Рассвет на чужой планетой
— Но ведь отставание к концу полета составит всего, — девушка защелкала кнопками вычислителя, — может составить всего… кхм… двенадцать на шесть… почти целую единицу!
— Точнее, одну единицу и восемь мини-единиц, — улыбнулся Сомба. — Что, согласитесь, немало!
Девушка впечатлилась и тут же принялась настраивать свой единометр.
— Кстати, по поводу времени, капитан, — один из экипажа, связист, поднял руку, — не подошло ли время планового приема пищи?
— Подошло. И я попрошу младшего разносчика заняться приготовлением пищи.
Должность младшего разносчика вводилась на кораблях, на которых летело больше дюжины куа. Просто потому, что команда в этом случае употребляла огромное количество пайков, пустые контейнеры из-под которых надо было утилизировать. Кроме того, надо было следить за нормой расхода, за синхронностью и очередностью приема пищи, и не только. Обычно на эту должность брали кого-нибудь из низших — с номерами не выше пятисотого, а то и тысячного. Для тысячников это был единственный шанс побывать в космосе не только в качестве переселенца на новую планету.
Через несколько минут послышался переливчатый сигнал — знак того, что первая партия может идти в смежную с кают-компанией столовую. Сомба, как капитан, Мунго как навигатор и Такту, как первый пилот и старший помощник, а также двое из группы исследователей первыми направились туда.
На подставке уже стояли вскрытые контейнеры, от которых валил аппетитно пахнущий пар. Судя по цвету кормосмеси, это было рагу из растительных волокон с небольшим добавлением приправ и специй. Белковый концентрат, заменяющий мясо, должен подаваться по утрам, для того, чтобы обеспечить организм энергией на весь день. А полдневная трапеза называлась поддерживающей.
Разносчик торопливо выложил рядом с контейнерами упаковку сухарей, добавил несколько пакетиков специй для тех, кто любит острое, и принялся за приготовление напитков, разводя в воде концентраты.
Сомба замешкался, не зная, напиток какого цветы выбрать, и в этот момент откуда-то из-за его локтя вынырнула тонкая женская рука, унизанная браслетами, и остро отточенные ноготки цапнули несколько сухарей.
— Подайте специи, пожалуйста!
Сомба машинально придвинул ей свой пакетик, и тонкие пальчики тут же хищно в него вцепились.
— Благодарю вас!
Сомба развернулся к незнакомке. Молодая женщина в пятнистом бело-розовом балахоне, стоя, торопливо посыпала сухари смесью приправ.
— Что вы делаете?
— Знаю, это не относится к правильному питанию и служит отменной антирекламой, но я ничего не могу с собой поделать, — молодая женщина смачно откусила добрую половину сухаря, конечно, обсыпавшись крошками. — Я от волнения вчера ничего не могла есть. И сегодня утром ограничилась одной чашкой молочной смеси. И вот сейчас неожиданно почувствовала голод.
Она улыбнулась с какой-то растерянностью и развела руками в обезоруживающем жесте. Мол, знаю за собой этот недостаток, но ничего не могу с ним поделать.
— Вы бы могли подождать и пройти со второй партией, или с третьей…в зависимости от своего социального положения и месте в экипаже. Вы ведь из медотсека? — он, наконец, вспомнил, где слышал этот звонкий голосок.
— Да, я медик, — кивнула девушка. — Меня зовут Лонг а-Комса-178. Можно просто Лонг.
Уже сидевший неподалеку и поглощавший содержимое своего контейнера Такту смерил девушку косым взглядом. Женщины своих номеров не имели. Им опосредованно, ради получения некоторых жизненных благ, присваивались номера сперва их отцов, а потом и мужей. И каждая девушка и женщина могла повысить свой статус, сочетавшись браком с тем, что находится выше ее отца на социальной лестнице.
— Очень приятно, — откликнулся Сомба и назвал себя.
— Вы правда девятносто девятый, капитан? — Лонг смотрела на него, как на героя, даже забыв жевать. — Но это же здорово! Вы в привилегированной группе. Вон даже еда у вас пахнет вкусно…
— Поделиться не могу.
— Знаю-знаю, — женщина скользнула к стойке. — Где тут моя порция?
— Со следующей партией, — откликнулся разносчик.
— А побыстрее нельзя? Я есть очень хочу.
— Есть правила. Но если капитан прикажет, — разносчик вопросительно покосился на Сомбу. Тот сделал вид, что полностью поглощен своим рагу, хотя, надо сказать, без специй вкус полусинтетических вареных растений был не слишком приятен.
— Капитан, может быть, и не позволит, — со своего места не спеша встал Такту, который успел уже расправиться с половиной своей порции, — а вот я, как его заместитель, вполне могу отдать соответствующее распоряжение. Нам ведь не нужны конфликты из-за плохого уровня медицинских услуг? А почему они будут плохи? Потому, что медик голоден! Нельзя морить голодом тех, в чьих руках находятся наши жизни. Вы со мной согласны?
Он слегка наклонился вперед, ловя взгляд Лонг. Та невольно попятилась. Высокий, худой, Такту-101 не был слишком привлекателен, и Сомба поймал себя на недостойной капитана мысли, что его заместитель никому не нравится. Вот и эта Лонг аж скривилась, пряча досаду за улыбкой.
— Да, — промямлила она, — наша работа не сфера услуг. Она…
— Она гораздо важнее, — подхватил Такту. — Это работа. Это подвиг. Это…
— Ваш поддерживающий перекус, — разносчик грохнул на стойку контейнер, отвлекая внимание.
— Ой, спасибо! — медик схватила его, выставив перед собой, как щит. — Я ужасно хочу есть. Прямо нет сил больше ни на что. Извините.
Она ловко обогнула Такту и внезапно оказалась возле стула Сомбы. Тот ел, утвердив контейнер на столешнице в дальнем углу стойки.
— У вас не занято?
— Что? — Сомба перестал жевать.
— Это сидение рядом… оно свободно?
— Да, конечно. Как и любое другое здесь, — он ложкой указал на еще несколько сидений и столешниц, которые теснились поблизости.
— Да. А мне нравится вот это, — Лонг присела рядом, вскрыла контейнер, начала аккуратно есть. — Кроме того, у нас много общего.
— Что, например? — невольно заинтересовался мужчина.
— Мы оба отвечаем за чужие жизни.
Взгляды их встретились. И Сомба неожиданно для себя смутился. Он вдруг сообразил, что эта девушка подсела к нему не просто так. И что, пусть подавать заявку на создание семьи — право мужчины, выбор все-таки делает женщина. А из таких экспедиций большинство женщин возвращается помолвленными. Они нарочно ищут себе мужей среди членов экипажа, отдавая предпочтение, конечно же, тем, у кого более высокий номер. Разносчику, например, ничего не светит. Зато он сам, Такту и Мунго теперь находятся под прицелом. Женщин на корабле шесть из двадцати восьми членов экипажа. Выбор есть. И ведь он сам в свое время задумывался о поисках невесты. Но не сейчас! А только после возвращения, чтобы все было официально. Однако, то, что она предпочла сесть рядом, уже о многом говорит.