Каменный ангел (СИ)

Мне никогда не стереть этих назойливых образов, память сильнее разума. Там, где получается абстрагироваться от мыслей и не думать вовсе, всегда появится визуальная картинка.
Память, вообще, штука весьма коварная.
— Иногда получается ее перехитрить, — вслух рассудила я, подумав, что при желании сделать это не так уж и сложно. Выставив вперед руки, я принялась медленно водить ладонями перед собой, воображая, как мало-помалу разбираю чертов каменный мешок по кирпичикам.
Возможно, во всем этом смутно прослеживались признаки сумасшествия…
Он появился незаметно, странным образом умудрившись не потревожить меня ни единым звуком. Просто в один момент я уловила присутствие постороннего, опустила руки, прекращая разбор импровизированного каменного мешка, и чуть повернула голову.
В полутора метрах от меня, маетно привалившись плечом к стене, стоял Хаос.
В другое время меня бы непременно позабавил его чересчур внимательный взгляд, которым он, судя по всему, сопровождал мои недавние действия, однако сейчас настроя шутить не было.
Все-таки нужно как следует подумать о том, чтобы уехать, как-то отстраненно подумала я. В этом городе мне не будет никакого житья — менты, бандиты, навязчивые призраки прошлого…
Однажды вся эта куча мала попросту подомнет меня под собой, а я ничего не смогу сделать.
— Какое из окон мне придется вставлять на сей раз? — безразличным тоном поинтересовалась я, отвернувшись от мужчины, сцепив ладони в замок перед собой.
Я могла пытаться убедить себя в чем угодно, вот только сердце при виде Хаоса забилось ощутимо быстрее.
Страх?..
Я его не боялась.
Возможно, это было связано с тем, что он изначально не проявил ко мне агрессии, а может, я просто разучилась чувствовать всю гниль, прочно засевшую в том или ином встреченном мною человеке. В моем представлении Хаос не был лишен этой грязи, напротив, он купался в ней, его руки, лицо, одежду, — все покрывали темные въевшиеся пятна. Но до меня не долетало ни капли — вязкое пыльное месиво оставалось при нем.
— Сегодня в качестве исключения я прошел через заднюю дверь, — хмыкнул он, приглядываясь ко мне. — Замки, кстати, надо запирать. А ты не удивлена, — прозвучало как утверждение.
— Нашей встречей? С моей стороны было бы глупо верить, что ты в самом деле оставишь меня в покое.
Хаос ничего не ответил, приблизился и молча сел у стены рядом со мной. Я по-прежнему таращила глаза вперед, отчего-то не торопясь смотреть на него, но нисколько не сомневалась в том, что его лицо развернуто в мою сторону. Этот буравящий взгляд я чувствовала едва ли не каждой клеточкой напрягшегося тела.
Зачем он пришел?
— Тогда почему ты не боишься? — в его голосе мне почудилось что-то похожее на недовольство. — Слушай, тебе еще не надоело вести себя так, а?
— Как — так?
— Да вот так… как ты себя ведешь, — он, несомненно, был мастером в толковых объяснениях. — Это что, образ такой дурацкий? Новое веяние моды среди молодежи?
— Ага. Ты явно слишком стар, чтобы понять.
Я замедлила собственное дыхание, чутко прислушиваясь к тому, как он дышит. Мне безумно хотелось отодвинуться подальше от Хаоса, ведь его близкое присутствие стежок за стежком вспарывало мои старые, давно залатанные раны. Пусть даже он не имел никакого отношения к их появлению.
Мне почему-то хотелось, чтобы он придвинулся ближе.
Чтобы перестал раздражать глупостями в стиле «большой дядя общается с неразумным дитем».
Все нормально… Просто он — единственный, кто так или иначе мелькает на данном этапе моей жизни, только поэтому я невольно уделяю ему больше внимания, чем положено.
Он хмыкнул и заерзал — устраивался удобнее, стало быть.
— Ты ведь совсем ничего не вкуриваешь, — Хаос пытался говорить хорошо поставленным, «взрослым» тоном, но в моих ушах его интонация звучала совсем иначе. — Пытаешься строить из себя прожженную фифу, а на самом деле нуждаешься в помощи, и это конкретно так бросается в глаза.
— Мне не нужна помощь, — отбрила я и после некоторого молчания прибавила, — только не помощь человека, который магнитом притягивает к себе все новые и новые проблемы.
 
— Эй, ты меня совсем не знаешь, с чего вдруг такие выводы?
Я лишь пожала плечами — разговаривать с ним не слишком хотелось, однако странным образом Хаосу удалось на время прогнать моих призраков; в мыслях появилась долгожданная, пусть и временная, брешь.
— Это не выводы, пока только наблюдения. Иди посмотрись в зеркало — там, дальше по коридору, первая дверь. У тебя вся физиономия располосована.
Кажется, он удивился — нет, совершенно определенно пребывал в недоумении.
— Ты на меня даже не смотрела.
— Смотрела. У меня не стопроцентное зрение, но твои царапины я заметила.
— Хрень все твои наблюдения. И это — так… ерунда, — даже не глядя в его сторону я живо представила, как он морщится, вспоминая историю появления свежих ранений.
— Конечно, ерунда. Именно поэтому ты здесь, где никому и в голову не придет тебя искать.
Хаос вдруг схватил меня за плечо, больно стиснув, чем лишний раз подтвердил, что своими словами я попала в самую точку. С силой развернув в свою сторону, заставил меня посмотреть на него.
— Сколько тебе лет?
— Не ты ли заходил в гости на мое совершеннолетие?.
— Черт побери, ты не смахиваешь на восемнадцатилетнюю зеленую салагу, — прорычал он. — Такое чувство, будто ты нарочно загоняешь мне фуфло с какими-то своими галимыми целями.
— Могло бы быть правдой. Вот только это не я к тебе пришла, — вынуждена была напомнить я.
Он медленно разжал пальцы, выпуская мое плечо.
Я выпрямилась и встала напротив сидящего на полу Хаоса, глядя на него сверху вниз. Мой взгляд остановился на его лице, теперь уже четко фиксируя свежие ссадины на лбу и продолговатый порез на правой скуле. Эти украшения он получил либо вчера, либо сегодня — похоже, опять вляпался в какой-то «головняк». Его мутные дела меня не касались, и хоть Хаос, явившись сюда, отчего-то решил иначе, задумываться над ними я не собиралась.
Он жив-здоров, и даже недавняя дыра в боку давно уже не создает помех для активных передвижений по городу, а новые царапины хоть и не украшают, но и не уродуют зверскую физиономию этого типа.
Нет, я не собиралась думать о нем и его незаконной деятельности, влекущей за собой целую череду проблем.
Проклятый Павел! Даже умереть спокойно не мог — своей кончиной прикрепил ко мне каких-то головорезов, избавиться от которых пока не представляется возможным.
Между тем я ясно видела, как не нравится Хаосу ловить мой взгляд сверху вниз. Чтобы исправить это, он тоже поднялся, и теперь расклад существенно поменялся — это мужчина нависал надо мной, а не наоборот.
— Что тебе надо? — вздохнув, поинтересовалась я.
Казалось, он действительно задумался — по крайней мере, лоб прорезали красноречивые складки. Поджав губы, Хаос какое-то время просто смотрел на меня, не торопясь раскрывать цель очередного своего визита.
— Ты представляешь для нас опасность, — наконец, сообщил он.
— Опять?
— Снова.
— А обещал, что мы больше не увидимся, — я отчетливо вздохнула. — Нужно было догадаться, что с такими типами никогда нельзя полагаться на честное слово.
Он прямо-таки побагровел, когда я в своей речи умышленно поставила под сомнение его «честное слово», но ответить не успел — такой возможности мною не было предусмотрено.
— И что, теперь ты убьешь меня? Стоило перед этим так долго заговаривать мне зубы…
Черт знает, что именно выступило сейчас от моего лица — та самая пресловутая апатия, не дающая мне в полной мере наслаждаться жизнью, непонятно откуда возникшая уверенность в собственной безопасности и адекватности Хаоса, либо усталость, наступающая в момент, когда больше не хочется продолжать бесперспективную борьбу, а хочется просто опустить руки и сдаться.
 
— Успеется, — буркнул недовольно Хаос. — Что, так спешишь в ящик?