Золотая долина (СИ)
Берега Илги были не такими бесплодными, как бесконечно оглаживаемые волнами скалы у её устья, с которых море терпеливыми пальцами стирало всё, что могло послужить почвой для случайно занесённого семечка. Чем выше по течению, тем гуще и выше становился тростник на болотистых участках, который, по-видимому, уже приспособился к то и дело подступающей солёной воде, а ещё выше, через три ранда, начали попадаться отдельные деревья, лиственные и хвойные, вокруг всё более пресных болот под южным склоном, по краям которых расстилался ковром плотный ярко-зелёный мох с полянками ягоды кровавки.
Ребята сидели, взволнованно озираясь. Они все слышали, и не раз, что долина Рогатого духа - особенное место, и это обостряло восторг даже тех, кто приезжал сюда не в первый раз. Эта долина была похожа, конечно, на родную, но всё же была немного иной, и запах прелой листвы немного отличался, и со склонов стекало гораздо больше ручьёв, неторопливых, но ледяных, или, наоборот, неожиданно тёплых.
- Чудесное приключение, - сказал Анкан, оглядывая северный склон с его бочажками и расщелинами, горячими ключами и толстым слоем разноцветного налёта на валунах. - Смотрите, сколько набралось за лето.
- Басто обрадуется, - кивнула Пасси. - Он всю зиму возился со своими колбами.
- Он приходил к нам, - откликнулся Брент от паруса. - Летом. Рвался поехать. Еле уговорили дождаться осени, чтобы и парни могли на кабанов сходить, и мы заодно рыбы наловили бы.
Рыба! Аяна словно наяву увидела копчёную рыбу с нежным красным мясом, ароматную, аппетитную, и сглотнула. Рыба приходила сюда, в Илгу, на нерест каждый год, плыла всё дальше и дальше против течения, сворачивая в ручиьи, прыгая через пороги и постепенно меняя цвет чешуи на насыщенно-багряный, чтобы в одном из ручьев отложить икру - и после погибнуть. Погибшая рыба была невкусной, её мясо быстро портилось, и на запах вынесенной на берег уснувшей рыбы с лесистых склонов выходили те самые кабаны.
В прошлом году кабан, которого подстрелили парни, был просто огромным. Аяна ужаснулась, когда увидела его клыки, и кто-то рассказал, что такими клыками подраненный зверь может убить человека. Здешние кабаны все были крупными, гораздо крупнее, тех, которые встречались в их долине. Они тоже очень любили нежную рыбу, но предпочитали есть её свежей, до нереста, поэтому по ночам приходили к сетям, поставленным в ручьях, и пожирали весь улов, повреждая иногда и сети. Люди ездили на болота с незапамятных времён, и прожорливые звери явно привыкли к тому, что каждую осень им вдруг достается щедрое угощение.
Неувязка была в том, что люди тоже рассчитывали на свой улов, и каждую осень стерегли по ночам сети, зажигая светильники и оставляя несколько дозорных с факелами, свистками и шумелками на таком расстоянии от реки, чтобы не перепугать рыбу, но при этом навести страху на расхитителей. К счастью, кабаны довольно опасливо относились к людям и предпочитали скрываться, а не нападать.
С помощью вёсел, петляя от одного берега к другому, лодки поднимались всё выше, и Брент издал возглас облегчения. Заболоченная местность кончилась, лодки свернули одна за другой в небольшой приток Илги и встали наконец в маленьком неглубоком озере с галечным дном.
- Крепи сюда!
- Кидай!
- Сюда вяжи!
Рыбаки закрепляли канаты вокруг крупных валунов на берегу. Алгар вынул из-под палубы самострел, а Коде с Анканом - ещё и луки в налучах, осмотрели их и колчаны и кивнули друг другу. Они закатали штаны,надели сумки, скинули обувь и подняли её над головой вместе с луками, одновременно спрыгнули в воду и так же одновременно оглушительно заорали: вода в озерце была невероятно, ошеломляюще ледяной.
<a name="TOC_id20243141"></a>
<a name="TOC_id20243143"></a>22. Камень в виде лошадиной головы
- Кидайте сумки! - крикнул Алгар. - По очереди!
Рядом то и дело раздавались крики тех, кто решился спрыгнуть в озеро, и Тили, стоя с котелком в руках на носу лодки, неловко хихикнула.
- Коде, помоги мне, пожалуйста, - жалобно сказала она, стоя на носу. - Можешь подтянуть лодку чуть ближе к берегу?
- Не надо прыгать в воду, Тили, для тебя здесь слишком глубоко! - расхохотался Коде.
Он подошёл к лодке, стоя гримасы и высоко поднимая промерзающие ноги, легко перенёс Тили на берег и усадил на горку одеял.
Анкан тоже зашёл в воду и протянул руки к Пасси, но она уронила свои одеяла в лодку, и Аяна шагнула навстречу ему, представив, каково стоять в ледяной воде по колено.
Когда Алгар доставил на берег Пасси, они огляделись. С прошлой осени тут ничего не изменилось, разве что деревья немного подросли.
Рыбаки уходили вниз по реке с сетями, чтобы поставить их в ручьях, на ходу распределяя, кто и где будет сторожить с трещотками. Остальные весело поздравляли друг друга с удачным прибытием, новички восторженно оглядывались, а те, кто приехал не впервые, уже собрались отдельной толпой, обсуждали предстоящую вылазку за кабанами и натягивали луки, заведя их сзади под колено.
Наконец все поприветствовали друг друга, поделились впечатлениями от морского путешествия и начали потихоньку разбредаться кто куда. Девушки и парни, приехавшие за кровавкой, направились к южному склону, чтобы по речным террасам добраться до болот и их влажного рыже-изумрудного ковра, на котором росла ягода. Те же, кто отправился сюда за солью или протравой, брали свои мешки и поворачивали к северному склону с его просоленной почвой и валунами, покрытыми разноцветным налётом.
Аяна собиралась привезти и того, и другого, но начинать решила с соли. Чуть выше по течению Илги росла приметная рощица золотых осинок, и она направилась туда.
Год за годом на болота приезжали молодые и весёлые девушки и парни, чтобы добыть рыбы, собрать ягод и привезти домой соль. И каждый год они спали под открытым небом или в тесных маленьких душных низких пещерах, пока кому-то в голову не пришло: а почему бы не построить укрытие?