Временная помолвка

И Белинда громко рассмеялась, подумав о том, что в мире, наверное, существует множество ненасытных Дирдре и столько же неосторожных любовников.
– Интересно, что такого смешного вы нашли в засохших цветах?
Погруженная в свои мысли, Белинда не слышала, как открылась калитка. Она вздрогнула и оглянулась.
– Энтони! Боже мой, что вы тут делаете?
В его сине-васильковых глазах было странное выражение, когда он смотрел на нее.
– Честное слово, ты похожа сейчас…
– На мою кузину, – закончила она, потому что он неожиданно замолчал. – Я знаю. Но я не так красива, как она.
Белинда грациозно встала с колен, не обращая внимания на его протянутую руку, и отряхнула от пыли свое выцветшее серое платье.
– Я хотел сказать, что в этой соломенной шляпе и с такой прической ты похожа на двенадцатилетнюю девочку, – поправил он ее мягко. – Что касается твоего вопроса, то ты, наверное, уже догадалась, почему я здесь.
Она пропустила мимо ушей его легкомысленное сравнение и сказала спокойно.
– Я полагаю, что вы хотите говорить со мной о разводе… Но зачем вы утруждали себя поездкой, если можно было просто написать письмо?
Белинда сняла перчатки, бросила их в корзину и посмотрела на него. Она увидела, что он внимательно изучает ее. С трудом Белинда удержалась от того, чтобы не поправить свою шляпу или волосы, и стояла по-прежнему неподвижно, с бесстрастным выражением на лице.
Он будто бы слегка опечалился, нахмурил брови и ответил шутливо-жалобным голосом:
– Да, я мог написать письмо, моя дорогая Белинда, но еще раньше я узнал, что ты не ответила ни на одно мое послание.
Она нехотя улыбнулась на его вопросительный взгляд.
– Мне нечего было сказать вам, – ответила Белинда. Она не извинялась, но и не сердилась. На этот раз он явно был расстроен.
– Я надеялся, что со временем воспоминания о нашей ссоре перестанут быть для вас столь мучительными и вы сможете простить меня. Тогда я не буду казаться вам таким противным.
– Дело совсем в другом, – сказала она поспешно. – Поверьте мне! Уже на следующее утро я поняла, что вы просто злились на Дирдре, или…
Он ничего не говорил, и Белинда продолжила:
– Или вы злились потому, что все шокирующие вещи услышали от меня.
– Но вы все равно сбежали.
– О да! С меня было достаточно. Я не хотела иметь с этим ничего общего.
– И вы не принимаете мои извинения?
Она посмотрела ему прямо в глаза и твердо сказала:
– В ваших извинениях нет и намека на то, что мои чувства имеют для вас значение. Вы поняли, что вели себя недостойно, и поэтому извинились. Вот и все. А лично я тут ни при чем.
– Но были еще письма!
– Я только могу повторить, что мне нечего было вам сказать.
– Это очень невежливо, но по крайней мере совершенно ясно. Конечно, мне нет оправданий, если я не смог понять ваши чувства. Но и вы, кажется, не понимаете мои. Нам надо о многом поговорить, Белинда, но этот свежий бриз становится прохладным. – Ветер пригнул поля соломенной шляпы Белинды, а затем резко выпрямил. Шляпу пришлось снять, чтобы она не улетела. Он посмотрел на быстро сгущающиеся тучи. – Не удивлюсь, если сейчас хлынет дождь. Может, мы войдем в дом и там продолжим наш разговор?
Она отрицательно покачала головой.
– Боюсь, что Антеи нет сейчас дома.
– Это еще лучше. Нам никто не будет мешать.
– Но я не могу пригласить в дом мужчину, когда я одна!
– Я не просто мужчина, – напомнил он, дружелюбно улыбаясь. – Я твой муж, и мы можем прекрасно поладить.
– Вы не поняли, – сказала Белинда. Она нервно облизала верхнюю губу. – Никто в Алнике не знает, что я замужем. Кроме Антеи, конечно.
Он нахмурился, и Белинда добавила:
– Я не успела сразу сказать Антее о моем… о нашем браке. Весь этот эпизод меня так расстроил, что я не хотела думать об этом. А когда я приехала, в доме Антеи были гости и она представила меня как мисс Мелвилл… и после мне лучше было оставаться мисс Мелвилл.
– Понятно. – Он немного скривился. – В таком случае, могу ли я нанести вам визит сегодня вечером? Надеюсь, в доме найдется комната, где мы сможем уединиться и поговорить, не создавая неудобств для мисс Фентон?
– Н-нет… не сегодня. Один из друзей Антеи собирается зайти к нам.
– Ну хорошо. Я остановился в «Белом лебеде». Я найму там кабриолет, и завтра мы с вами поедем кататься.
– Да, я согласна, – сказала Белинда тихо. Она быстро посмотрела в сторону ворот. – А где Титан?
– Остался в Миллгроув. Я ехал на перекладных. Действительно, скоро пойдет дождь. Мне лучше уйти сейчас, а то я промокну. До завтра, Белинда. Я заеду за вами в десять.
Прежде чем Белинда успела ответить, он повернулся и пошел по тропинке – стройный, по-мужски энергичный. Он вышел на дорогу и быстро зашагал по направлению к городу.
Когда на следующее утро Энтони заехал за своей женой, он не повторил своей ошибки и не сравнивал Белинду с двенадцатилетней девочкой. Такой ошибки сегодня быть просто не могло. Кстати, он сразу пожалел тогда о своих словах. Он ведь хотел сказать, что она была похожа на ту девочку, которую он встретил в, день ее рождения пять лет назад. Между вчерашней садовницей и дамой, которая встретила его сегодня у двери, было лишь одно сходство – соломенная шляпа. Только сегодня шляпа была другая, с высокой тульей и широкими полями, с нежно-розовыми лентами в тон элегантному платью для прогулок. Она надела белые перчатки и вышла из дома, захватив с собой белый зонтик от солнца.
Энтони никогда раньше не видел Белинду такой нарядной. Только перед их свадьбой, на вечере у сэра Джона. Она была тогда в сапфировом платье. А так Белинда всегда носила траур.
Сегодня ее глаза сверкали, на щеках горел румянец и вся она была как картинка. Любой мужчина влюбился бы в нее с первого взгляда. И уж совсем она не была похожа на ту сердитую девчонку, которая пинала камни, потому что отец привез ей мачеху на день рождения.
Энтони предложил ей свою руку.
– Думаю, что обычный кабриолет решительно не то средство передвижения для такой молодой и модной леди, – сказал он, сверкнув глазами.
– Удивительно, что до сих пор вы не пытались даже познакомиться с этой леди, – ответила холодно Белинда.
Она позволила ему помочь ей сесть в экипаж. Затем Энтони отвязал лошадь от столба у ворот и сел рядом с Белиндой.
– Вам еще будет чему удивляться, – сказал он и хлестнул лошадь. – Не забывайте, что целых пять лет я провел в Иберийских горах, где модные леди встречаются не часто.
– Я читала в газетах о модных светских вечерах, которые почти до самой битвы шли этой весной в Брюсселе.
– Этой весной у меня не было настроения, – сказал он. – И женщины мне надоели.
– Было… было страшное сражение? – спросила она, уклоняясь от темы.
– Битва длилась три дня, и крови было пролито немало, – сказал он, нахмурясь, и сразу заговорил о другом. – Тут где-то должна быть красивая долина, к северу от города, мне сказали. Я думал, что мы поедем туда, если вы хотите.
– О, это было бы чудесно! Надо ехать сейчас прямо до Фенкл-стрит, а затем повернуть к замку герцога, который стоит на холме. Внизу будет река и мост с каменным львом. А на другой стороне есть прекрасная зеленая долина и небольшой лес.
Пока ехали по городу, Белинда рассказывала о местных достопримечательностях. Энтони улыбнулся длиннохвостому каменному льву, охранявшему мост, и заявил, что в восторге от долины, когда они очутились на другом берегу. Чуть подальше была березовая рощица. Справа от нее виднелся крест, обозначавший то место, где в 1093 году погиб шотландский король Малкольм, после того как со своей армией сжег полгорода в отместку за недостаточное уважение к нему со стороны Уильяма Руфуса.
Энтони вежливо слушал рассказ Белинды об этих давних событиях и даже задал ей несколько вопросов.
– Судя по тому, как вы увлечены историей этого края, и по вашему цветущему виду можно сказать, что вам тут очень хорошо, – заметил он.