Рассвет на чужой планетой
На этот вопрос он мог дать собственный ответ, который вполне соответствовал его планам на будущее.
— Да. И я хочу внести посильный вклад в ее укрепление и усиление. Всеми доступными мне средствами. О чем и подавал прошение. Я готов отправиться туда и делать то дело, которое мне поручат вышестоящие. Но я не могу оставаться на старом месте. Там я… не работаю с максимальной отдачей. Я не использую эффективно все свои ресурсы.
— Ваше прошение принято к рассмотрению, — голос собеседника утратил живые интонации, опять став механическим. — Оставьте свои данные. С вами свяжутся.
Сбоку выехала небольшая панель с гнездами различной модификации, подстроенными под разные съемные носители информации. Сомба-99 выбрал тот, что соответствовал разъему на его инфознаке, отколупнул пластинку с памятью, вложил в гнездо. Подождал, пока розовый огонек: «Идет копирование!» — сменился на синий. Вернул пластинку на место.
— Можете быть свободны. Следующий!
Стена сбоку осветилась. Появилась надпись «Выход». Его провожали через боковой вход. Все правильно. Соискатели не должны сталкиваться в дверях и увеличивать суматоху.
Уже спускаясь по эскалатору, он бросил взгляд на временную шкалу и с некоторым удивлением отметил тот факт, что беседа с ним продолжалась целых десять мини-единиц. Ровно на полторы мини-единицы больше предписанного. Что бы это значило, и как это скажется на его судьбе?
Когда некоторое время спустя пришел вызов, он не слишком удивился. Его не могли не вызвать. Его просто обязаны были вызвать и проинформировать о результатах. Но внутри шевельнулся червячок сомнения. Он подавал прошение всего восемьдесят шесть оборотов тому назад. Ежечасно таких прошений подается несколько десятков или даже сотен. Информаторы собирают их по всей планете и близлежащих колоний, анализируют, суммируют, отбрасывая взаимоисключающие — например, когда двое высказывают прямо противоположные желания — а по остальным принимается коллегиальное решение. Иногда это может затянуться на круг или полтора. Не зря на создание семьи предписывается потратить два десятка кругов. И если за это время индивид не смог определиться самостоятельно, воспользовавшись всеми предоставленными вариантами, за него это делает машина. И то, для долгоживущих соплеменников Сомбы это растягивается на круги и круги. А тут… Слишком это быстро.
Он был на борту своего перевозчика, когда пришел запрос. И команда не могла не знать о том, что капитана вызывают в информаторий.
— Что-то случилось? — механик Джанго-339 заступил дорогу.
— Нам дают новый маршрут? — окликнул его с порога рубки навигатор Мунго-117.
— Вы от нас уходите? Вас переводят? Нас расформируют?
Вопросы сыпались со всех сторон, но Сомба-99 помалкивал, теряясь в догадках. В тот момент он не думал о том, что речь идет о его прошении. Нет, не может быть! Наверное, это его вызывают в Комиссию по благонадежности. Всех, кто работает во внешней сфере и может контактировать с представителями иных миров, держат на особом контроле. Бывали, знаете ли, случаи…
Подозрение переросло в уверенность, когда в информатории его, стоило авторизоваться на входе, прикрепили к персональному гиду. Значит, все серьезно. Значит, хотят оградить его от любых, даже случайных, контактов с другими посетителями. Но сопротивляться и спорить было нельзя. У входа, согласно правилам, дежурил отряд службы порядка, усиленный роботами. Попробуй тут возмутиться! Информация дорого стоит. Охрана не дремлет.
— Прошу следовать за мной, — персональный гид, жужжа сервоприводами, завис в паре пядей от лица, мельтеша туда-сюда и отвлекая внимание. — До назначенного времени остается всего восемнадцать мини-единиц времени! Правый лифт. Синяя кнопка. Нажать три раза.
Сомба-99 выполнил все указания и, привычный к перегрузкам, не заметил мгновения, когда лифт совершил перемещение. Вышел на застекленный этаж. Удивился — нужный кабинет располагался под куполом. Дойди до конца коридора, упрись в прозрачный пластик — и под тобой раскинется панорама города. Мужчина невольно сделал шаг в ту сторону. Сколько раз он пролетал над городом, но чтобы увидеть его настолько близко…
Но гид замелькал перед носом, как надоедливое насекомое, заставив свернуть в один из расходящихся от лифта узких «слепых» проходов. Впрочем, и тут вместо потолка было небо, так что света хватало.
Он уже шагнул в проход, когда за спиной послышался шорох. Лифт принес сюда кого-то еще.
Не обращая внимания на жужжание гида, Сомба-99 обернулся через плечо. Незнакомец был в лиловой форме, которая подчеркивала его худощавое сложение. Слишком худощавое, чтобы соответствовать идеальным промерам. Сомба-99 знал, что часто внешность играет большую роль в выборе жизненного пути. Поэтому большинство мальчиков в детстве занимались силовыми или подвижными играми, то и дело выступая на соревнованиях, а девочки учились танцам. Развитая фигура значит так много. Этому типу явно не повезло — такая худоба была явно врожденной, а не приобретенной. Персонального гида у него не было. Зато на лице имелось несколько характерных шрамов, которые заставили Сомбу уставиться на него, как на чудо природы. Растительность на голове его была гладко выбрита, и можно было заметить, что аналогичные шрамы тянутся по всему черепу. Это, в сочетании с лиловой формой, наводило на мысль о том, что незнакомец больше времени провел в глубоком космосе.
— Вы тоже сюда? — он остановился, смерив Сомбу-99 взглядом.
— Мне назначено.
— Мне тоже. Ваша цель?
— Я подавал прошение… о переводе меня на другую работу. Туда, где я смогу приносить больше пользы своему народу…
— Забавно. Я тоже.
— Полагаете, что мы тут по одному и тому же вопросу? — Сомба почувствовал себя неуютно. Ему вдруг подумалось, что он моложе бритоголового незнакомца.
— Полагаю, так. Ваше время…
Гид, словно очнувшись, издал переливчатый звон. Из-за закрытой двери пришел ответный сигнал, после чего отгораживающая панель отъехала в сторону, открывая небольшой пропускник, где стоял робо-секретарь.
— Пожалуйста, идентифицируйтесь, — пропищал он машинным голосом.
Сомба послушно дотронулся до панели на груди робота.
— Хм, — раздалось за спиной. — Девяносто девятый?
Незнакомец заглядывал через плечо.
— Да.
— Вы знаете, что вы на грани?
— Да.
Сбоку что-то щелкнуло — сработали камеры, сканируя вошедших и сравнивая полученные данные с уж имеющимися.
— Идентификация успешно завершена. Прошу, — робо-секретарь откатился в сторону.
Доброй половины кабинета не было — две внешние стены представляли собой сплошное окно. С учетом того, что и потолок был прозрачный, казалось, что они стоят на открытой площадке. Даже ветерок от кондиционера создавал иллюзию пространства.
— Непривычно, да? — снова послышалось за спиной. Когда незнакомец успел просочиться за ним, оставалось загадкой. И почему его пропустили?