Загадка верфей

— Да, ты уверен? — свободной рукой комиссар почесал подбородок, тщетно пытаясь вспомнить.
Надо срочно переводить разговор.
— Пожалуй, я отправлюсь домой. Клаус случайно не здесь? Его услугами можно воспользоваться, раз уж по приказу короля я тебе помогаю в деле о верфях?
— Что? А, да, конечно. Он отвезёт тебя, куда скажешь. А ты что-то побледнел, — Маркус вновь всмотрелся в меня, — и тени под глазами появились. Паршиво выглядишь, Кай.
— Не завидуй, — отмахнулся, — просто бурная ночка выдалась с Грейс. Ты же понимаешь, о чём я?
***
Примечания автора.
1. Прототипом подстолья в Малом дворце стал слон Дали — воплощение мощного и сильного животного на худых и неустойчивых ногах. В своих работах Сальвадор Дали показывал, что всё, что считается надёжным и неизменным, на самом деле является зыбким, как граница реальности и фантазии. В моей книге слон — эвфемизм лжи, ведь ложь поначалу многим тоже кажется продуманной и надёжной.
2. Картина над камином в Малом дворце является отсылкой к древнегреческой легенде о яблоке раздора, подброшенном на стол трёх богинь.
 
Глава 10. Центральный Банк Лорнака
Весь остаток дня и всю ночь я проспал, так и не раздевшись. Сказалось колоссальное напряжение от игры в покер, шальная пуля, общение с Джейн… Оказывается, когда выгораешь магически, раны заживают отвратительно медленно и очень болезненно. Зато у меня теперь были деньги на целителя, чем я ни преминул воспользоваться, как только проснулся утром следующего дня. Послал сына хозяина гостиницы за ближайшим целителем, дал фэрн сверху за срочный вызов, а сам помылся и переоделся. Того, что целитель потребует зафиксировать травму у жандармов, я в кои-то веки не опасался. Всё-таки за то время, пока кольцо графа Рюкко находилось на моём пальце, оно сняло все внешние признаки проникновения пули. Удивительно, но даже розового шрама не осталось. Я с усмешкой посмотрел на своё тело в зеркале и понял, что в целом мне действительно всё равно: уродством больше, уродством меньше… Какая разница?
Явившийся толстощёкий мужчина с отличительной нашивкой в виде зелёного листа на груди, символизирующего принадлежность к Гильдии Целителей, долго прицыкивал языком, осматривая мой бок. Что-то бормотал, изумлялся, требовал рассказать, как так получилось, что я заработал травму внутренних органов. Пришлось вдохновенно солгать о том, что мой автомёбиус вышел из-под контроля, и край рулевого колеса вошёл ровнёхонько в живот. Конечно, вся эта история была шита белыми нитками, но на удивление целитель покивал, пригладил к камзолу свою куцую серую бородёнку и произнёс:
— Вот вам, господин, снадобье, чтобы побыстрее восстановить силы. Не забывайте принимать три раза в день, а лучше все четыре по одному глотку. Повреждения внутренних органов обширные, пить придётся долго, недели две, если будете лежать, ну а если прыгать — то весь месяц.
— То есть оказывать магическое воздействие на контур вы не собираетесь?
Мужчина поджал тонкие бледные губы и отрицательно качнул головой.
— Нет, вы выжжены дотла. Если примусь лечить вашу травму, то вместо того чтобы её лечить, ваш организм, скорее всего, начнёт тянуть силы из меня для наполнения резерва.
«Иными словами, маг ты слабенький и весьма посредственный, вкладывать свои силы в пустышку боишься. Надо было всё-таки просить мальчишку привести не ближайшего, а кого-то посильнее», — хмыкнул про себя. То, что Маркус не испугался моего положения и всё равно связал меня клятвой в верфях, заиграло новыми красками. Я, конечно, и до этого знал, что он рисковал, но не представлял насколько. Хотя… комиссар Лейк — один из сильнейших магов. Он мог себе позволить такую прихоть.
— А что касается самого моего резерва? Смогу ли когда-нибудь вновь колдовать? Что думаете? — спросил, передавая кошель с золотом и особенно не рассчитывая на ответ.
— Да что-что, — выдохнул маг. — Ваш кокон на решето похож. Конечно, его можно пробовать наполнять чужой магией напрямую или из артефактов, да всё без толку. Утекать будет почти мгновенно. Вы, господин, перенапряглись когда-то, за то и платите. Теперь уже на всю жизнь. Оно того разве стоило?
— Не ваше дело, — ответил раздражённо.
Целитель пожал плечами и стал собирать свой саквояж с фармокотекой, оставив для меня пузырёк с лечебным снадобьем. Уже на самом выходе в дверях он обернулся и внезапно бросил:
— Вы мне хорошим человеком показались, господин Ксавье, поэтому вот вам мой совет. Не живите ложными надеждами на возвращение магии. Да, конечно, в истории бывали случаи, когда выгоревшие маги возвращали себе резерв обратно, но всех их можно пересчитать по пальцам рук. Снадобье, что я дал, поставит вас на ноги за месяц, а при ваших финансовых возможностях, — он чуть крепче сжал кошель, — вы можете устроить себе замечательную жизнь. Всего доброго.
— Всего доброго, — эхом откликнулся, а затем тряхнул головой и сделал глоток из флакона.
Тёплая жидкость негой разлилась по телу, а спустя пару минут значительно притупилась боль в боку. Что ж, отлично, такой вариант лечения хотя и неидеален, но в целом меня тоже устраивает. Несмотря на жару, я схватил плащ и цилиндр и направился к Центральному Банку вместе с зачарованной сумкой, что оставила мне Грейс. Вначале надо было позаботиться о том, чтобы вложить все оставшиеся деньги на счёт, оформить документы у поверенного, оставить заявку на подбор нового особняка. «Чистая аура», конечно, неплохое место, но мне, чтобы собраться с мыслями и тщательно всё обдумать, нужна тишина и прохлада, а не вечная брань за тонкими картонными стенками и тщедушный запотевший кристалл охлаждения. После того, как разберусь со всем, надо будет запросить дела у Маркуса по верфям.
Именно с такими мыслями я не заметил, как добрался до Центрально Банка. Безжалостное солнце припекало, на горизонте не было видно ни единого облака. Какая непривычная погода для Лорнака… Когда уже начнутся дожди?
— Кай!
Я обернулся на звук и не сразу узнал в незнакомце Гарри Хинчина. Сегодня он выглядел совершенно не так, как в тот день, когда мы впервые с ним повстречались. За спиной не маячило два телохранителя, а костюм вместо парадного белого был обыкновенным тёмно-синим. Лишь дубовая трость с серебряным набалдашником да лакированные туфли напомнили мне в незнакомце того самого знаменитого создателя автомёбиусов. Я машинально обернулся, чтобы найти взглядом на площади белого «коня», но его там не было.
— Гарри? Это ты?
— Да-да, сегодня я один, да ещё и пешком, — правильно понял моё безмолвное удивление мужчина. — Как интересно складывается судьба! Совсем недавно мы встречались ровнёхонько на этом же самом месте, только я подавал милостыню, и вот теперь, прошло всего ничего, ты, Кай, выглядишь отлично, а мне, кажется, скоро будет в пору у тебя просить взаймы.
— Неужели твои дела стали так плохи? — изумился я. — Мой совет развестись с женой подорвал репутацию знаменитого изобретателя, и больше никто не хочет покупать твою технику?