Я, они и тьма

– Мы должны обесточить Дигон быстро. Настолько, насколько это возможно. По приказу императора мы уже начинаем перекрывать торговые тракты, но это очень долгий процесс. Мы должны зайти со стороны реки – в трех ключевых точках. Отрезать горы, чтобы дигонцы не ушли. Ликвидировать пятерых людей на самых высоких постах: четырех придворных безопасников и магов, императора. Его наследников тоже нужно найти – в Дигоне, увы, престол наследуется от отца к сыну. И нам нужно пять сотен медных королевских птиц и взрывчатка, чтобы справиться с императорским двором. Всех артефакторов надо обязать сдать по пять птиц к концу третьего дня.
– Взрывчатка в королевских птицах… Это же… Гениально! Только очень сложно… Их же очень трудно делать! Но я что-нибудь придумаю, – пробормотал Сав. Его глаза горели азартом, а я тяжело вздохнула. Все мальчики любят войну. Только расплачиваться за это очень часто приходится девочкам. Терять мужей и отцов. Рожать новых мужчин. Поднимать разрушенную страну с колен на своих хрупких спинах. И ни один мужчина, сжимая в руке дубину и мчась с боевым кличем на вооруженных до зубов врагов, никогда не поймет, кем он был для своей матери или жены. Если бы хоть одному мужчине было дано это осознать, то и войн бы никогда не случалось. Но увы. Сав с воодушевлением рассматривал планы, копошась в бумагах и задавая вопросы, а я грустила.
– А приказ императора? Если он все же не будет подписывать?
– Император совсем скоро поймет, что выхода нет, и подпишет. Я ручаюсь. Время идет на часы, а Пеор умен, он сделает правильный выбор. Поэтому подготовку начинаем сейчас.
– А маршалы…
– Они не почешутся, пока не получат приказ, поэтому до императорского разрешения мы больше никого не вовлекаем. А ты – лицо заинтересованное. Все же твои люди пострадали от действий дигонцев.
Сав нахмурился. Дерек попал в точку, особо ничего не скрывая и говоря прямо. У меня создалось впечатление, что он умело все разыграл по нотам – на каждый вопрос у него был четкий и понятный ответ.
– Почему все же Дигон решил напасть на нас? Получили силу, затеяли взрывы… С такой силой могли бы напрямую пойти…
– Я могу только догадываться, – пожал плечами Дерек, – но знаю одно. Они мало знают об источнике богов и боятся получать силу неконтролируемо. Хоть дигонцы и горные дикари, даже они не полезут в пекло напрямую. Поэтому немного времени у нас есть. Делай вот это, это и это тоже на тебе…
Мужчина согнулись над бумагами, обсуждая и споря, а я устало закрыла глаза и не заметила, как задремала.
– Эй, Йола. Как с тьмой дела? Под контролем? – спросил Дерек Ват Йет, и я подскочила, протирая глаза.
– Да, вроде… – растерялась я от внезапного вопроса.
– Значит, остаешься с Савом и помогаешь. Будешь в качестве его секретаря. И никому ни слова, помни. Бумаги на тебе, не смей нигде оставлять.
Я кивнула и мысленно застонала. Если мне придется записывать, я спалюсь, вот сразу… Может, соврать, что повредила руку? Я почти открыла рот, но тут же заткнулась. Они – маги. Они смогут вылечить, особенно что-то незначительное. Чуть не попалась… Я вздохнула и взяла в руки карандаш и папку с бумагами. Хлопнула дверь, выпуская Дерека, а я осталась наедине с Савом. Он тепло улыбнулся мне, глядя, как я уныло собираю бумаги, и спросил:
– Любишь пирожные?
Я улыбнулась в ответ. Пирожные – это то, что сейчас надо. Подсластить будет явно нелишним.
***
Дерек Ват Йет никогда и ничего не делал не подумав. Каждый его шаг был четко выверен и взвешен. Сказать темной и Савару о реальном положении дел он намеревался почти сразу.
Сав отреагировал правильно – очень ожидаемо. Темная… Ну, с ней все складывается намного лучше, чем он рассчитывал. Главное, чтобы ее потрясающий самоконтроль не стал проблемой.
Дерек прищелкнул пальцами, посылая горячую магию к двери комнаты, из которой он только что вышел.
– Любишь пирожное? – прозвучал голос Сава в его голове.
– Ага. С клубникой и шоколадом.
– А что такое шоколад?
– О нет, – простонала темная и засмеялась, – тогда просто чай.
Магия вернулась к Дереку горячей волной. Подслушанный диалог между темной и Саваром ему очень понравился.
Все идет по плану. Все идет как надо.
Только в голове Дерека Ват Йета еще несколько минут бился быстрый, легкий смех темной. Приятный смех.
Но уже через десять минут Дерек Ват Йет и думать забыл о том, что смех темной его взволновал. Потому что пропал сын императора – Малек.

Император Пеор прекрасно знал, что его сын из себя представляет, и винил в этом только себя. Жена, молоденькая аристократочка, умерла вскоре после родов – сердце. Умерла мгновенно, никто не успел бы помочь. А сын… А что – сын? Младенец, который ничего не соображает и пачкает простыни. Отдать нянькам да и забыть. И удариться в карьеру. Мать Малека Пеор все же любил и так больше никогда не женился, предпочитая гореть на работе.
Годы шли. Тут была карьера, а где-то там рос сын. Лучшие учителя, няньки, гувернеры. Капризы, исполняющиеся по желанию парня. Вот и упустил. Не заметил, как вырос совершенно избалованный капризный мальчишка. Неглупый, нет – науки он постигал легко. Но вот эта чванливость, ощущение собственного превосходства, чувство безнаказанности и заблуждение о том, что перед ним лежит весь мир… Пеор увидел и схватился за голову. Срочно исправлять! Может, еще не поздно? Выбор богов и становление Пеора императором немного помешало планам, но тут подвернулся Дерек Ват Йет, бессменный служитель на страже порядка. Чем не авторитет для подростка? И Малек ходил за ним хвостом, погружался в дела империи. Он уже потихоньку начал меняться в лучшую сторону – небольшими шажочками, набитыми шишками, холодным душем для своей непомерно завышенной самооценки… Еще год-два, и мог бы выйти неплохой человек из капризного и нахального ребенка.
Еще год-два… Но Малек пропал. Серьезно пропал, без шуток.
Менталисты топтались у разрушенного взрывом гостевого крыла дворца. Они не могли найти ни одного отголоска мыслей Малека, ни проблеска его сознания. Кто-то уже лазал по остуженным магией прогоревшим углям, ворошась в обломках. Но Малека нигде не было. Его не было во дворце, его не было среди тел погибших при взрыве. Он не был в поместье своего отца. Он не был в парке, в ресторации, на прогулке. Он просто исчез.
К следующему утру все уже сбились с ног, разыскивая Малека. Посеревший от страха за единственного сына, император Пеор смотрел в окно своего кабинета. Еще и дождь пошел, а он всегда сбивал менталистов со следа. Тяжелые капли стучали в прозрачное стекло с настойчивым боем. Слишком уж настойчивым. В дождливой утренней хмари мелькнуло железное крыло с позолоченными насечками. Королевская почта…
Дерек Ват Йет, находившийся тут же, окутал коконом горячей защитной магии императора и распахнул окно, зацепив птицу за крыло и не давая ей залететь. Распотрошил металлическую грудь и вынул гербовый листок, опуская птицу, которая рассыпалась в полете на металлолом.