Судьба и свобода (СИ)

— Спасибо. Спасибо за все.
***
Когда все гости наконец разъехались и даже Джордж укатил на своем бентли, Тедди, Алиса, родители Алекса, Ник, Адриан, Фил, Марк и Тони с Алексом собрались в библиотеке. Алекс лег на диван, положил голову на колени Тони. Тот гладил мужа и заодно делился с ним энергией. Фил, Марк и Адриан устроились валяться на теплом ковре, Тедди как обычно стоял с бокалом коньяка возле камина и пялился на огонь. Ведьмам достались кресла, а Влад принес из столовой два шикарных стула: для себя и Ника.
Алекс рассматривал свою обувь и думал, что глядя на Адриана, он правильно сделал, купив и себе новые кроссовки, а не туфли, а то б точно до конца «шоу» не дотянул. «Шабаш» прошел успешно. Коллеги перезнакомились многие, кого он хотел свести друг с другом, а новые связи — это всегда полезно. Духи остались довольны и даже Ольховый Король заявился, чего он не ждал, но духи, они, как известно, не спрашивают позволения, тем более могущественные, способные себя ни перед кем не обнаруживать, если этого захотят. И от себя он не ожидал, что перестанет наконец кипятиться и примет и нынешние изменения. Тони ерошил его волосы, к которым тянул свои руки почти постоянно последний месяц.
Марк задумчиво, ну прямо совсем как Тедди, тоже смотрел на огонь, а потом все же развернулся к учителю и решился задать вопрос:
— Алекс?
— Да, Марк?
— Я не понимаю…
Тони невольно улыбнулся.
— Что значит, что ты каждый вечер ищешь то, ради чего…?
— Ох, Марк, — улыбнулся ему Алекс. — Когда я заболел, я потерял практически все — мои мечты, мои жизненные планы пошли прахом. Я остался позади всех наших и, как я тогда думал, без возможностей, открывающихся им, как более здоровым и сильным. Как-то раз, уже относительно восстановившись, я гулял и случайно залез на колокольню со смотровой площадкой, расположенную в одной из местных церквей. Я раньше не боялся находиться высоко, карабкался туда и радовался, что могу это сделать. А когда выбрался наверх, испугался высоты впервые в жизни. Я испугался того, что мне захотелось прыгнуть вниз, почти непреодолимо. И решить все проблемы одним махом, раз и навсегда. В рабочий день людей на площадке не было, никто не смог бы мне помешать или помочь. Остался только я сам — один на один со своей судьбой. Я стоял у выхода из каменной башни, перила в старой церкви были совсем низкие, никакой дополнительной защиты, привычной в туристических местах, там не было. Временами я держался за стену. Даже присесть было некуда, разве что на грязный пол, а я недавно постирал свои светлые джинсы и не хотел их запачкать. Я принял вызов судьбы — осознавал трудности своей жизни и боролся. Я вспоминал всех и все, что я люблю и всех и все, что я ненавижу, ощущал как никогда остро свою нынешнюю слабость по сравнению с моими предыдущими возможностями, вспоминал так и не реализованные стремления и только начинающие зарождаться новые мечты и планы. И именно в этой напряженной внутренней битве я почувствовал: у меня появился свой, не зависящий больше ни от кого и ни от чего выбор, возможность и свобода — уйти, умереть, выбросившись с башни, или остаться, жить. Теперь только я сам решаю, куда мне идти дальше. Я выбрал спуститься оттуда, вернуться домой, приготовить ужин и жить дальше свою маленькую, скромную, обычную жизнь.
Фил аж рот открыл. Он смотрел на учителя, но даже сказать ничего не мог. Алекс посмотрел на него и продолжил:
— Потому что я еще не готов уйти так, как хочу я, потому что я хочу большего, потому что я следую путям своего сердца и я здесь ради тех и ради того, кого и что я люблю.
— Сердце мое, — прошептал Тони, продолжая гладить любимого.
Алекс глянул на потрясенного всем услышанным Влада и улыбнулся:
— Вечно меня несет куда ни попадя, да, папа?
Влад ничего не ответил, только молча покачал головой.
Тони обратился к ученикам:
— Сила любви делает Алекса главным, а вовсе не «кунштюки», как вы наверное думали. Его страсть, каждодневная борьба и смелость идти на зов своего сердца. — Тони шепнул засыпающему прямо у него на коленях Алексу: — Заинька мой.
 
И Ирина, и Алиса молчали. Они обе тоже очень устали, особенно после того, как Алекс переключил внимание всей публики на Ирину и вскоре им обеим пришлось до конца вечера «отдуваться» перед гостями — одной за сына, другой за ученика. Они все же пошли в библиотеку, чтоб побыть с близкими после того, как встреча завершилась и обсудить ее. Услышав то, что рассказал о себе Алекс, Ирина заплакала, но так, чтоб этого никто не заметил.
А Тедди, увидев, что Алекс уже вырубился от усталости, хлопнул в ладоши и рявкнул, в шутку, конечно, как делал это иногда на пробежках с Ником и Владом:
— А теперь всем спать! Сказка на ночь рассказана! Волшебное слово знаете?
Адриан отрицательно покачал головой:
— Не-а…
Ник хохотнул:
— Быстро!
Ученики подхватились и убежали. Алиса увела Ирину, и так потрясенную более, чем достаточно всем услышанным.
— Солнышко мое, — разбудил Тони Алекса.
— Может отнесем его в постель? — предложил Влад.
— Не надо, — тихо сказал Алекс. — Я сам дойду.
Тони переглянулся с Владом, Тедди и Ником.
— Справишься без нашей помощи? — тихо спросил Ник.
— Думаю, да, — вздохнул Тони. — Это второй раз он так перенапрягся. Первый был, когда мы твою душу вызволяли. — Тони посмотрел на виновато выглядящего мужа. — Месяц теперь ничего тебе делать не дам!
— Бе-бе-бе, — одними губами ответил Алекс.
Ник тяжко вздохнул и сказал:
— Я наладил контакт с Адрианом, как ты просил.
— Спасибо, — ответил Тони.
Влад обнял Ника, радуясь, что хотя бы его любимому не пришлось проходить через то, что прошел его сын, и тому, что он был рядом и успел спасти его.
— Идем спать, — тихо сказал он и увел Ника из библиотеки.
Ник даже не думал сопротивляться. Конечно, он вспомнил и свой, к счастью не состоявшийся тогда, «прыжок в пропасть». Ноги сейчас держали его уже намного лучше, чем после того, как он встал со стула и «отчитался» перед Тони. Тот относился к нему отстраненно и настороженно, но Ник его понимал. Всему свое время, а пока он будет делать, что может для налаживания отношений с новыми «родственниками», волею судьбы преодолевающими жизненные трудности вместе.
— Обопрись на меня, — тихо сказал Тони Алексу.
— Я сам…
Тони почему-то вспомнил, как Алекс тащил его, когда они уезжали.
— Аэропорт помнишь? — спросил он мужа.
Алекс вздохнул и принял помощь любимого.
Тони обернулся и посмотрел на Тедди.
— Идите, идите, — махнул им рукой Тедди. — Я еще тут побуду, погреюсь немного у огня.
— Да, учитель, — ответил ему Тони.
— Да какой я тебе учитель? — улыбнулся ему Тедди.
— Для меня ты навсегда учитель, — тихо сказал Тони, обнял покрепче Алекса и они ушли.
Тедди смотрел им вслед и был очень рад, что в его доме есть место для всех. Он сел в кресло, взял в руку бокал с остатками коньяка, смотрел сквозь него на огонь и погружался в безмолвие. Их всех ждали новые задачи и вызовы и хотелось провести хоть немного времени в комфорте перед тем, как погрузиться в их решение.
***
— Заинька, — плакал Тони, уже лежа в постели и обнимая любимого после того, как помог ему дойти до их комнаты. — Я так боюсь, что ты умрешь! Уйдешь и оставишь всех нас! Лёшенька! Не оставляй меня! Прошу! Только не оставляй меня! Люблю, люблю больше жизни!
— Не оставлю, родной мой, не оставлю. Все свои силы направлю на то, чтоб не оставить тебя!
— Я все время вижу, что ты уходишь. Улыбаешься мне, машешь и уходишь! Это мое самое кошмарное видение!
 
— Я не хочу уходить, я не уйду. Это морок, Ти. Просто морок, навеваемый тебе твоим страхом. Я здесь, я не уйду!
— Я так хочу, чтоб у тебя получилось все задуманное!
— Я тоже хочу этого, Ти, — вздохнул Алекс.
Тони обнял мужа. Как уже много лет обнимал его.
— Сердце мое, — шепнул он.
— Люблю, — шепнул Алекс в ответ.