Если счастье близко…

– Я тоже думал, что у меня всегда был выбор, – с легкой иронией проговорил Ростик.
Лари улыбнулась:
– Ты – иной случай, Ростислав. У тебя никогда не было выбора… То, как ты жил, живешь и будешь жить, зависит от меня. Я тебя выдумала, я придумала твою историю... У меня же иначе. Я поступаю так, как выбираю сама. И несу ответственность за свои поступки.
Ростик молча покивал, не хотел спорить и философствовать дальше, но только по той причине, что в ходе рассуждений Лари в его голове появились вопросы касательно его жизни. И если десять минут назад он промолчал, то в этот раз решил все же спросить.
– Вопрос можно задать, Лари? – взбодрился Ростик.
– Конечно.
– Точнее, их несколько, – Ростик отпил из бокала. – Перед тем, как ты прислала ко мне Коляна с книгой, текст оборвался. Якобы это произошло по той причине, что я пошел не той дорогой, то есть свернул с пути истинного, сделал неверный выбор в своей жизни – спивался. А еще Колян говорил, что если текст в будущем оборвется, значит, я вновь пошел не той дорогой, то есть опять сделал в чем-то неправильный выбор. Так вот вопрос первый – спиваться, а потом жить по книге – это был мой выбор, или так – по сюжету? И второй вопрос – не жить по книге, как решил я перед встречей с тобой, это по сюжету? Или – мой выбор? Я помню, ты говорила, что я не такой, как все твои герои – строптивый, своенравный, что не можешь меня усмирить… Если так, то почему ты сказала, что выбора, как мне жить, у меня никогда не было… В чем дело, Лари? Где истина?
– Нет, Ростислав, – Лари прикусила губу, – жить по книге или не жить по книге – не твой выбор. Такова задумка автора.
Ростислав в ответ усмехнулся, едва открыл рот что-то сказать, но передумал. Он помолчал некоторое время, любуясь все тем же звездным небом. Потом с едва заметной улыбкой спросил:
– А ты веришь в Бога, Лари?
Лари опустила глаза, закинув ногу на ногу, в задумчивости прикусила губу.
– Верю. В Творца верю, – вполголоса проговорила она.
– Так, может быть, Он пишет твою книгу жизни, как ты – мою? И у тебя на самом деле никогда не было выбора… И ты не могла поступить по-другому, а только так, как хотел Творец, – Ростик замолчал, робко глянул на Лари – та с интересом прислушалась. – Понимаешь, в чем дело – есть у тебя выбор или нет – вопрос ощущений. Да, ты права, если ты придумала меня, мою историю, мою жизнь, то, конечно, я не в силах был что-то поменять и поступить как-то иначе, чем ты задумала. Но, поверь мне, до встречи с тобой, я так не думал. Я был убежден на триста, пятьсот процентов, что то, что делаю – это мой выбор, каким бы он ни был, ошибочным или правильным. И если бы я не узнал правду, что моя жизнь от меня не зависит, я бы состарился и помер с тем же убеждением – я, именно я пишу историю собственной жизни. И никто другой. Только потому, что ты здесь, я должен принять, что есть. Я – выдумка, и жизнь мою пишет женщина. Да, красивая женщина. Но этого ничтожно мало, чтобы смириться с ужасающим фактом не только, что моя реальность – не реальность. Но и что я бессилен изменить свою жизнь, – Ростик запнулся и тихо договорил: – Я должен смириться с тем, что вы, настоящие, зовете судьбой.
Лари молчала.
– Так что, автор моей жизни, – с нервной улыбкой заключил Ростик, – если ты думаешь, даже если уверена, что у тебя всегда был и есть выбор, то это вовсе не значит, что он, в самом деле, был и есть. Правда, ты никогда не узнаешь, как есть на самом деле. Разве что Творец не явится к тебе и не скажет об этом.
Лари задумалась, отпила из бокала.
– Не знаю, может быть, и так, – сказала она, помолчав.
– В таком случае, хватит себя бичевать. Считай, что бы ни происходило в твоей жизни, как бы ты ни поступила – уже прописано.
Кривая усмешка застыла на лице Лари – она не ожидала такого сравнения. Лари долго смотрела на Ростика, перебирая пальчики, потом кинула взгляд на небо.
– Знаешь, а я раньше никогда об этом не задумывалась, – наконец сказала Лари. – И вправду, кто сказал, что я – настоящая. Может, и я – плод воображения Высшего разума! Гм! Интересно, – Лари загадочно улыбнулась и погрузилась в раздумья.
Ростик молчал. Он пополнил бокалы Шато Марго. Восхитительное вино! Насыщенный рубиновый цвет, нежный цветочно-фруктовый аромат. Приятное послевкусие! Уж точно, вино с характером, характером королевы!
Он не думал о том, правильно ли поступил, напомнив Лари о личной трагедии в далеком прошлом, правильно ли то, что он сказал ей о Боге и сравнил Его творения, с ее творчеством. Незачем ему об этом думать. Он был уверен, что Лари хотела это услышать. Только поэтому сказал то, что сказал. Ростислав долгие полчаса пил вино, устремив взор в небо.
– Что же, – наконец заговорила Лари, – допустим, так и есть. Наверно, даже легче.
– Легче? – удивился Ростик. – Почему?
Лари поставила бокал на стол, села прямо и сложила руки, будто отличница за партой.
– Если у меня никогда не было выбора, – сказала она, – и я всегда поступала так, как запланировал Творец, мне не о чем сожалеть. И никакой ответственности за то, что происходило со мной все эти годы, нет. Никакой ответственности за собственную жизнь в будущем! – Лари взяла бокал, отпила вино. – Получается, в самом деле, надо просто смириться и… ждать развязки. Главное, чтобы она все-таки была. А то…
Лари не договорила, вновь погрузившись в раздумья. Ростик с любопытством ждал, что еще надумает Лари.
– Погоди… погоди… – тихо сказала она, потом вновь замолчала. Через какое-то время опять что-то пробормотала себе под нос. И так – полчаса.
Ростислав заскучал.
– Мне кажется или, и вправду, мое сравнение испортило нам чудный вечер? – наконец вмешался он, не дождавшись от Лари каких-нибудь внятных заключений. – Становится скучно.
– Скучно? – переспросила Лари, кинув быстрый и странный взгляд на Ростика. – Почему скучно?
– Потому что уже час я будто один, а тебя будто нет.
– Час? Неужели прошел час? Прости, Ростислав! Но… Но… я всего лишь хочу разобраться…
– В чем?
– В том, что ты сказал.
– Может, забудем? Поговорим о чем-нибудь другом. Например…
– Нет, нет, – перебила его Лари, – я не могу забыть. И не хочу. Мне надо подумать. Кажется, я начинаю понимать…
– Да что же? Что?
Лари не ответила, встала с бокалом вина и отошла к борту. Минут пять она смотрела в темноту ночи, потом повернулась к Ростику и довольно улыбнулась.
– Ростислав, я должна тебе еще кое-что рассказать.
Ростик ответил вопросительным взглядом.
– Я готов слушать, – сказал он.
– Нет, не сегодня. Прости, не сегодня. Завтра, я все расскажу тебе завтра, за ужином. В шесть вечера я буду тебя ждать здесь, – категорично бросила Лари, подошла к Ростику, приобняла его и прибавила: – Спокойной ночи!