Большое путешествие: Битва за Галактику (СИ)

— Вот здесь, — томно выдохнула Мараи и погладила себе по шее, бокам, плечам и внутренней поверхности бёдер, после чего отвела взгляд и раздвинула ножки. — Ну и там. Правда… Я не уверена, что нам стоит так вот быстро начинать. В общем, я больше не обижаюсь. Если ты не хочешь, я могу ждать.
— Ты серьёзно?
— Да, — встав на ноги, вдохнула Мараи. — Я чувствую, что ты хочешь меня, знаю, что ты принял тот факт, что я тебе небезразлична, но я боюсь. Раньше я была противна тебе, и сейчас не хочу доставлять тебе неудобства. Давай подождём, а как ты…
— Люблю тебя, — поймал я протеанку за руки. — Ты моё зелёное чудо. Иди ко мне, я теперь всегда буду с тобой. Надеюсь, что целую вечность.
РЕПУТАЦИЯ:
Мараи: + 550
Эм…
РЕПУТАЦИЯ:
Мараи: + 700
Ухм…
РЕПУТАЦИЯ:
Мараи: +150
Хм-м-м…
— Я согласна на вечность. Я хочу быть с тобой. Но сейчас, если тебе не трудно, дай мне подумать и переварить то, что случилось. И да, Сладкий мой, я люблю тебя. Так сильно, что у меня не хватает слов выразить это.
— Я знаю, Мараи, чувствую. Я пойду, а ты долго не думай. Собирай вещи и переезжай к нам. Мы ждём тебя.
Поцеловав сияющую от радости протеанку, я вышел из её каюты. Мотнув головой закурил и, улыбаясь, направился к лифту.
Ну вот и с этим разобрались. Ладно, пора готовиться к Совету.
Прибытие на Цитадель обошлось без приключений. Залетели в док Спецкорпуса, пилоты посадили Нормандию, после чего мы с Викой пошли на стоянку, чтобы взять аэрокар и отбыть к башне Совета. Однако, сразу после выхода из дока нас ждала очень неприятная неожиданность. Толпа батарианцев, которая, заметив нас, дружно заголосила и ломанулась к нам. Мамашки с детьми впереди, за ними старичьё, взрослые мужики стояли в самом конце.
Ух, не нравится мне это. Как бы кто провокацию не устроил. Не зря они женщин вперёд выпустили. Стоят, спиногрызами прикрываются, ну ладно, вы у меня сейчас быстро разбежитесь.
— Сосредоточься, — шепнув Вике, оскалился я, и как только она кивнула, выпустил жажду убийств, от чего подбежавшие к нам затихли и боясь пошевелиться замерли.
— С дороги, обезьяны четырёхглазые, — зарычал я, усилил давление и схватив Вику за руку, пошёл через толпу, расталкивая батаров, по пути раздавая им пинки и подзатыльники. — Отвали, урод! С дороги, срань. Чё встала, уродина? Дай пройти, сифилитик. Ну вы и уроды.
Медленно, но батарианцы расступались. Кто-то, получив пинок, отходил, другие, попав в Цукиёми, где во всём признались, падали на пол. Таким образом мы добрались до машины и, как только взлетели, толпа пришла в себя и взорвалась гневными выкриками и угрозами.
— Что они хотят? Саске, ты ведь узнал?
— Конечно, я всё узнал. Им заплатили, показали наши фото и попросили устроить провокацию. Кстати, те уроды, что заплатили этим отбросам, сейчас в Совете.
— Капают на мозги Советникам?
— Да, Огонёк, капают и не только. Уверен, что они там поют песни о том, сколько невинных погибло при уничтожении ретранслятора. Хотя, их там почти не было. Вся колония была огромным хранилищем наркоты, рабов, оружия и прочего. Но, невинные всё же присутствовали. Но это не страшно, я отобью любое обвинение в наш адрес.
— Тебе больно, — взяв меня за руку, прошептала Вика. — Больно вспоминать об этом. Ты с чем-то ассоциируешь этот инцидент. Но я…
— Я обязательно покажу свою вторую жизнь. Только немного позже.
С вопросами Вика больше не лезла. В тишине мы долетели до башни Совета. Поднялись на лифте и предстали перед Советниками. Которых теперь было четверо. Шала стояла за трибуной и со смесью любви и обожания смотрела на нас. Точно так же выглядела и Тевос. Саларианец же особых эмоций не проявлял. Спаратус злился и не скрывал этого. Двое батарианцев стояли чуть в стороне и с превосходством смотрели на нас. Ну, сейчас начнётся.
Первым взял слово Спаратус. Спросил с меня за ретранслятор и уничтоженную колонию, после чего смерил меня суровым взглядом и предоставил мне слово. Я вызвал из инвентаря все доказательства. Включая записи камер с центра на астероиде, показания Кенсон и мой разговор с Предвестником. От этого всего Советники выпали в осадок и ни о чем больше говорить не захотели.
 
— Вы забыли о нас! — взвыл один из батаров. — Какие-то твари легко уничтожают наши мирные колонии, а вы закрываете на это глаза?
— Мирные колонии? — на весь зал засмеялся я. — Вы серьёзно? Ваша мирная колония была доверху набита красным песком, рабами и оружием. А вскоре там бы ещё и пираты обосновались, и тогда вы точно завалили бы всю Галактику своей дрянью.
— Лжец! — шагнул ко мне батарианец. — Не было там ничего такого. Аграрная колония, с минимумом солдат. Триста тысяч мирных граждан, женщин и детей. Надеюсь, они будут сниться тебе каждую ночь. Также надеюсь, что Совет послушает честных разумных, а не тебя, урода.
— Слышь, ты нарываешься.
— Порядок в зале! — рявкнул на нас Спаратус. — Никаких доказательств у сторон конфликта нет. Голословные обвинения Совет не примет.
— Хм, Советник Спаратус, у меня есть кое-что интересное, — нагло улыбнулся я и показал два диска. — Ознакомьтесь, пожалуйста.
Тут же подскочил секретарь, взял диски и отнёс их Советникам. Которые изучили материалы, о чем-то пошептались и все четверо уставились на батаров.
— Это всё подделка, — оттягивая воротник, нервно проговорил четырёхглазый. — Всё сфабриковано…
— Тогда выскажи свою версию, — поймав урода в гендзюцу и внушив ему, что нужно рассказать правду, кивнул я. — Ну, Совет слушает.
— Я… Моё имя Каар’шон. Я работорговец и сам привозил на ту базу рабов и красный песок. Мы… Мы просто потеряли кучу товара. А когда из Альянса пришла информация о том, кто это сделал, решили соврать и стрясти с Иерархии компенсацию. Я могу подтвердить свои слова, всё на моём инструметроне.
— Подойди к секретарю Советника Спаратуса, разблокируй и отдай инструметрон. Быстро!
Вздрогнув, батарианец, не обращая внимания на своего коллегу, сделал всё что было сказано, после чего тряхнул головой и, сообразив, что ему конец, прижал руки к лицу.
— Очень интересно, — посмотрев записи, фыркнул Спаратус и обратился к батарам. — Как представитель турианской Иерархии, я предупреждаю вас и всю Гегемонию. В случае конфликта или посягательство на жизнь Учиха Саске вы ответите в десятикратном размере. Можете быть свободны, послы. Я же, должен вынести вопрос о закрытии пространства Цитадели для всей вашей расы.
— Поддерживаю, — кивнув, улыбнулась Тевос. — Республика также предупреждает вас.
— Мигр… Кварианский народ, представителем которого я явлюсь, поддерживает Советников.
— Саларианский союз поддерживает.
— Заседание окончено, — хлопнув по трибуне, прорычал Спаратус. — Честные разумные могут идти. СПЕКТРы, задержитесь.
Оплёванные батары, опустив головы, оглядываясь, вышли из зала. Я приобнял Вику, кивнул Спаратусу и подмигнул Шале.
— Дурдом, — нервно собирая бумаги, рычал Хеймон. — Война на пороге, а они наркотой торгуют. Ненавижу работорговцев! Ладно, всё. Прошу в мой кабинет.
— Ты почему молчал? — толкнув меня в бок, зашипела Вика.
— Козырь потому что. Да и потом, я хочу, чтобы ты мной гордилась.
— Иди уже…
Делает вид что злится, но на самом деле действительно гордится. Эх, Огонёк, люблю я тебя. Ни словами ни связью не выразить как сильно. Наверное, как Мараи меня. Да, точно.
В кабинете Спаратуса расслабляться никто и не думал. Добытые нами данные напрягли всех. Так что, хоть мы и выпивали, пытаясь спокойно разговаривать, все четверо заметно нервничали. Отправляли отчёты, кому-то звонили и, казалось, начинали паниковать.
 
— Все успокойтесь, — не выдержав, встал я. — Суетой и паникой делу не поможешь.
— Учиха, у нас остался год на подготовку, — зарычал на меня Спаратус.
— А может, полтора. А может и больше. Присядьте, Советник. Выпейте и успокойтесь. Вы уже много сделали, а скоро случится нечто невероятное.