Бывший лучший друг (СИ)
***Чуть больше трёх лет назад
Милла
— Да не нервничай ты так, — Влад сидит напротив и уже минут десять пытается привлечь моё внимание. — Бой ещё не начался, а ты уже себе все ногти сгрызла.
Убираю руки от лица. Сама не заметила, как непроизвольно закусываю большой палец правой руки, пока обвожу взглядом пространство вокруг. Я впервые здесь. И мне не нравится то, что я вижу. Выглядит не как в боксе, а будто ты в очень дорогом и пафосном ночном клубе, и все присутствующие уже из трусов выпрыгивают в ожидании того зрелища, что для них приготовили. В этом концерте участвует мой Паша, через считанные секунды он зайдёт в эту «клетку», а мы просто очень близко сидим. Я предпочла бы самые что ни на есть дальние места, или совсем сюда не приходить. Мне хватает и того, каким он приезжает после подобных боёв. Мне просто предостаточно того, как долго его выхаживаю. Но сегодня всё иначе. Сегодня он настоял, что я должна поехать. Сегодня какой-то очень важный бой, который сулит ему попадание на чемпионат по боям без правил.
Среди присутствующих здесь людей сидит какой-то человек, который именно сегодня решит его судьбу. Он может подарить Паше билет в этот суровый вид спорта на профессиональном уровне. Но это не его судьба! Его судьба — бокс! И я не понимаю, что мы здесь делаем.
— Милла, — вновь зовет меня Влад, — всё нормально! Паша победит, ты же знаешь.
Почему-то сегодня это тревожит меня меньше всего. Дело не в выигрыше или проигрыше. Нас просто не должно быть здесь. Мы просто не вписываемся в эту вечеринку, в этот круг и эти правила.
— У него это серьёзно? — спрашиваю Влада. А сама с такой надеждой на него смотрю, что на лице парня появляется сожаление.
— Серьёзно, Милл. Более чем. Тебе это всё не нравится, да?
— Я в ужасе, — говорю себе под нос и снова смотрю на «клетку» в центре зала. Потом опять обвожу толпу затуманенным взглядом, вглядываюсь в лица собравшихся, которые так же, как и мы, сидят за столиками в первых рядах. Одна компания сразу привлекает внимание. Двое очень дорого одетых мужчин, а с ними молодая девушка, которая чувствует себя в этом месте будто рыба в воде. Это заметно по её прямой, но в тоже время расслабленной спине, по тому, как ерзает на стуле от нетерпения и не сводит глаз с «клетки» и того места, где должны появиться бойцы.
— Вы говорили вообще обо всём этом? — голос Влада возвращает меня в реальность.
— Он знает, что я не в восторге, — отвечаю ему, и делаю пару глотков воды. От нервов во рту пересохло, и язык совсем не ворочается.
— Но то, что я вижу, невозможно назвать — не в восторге. Ты явно не согласна с его выбором.
— А он уже сделал выбор? — неожиданно цепляюсь за этот разговор.
— Я не знаю, — говорит Влад по-честному, — у него и выбора-то не было.
— Почему?
— Я не вправе говорить, но… в боксе сейчас Пашке сложно. Он, как бы правильно выразиться, не востребован, что ли.
Я в это не верю. Что значит — не востребован?! Да он лучший из лучших. Его судьба — это бокс.
— Скажи, что ты знаешь? — требую у парня, непроизвольно повышая тон.
— Посмотри на это ВСЁ с другой стороны, — увиливает от ответа.
— С какой стороны, Влад? Ему здесь не место!
— Откуда такая уверенность? Очень многие уходят из бокса, и очень не многим везёт попасть вот в ТАКОЕ место, — разводит руками, будто обводит весь зал. А я не вижу в этом месте ничего ТАКОГО!
— Это очень опасно, — киваю на «клетку» и поеживаюсь.
— Риск оправдан, и тебе не на что жаловаться! — говорит Влад как-то даже сурово. Потом кивает на дорогие часы на моём запястье, подарок Павла, и тогда понимаю, к чему он клонит.
Я задыхаюсь от его прямого намёка, о тех благах что даёт нам это новое увлечение моего парня. А ещё я задыхаюсь от нервов, которые будто натянутые струны, готовые порваться от малейшего неверного движения. Мне не хватает воздуха. Хватаюсь за грудь, а потом и за шею.
Дыши, Милла! Дыши!
— Эй, что с тобой? — Влад уже не напротив. Он сидит со мной рядом, и заботливо гладит по спине, — Я не хотел тебя обидеть…
— Никакие деньги не стоят потраченного здоровья или даже жизни, — говорю хриплым голосом. Потом захожусь в кашле, но это помогает почувствовать воздух, скользящий по горлу.
Дыши, Милла! Ещё не всё потеряно!
— Ты, безусловно, права, — соглашается Влад, продолжая меня гладить. Я немного сконфужена и ошеломлена и хочу отодвинуться от парня, но двигаться некуда. Мы, конечно, друзья и знакомы почти год, но подобные нежности вижу впервые.
— БЕС! БЕС! БЕС! — начинает скандировать зал, и я тут же забываю и о Владе, сидящем очень близко, и о его руке, покоящейся на моей спине.
Всё моё внимание приковано к плохо освещенной «клетке», к двум силуэтам, которые медленно, один за другим, скользят за раскрытую дверь, и словно по команде вспыхивает свет. Яркий, белый — он режет глаза, и первое, что хочу сделать, это зажмуриться. Но я не могу, потому что серо-зелёные глаза уже установили со мной контакт. Тут я очухиваюсь, под испепеляющим взглядом Паши скидываю руку Влада и сдвигаюсь к самому краю узкого дивана.
Толпа по-прежнему скандирует его имя, и даже не имя. Они считают, что такова его суть — быть бесом. А мне это всё отдается болью в груди.
Судья быстро объясняет правила, но я ничего не слышу. Какие могут быть правила в боях без правил!? Смотрю на ту компанию, что привлекла моё внимание несколько минут назад. Мужчины с довольными улыбками о чём-то оживлённо разговаривают, бросая нетерпеливые взгляды на «клетку». А девушка стоит на ногах и, наверное, громче всех в этом зале скандирует имя моего чемпиона. Она привлекает его внимание, и Паша, всего на один короткий миг, смотрит на неё. В этот момент мне начинает казаться, что сейчас она задерет свое и без того короткое платье, чтобы продемонстрировать нижнее бельё, ну или его отсутствие. Но она, слава Богу, этого не делает, лишь горячо жестикулирует, показывая большой палец и посылая воздушные поцелуи.
Да кто она такая?
Глава 17. Придержи беса
Паша
— Бес, бес, бес, — громкое скандирование больно бьёт по ушам.
Нет, это соперник.
Он сильный и мощный, и удары его точны, но боли я не чувствую. Зверь, что живёт во мне, уже проснулся, он уже на охоте и готов разорвать свою жертву голыми руками.
Милла, рука Влада на её спине, Лика, привлекающая внимание моей девушки — всё смешалось в каком-то калейдоскопе. Вот он, мой рычаг, я чувствую его. Кнопка, которая делает из меня неуправляемую машину, наконец, стала для меня очевидной.
Милла. Страх её потерять. Страх быть слабаком в её глазах. Страх разочаровать самого близкого в мире человека.
Одним словом, мой переключатель — это страх.
Соперник ревёт от боли, когда мой кулак врезается в его челюсть, ломая зубы. Всё, я наигрался. Пора заканчивать это чёртово представление для чёртовой «Валхалы». Последний удар в нос, брызги крови словно в замедленной съёмке медленно порхают перед моим лицом, попадая в глаза, и противник, наконец, на полу.
— Лежать, — ору я его еле дышащему телу.
Толпа взрывается за моей спиной и скандирует ещё громче. От адреналина, что бежит по венам, моё тело пока не может остановиться, поэтому как остервенелый расхаживаю в тесном пространстве «клетки».
Когда меня наконец выпускают из "загона", первое, что хочу сделать, это броситься к Милке. Среди сотни лиц я вижу лишь её взволнованное лицо. Среди сотни пар глаз — лишь её, голубые, кажутся мне заплаканными. Но я не могу к ней пойти. Для начала нужно привести себя в порядок. Поэтому иду в сторону раздевалки, зная, что Степанов и его дочь уже повскакивали со своих мест и следуют за мной.
— Это просто нечто, — басистый голос Константина Игнатьевича раздается за спиной, и большой босс хлопает в ладоши. — Паша, ты не разочаровываешь!