее истинные чувства.
– Почему же тогда ты хранишь у себя эту газетную вырезку? – не удержалась она от вопроса.
Кейл погладил ее по волосам и потянулся губами к ее шее.
– Ты задаешь слишком много вопросов, – пробормотал он. – Давай помолчим.
Обидевшись, Хлоя высвободилась из его рук, чтобы он не смог прижать ее к себе. Его поцелуи столь упоительны, что она, того гляди, снова потеряет голову.
– Ты собирался на ней жениться? – спросила она, когда Кейл отказался от дальнейших попыток прижать ее к себе и прислонился спиной к стволу дерева.
– Да, – ответил Кейл хмуро.
– А почему этого не произошло?
Он отвел взгляд в сторону.
– Она была любительницей светской жизни, этакая красотка, все мысли которой крутились вокруг того, какое платье надеть и перед кем в нем показаться. Мой дед мечтал о том, что мы поженимся, поскольку хотел, чтобы я остался в Нью-Йорке. Он знал, что мне этого не хочется, однако продолжал настаивать, и я не мог ему противиться. Мы обручились, а потом я сказал деду, что собираюсь в Техас. Он знал, почему я стремился сюда, и приложил все усилия, чтобы я остался в Нью-Йорке.
– Но ты все-таки уехал, – чуть помолчав, произнесла Хлоя. Кейл посмотрел на нее с такой грустью, что ей сразу захотелось, чтобы он продолжил рассказывать о себе. Она так мало знает о нем, а распознать его подлинные чувства ей никак не удавалось.
– Да, – подтвердил Кейл, – я уехал в Техас. А когда вернулся в Нью-Йорк, Китти уже была замужем за другим. Нашему роману пришел конец. Никаких разбитых сердец, никаких тайн.
– С твоей стороны, пожалуй, никаких.
– И с ее тоже, – искренне улыбнулся Кейл. – Поверь мне, принцесса. Попроси я ее поехать со мной в Техас, она моментально швырнула бы в меня кольцом. И оно полетело бы будто метеор.
Хлоя недовольно нахмурилась и привстала.
– А что будет, если ты все-таки добьешься ареста дяди Джона и доведешь дело до суда?
– Тогда на землю рухнут небеса! Вот как я думаю. Он ни в коем случае не допустит, чтобы это произошло.
– Я-то знаю, почему я жажду справедливого суда над ним и почему того же хочешь ты. – Перехватив взгляд Кейла, Хлоя обратила внимание, как он насторожился. – Но твои истинные мотивы мне не известны. Это как-то связано со смертью твоего отца?
Кейл закрыл глаза, как от внезапно полученного сильнейшего удара. И Хлоя поняла, что ему действительно тяжело вспоминать события далекого прошлого, Хотя в общих чертах она знала суть произошедшего, его рассказ поверг ее в шок.
– Джон Митчелл отправил своих наймитов на наше ранчо, чтобы они согнали нас с земли, по закону принадлежавшей нам, – бесстрастно начал Кейл, будто читал страницы пыльных бухгалтерских книг, – Моя мать умерла за год до того, от лихорадки – частой гостьи в наших краях. Бандиты ворвались на ранчо темной ночью и подожгли сараи и хозяйственные постройки. Затем перестреляли наш скот и принялись растаскивать наше имущество, Когда они подожгли наш дом, мы попытались бежать. Отец успел прихватить с собой револьвер, я же свой оставил в доме. – Кейл горько усмехнулся. – Я до смерти тогда перепугался, хотел броситься за ним, но отец не пустил меня. Мы рискнули скрыться в ночной темени. Затем я услышал выстрелы. Отец что-то крикнул и рухнул на землю. Когда я оглянулся, он уже лежал, истекая кровью. Ему прострели легкое.