Баронские будни

Впрочем, фургоны Кларк продал, а дальше их пути-дорожки расходились, пока, во всяком случае.
Починку своих новых транспортных средств он заказал в Гудмине. Заплатил за это примерно раза в полтора дороже, но зато получил их готовенькими уже через четыре дня.
Вторая проблема, как раз, вытекала из первой. При таком ограничении в транспорте, нечего было и думать о большом количестве закупок. Тащить всё во вьюках лошадей и на горбах рабов у Олега не было никакого желания.
Сам себя утешил тем, что основные закупки должны были сделать Рита с бим-бомами, а он тут, скорее, с целью разведки - узнать какие тут товары в ходу и какие цены. Всё же на ярмарках ассортимент намного богаче, да и цены, в основном, оптовые.
Олег купил две семьи, отцы в которых были рудознатцами - барон Ретер посчитал, что добыча руд дело слишком трудоёмкое и малоприбыльное и выставил своих мастеров на продажу вместе с семьями. И не очень дорого.
Покупкой шёлка, и даже, скорее, объёмами купленного шёлка, Олег привлёк к своей персоне повторное внимание Вурсия, старейшины цеха растинских торговцев. 
Да, в этом мире отсутствовали паразиты вроде земных вшей и блох, единственной защитой от которых в земном античном мире и средневековье были шёлковые ткани, что было причиной безумной дороговизны шёлка, но, тем не менее, и здесь шёлк стоил недёшево.
При их второй встрече, Вурсий кланялся и улыбался всё также, вот только в глазах у него теперь вместо призрения и пренебрежения были любопытство и настороженность.
Олег сделал всё возможное, чтобы произвести впечатление барона разбогатевшего на удачном грабеже и, кажется, у него это получилось.
Что сильно мешало рассчётам Олега, так это отсутствие нормальной системы мер. Нет, понятно, что какие-то единицы измерения здесь были, но все они были привязаны к физике человека - к длине ладони, длине руки, длине шага, к росту. Вес же, вообще, чуть ли не в каждом городе был свой эталон.
Поэтому, всё приходилось в уме переводить на привычные метры и килограммы, что, к огромному сожалению, не всегда получалось. Олег дал себе очередной зарок, когда-нибудь заняться этой проблемой всерьёз.
Уже в последний день ярмарки Олегу удалось познакомиться с купцом из королевства Бирман, которое, кстати, находилось совсем недалеко от баронства Ферм, через горный кряж, который можно было обогнуть, если выехать к тракту, идущему вдоль Ирменя и повернуть на юг. По прикидкам Олега, там было не более декады пути, если идти обозом.
Купец, подобно бим-бомам, пребывал в тихом бешенстве от наглости растинцев. Но сделать ничего не мог. Жаловаться было некому не только в баронстве, но и в своём королевстве, где республиканцы, опутав всю знать, включая двор, долгами, подмяли под себя почти всю экономику королевства и коррумпировали всё чиновничество, которое и до них особой честностью не отличалось.
- А сколько у вас стоят пиломатериалы, готовые, из винорской сосны?
Вопрос Олег задал, когда они с Замятой сидели в летней столовой, организованной прямо на ярмарке и для торговцев, и для посетителей.
- Это от качества распила зависит, но очень дорого, господин барон. Сами понимаете, винорская сосна лёгкая, прочная, водоотталкивающая, она много куда сгодится.
- Да это понятно, но всё же?
- От трёх лигров за коленку.
Олег даже присвистнул. Коленка - это примерно половина кубометра, а с учётом того, что лес растинцы, даже с учётом полуторной цены, покупали за сорок - пятьдесят солигров, то есть за один лигр покупали шесть - семь коленок леса, то получалось, что цена обработки увеличивала стоимость в двадцать и более раз! Нет, понятно, что что-то уйдёт в отходы, но всё равно впечатляло.
Учитывая, что у Олега свой лес, да с его-то качеством пиломатериала и автоматизацией.... Олег заметил, что Замята с интересом смотрит на его задумчивость.
- У меня к тебе будет предложение, - сказал барон Ферм бирманскому торговцу.
  
Глава 12
 
- Там снег! Пойдём, посмотришь.
Не успел Олег с самого утра выйти из спальни, как в него, буквально, врезалась Уля.
Для южных баронств королевства Винор снег был такой редкостью, что за свои неполные четырнадцать лет, магиня увидела его едва ли не в первый раз.
- И чего орать с утра пораньше? - Олег в эту ночь плохо выспался и был немного раздражён.
- Я не ору. Олег, ну правда, пошли. Я специально за тобой вернулась. Кара говорит, что он скоро растает - солнце яркое, и тепло.
Барон Ферм вздохнул и вернулся к себе в спальню одеваться, хотя изначально планировал прямо в пижаме пойти в свой кабинет и там, попивая травяной отвар с мёдом, посидеть над вчерашним незавершённым чертежом водяного колеса, которое он только начал набрасывать на навощенной доске.
Но, далеко уже не в первый раз, его планы ломала реальность жизни.
Служанка, собиравшаяся выносить таз с водой, которую барон использовал для умывания, увидев вернувшегося хозяина, подала ему недавно пошитый костюм нового фасона - Олег теперь не брезговал быть и модельером. Впрочем, половую ориентацию, по этому поводу, менять не собирался.
Во дворе замка всюду виднелись штабеля бруса и досок. Олег активно занимался обновлением замка. Вообще, пока что его пилорамы, которых он уже запустил две, обе в Распиле, работали на нужды замков Ферм, Пален и Хорнер, причём последний "съедал" больше половины производимых пиломатериалов.
Но одну партию бруса, он всё же выделил на сторону.
Бирманский торговец Замята рискнул поверить молодому барону из захолустья и в начале зимы приехал в его баронство. 
Риск, собственно, был не очень велик, но он был - удлинение пути почти в два раза, без гарантий успешного результата. 
Замяте пришлось делать крюк, отправляясь не через горный кряж, отделяющий его королевство от южных баронств Винора, а вдоль него до тракта. Затем, по тракту вдоль берега Ирменя идти почти сотню лиг на север, и потом ещё от тракта - два десятка лиг по лесной дороге.
Но когда он увидел своими глазами качество досок и бруса, которые барон Ферм отдавал ему по цене два лигра за колено, что было в два раза ниже цены пиломатериалов гораздо более худшего качества, то он понял, что сорвал куш.
Впервые за много лет, с тех пор, как растинцы оттёрли бирманцев от всех, сколь-нибудь высокоприбыльных дел, о такой удаче он даже и не мечтал.
Речь ведь не об этой партии бруса, хотя Замята уже подсчитал, какую он получит прибыль, а в том, что молодой барон пообещал ему поставки на постоянной основе.
- Она тебя всё же разбудила?
- Кара, не считай меня таким уж засоней, - Олег подошёл к своей приятельнице и поцеловал в щёчку.
Карины малыши ещё не умели ходить и их обоих на руках держали служанки.
- У нас в Сольте снег выпадает чаще, а здесь это, говорят, первый раз лет за десять, - Кара набрала в руки пригоршню снега и принялась лепить снежок.
- У них в Сольте, Кара, у них. Теперь ваш дом здесь, ты ведь сама этого хочешь.
Кара, вместо слов, обняла барона, и не стала объяснять ему, что сама возможность стать матерью, да ещё и таких двух очаровательных детей, которую ей дало заклинание Абсолютное Исцеление, сделала её благодарной ему на всю жизнь.
Уля в это время лепила снежки и кидалась ими в убегающих от неё служанок - Филезию и Тимению, вернувшую себе расположение Ули, и взятую ею вместо Нечая, перешедшего в услужение к самому барону.
В один из дней, вскоре после взвращения из Гудмина, направляясь в кузню, где под присмотром Олега Уля должна была на изготовленных из низкокачественного железа шестернях опробовать эффект выученного ею заклинания Укрепление, она наткнулась на Тимению, переносившую в свинарник помои.
Замызганный и измождённый вид бывшей подруги сильно подействовал на Улю - то несчастное существо, в которое превратилась Тимения после перевода на работу в свинарник, настолько не напоминало всегда ехидную, но весёлую девчонку, что у магини, как говорится, чуть сердце кровью не облилось. Подруга была прощена, отмыта, приодета и теперь вместе с Филезой целыми днями крутилась возле своей подруги-хозяйки.