Магия тьмы

– Cálmate [21]. – Воровка цокнула языком.
Финн прижала платок к носу женщины, и та обмякла. Ее глаза закрылись – аристократка погрузилась в сон.
Когда с этим было покончено, девушка выбралась из переулка и бегом преодолела расстояние до нужного ей особняка. В отличие от остальных зданий на этой скучной улице, в доме горел свет, бросая отблески на цветные витражи окон.
Подойдя к асьенде, Финн увидела, как какой-то мужчина спорит со слугой на пороге. Слуга пытался закрыть дверь, но уже через пару мгновений пропустил гостя, вежливо улыбаясь. Когда дверь начала закрываться, девушка метнулась вперед и сунула ногу в проем. Слуга раздраженно воззрился на нее.
– Вы…
– Я опоздала. Знаю. Как и тот мужчина. – Воровка уставилась громиле в глаза.
Помолчав, слуга вздохнул.
– Хорошо, – смирился он. – У вас есть приглашение?
Финн смерила его взглядом и произнесла слова, которые уже не первую неделю повторяла та женщина:
– Дракон знать не знает, что такое приглашение. Он летит, куда ему вздумается.
Слуга отступил в сторону, и Финн вошла в асьенду, ухмыляясь, будто всю жизнь провела с этим лицом.
 
4. Игра
 
Незнакомец, сидевший напротив Альфи, не был хорошим человеком. Принц видел это по тому, как текла в нем магия. Глядя на его маску тигра и худощавое угловатое тело, Альфи использовал пропио и всмотрелся в стального цвета магический поток. Магия будто прорывалась сквозь его противника, поспешная, резкая. Хищная. Каждое движение потока – отточено. Принц понимал, что с мужчиной в маске тигра ему придется быть настороже.
Справедливости ради ему придется быть настороже с каждым в этой комнате. Сидя в прямоугольной гостиной и осматривая гостей в маскарадных костюмах, Альфи различал в цветах их магии дурные намерения. У каждого из собравшихся вокруг игрального стола в потоке магии отражалась тьма.
Принцу вспомнились слова Паломы, обучавшей его в детстве, они словно вновь зазвучали у него в голове: «Магия – чистая сила, льющаяся потоком сквозь наш мир. Но магии нужен проводник. Нужен дом. И мы – эти проводники. Каждый из нас – сосуд, в котором магия может вызреть. Люди и магия не могут существовать друг без друга. Мы дарим ей жизнь, цель, и, как ты можешь видеть, цвет. А когда дело завершено, мы возвращаем магию в эфир, чтобы ею могли воспользоваться и другие».
Палома была одной из дуэно – философов, изучавших магию во всех ее проявлениях и работавших над созданием новых заклинаний. Большинство дуэно посвящали свою жизнь кропотливым исследованиям или работали исключительно над новыми чарами. Но встречались и те, кто был готов поделиться своими знаниями. Такие дуэно обучали детей искусству магии. Палома учила Альфи с самого детства, тренировала его, пока он не сдал экзамены, после которых магу-практику присваивалось звание брухо. Наставница привила ему любовь и уважение к магии, и это чувство крепло с каждым годом, пока он рос, превращаясь из мальчика в мужчину. Благодаря пропио Альфи большую часть жизни наблюдал за свободной магией – бесцветным сиянием, потоком пронзавшим воздух. Только попадая в человеческое тело, магия обретала цвет. И вот сейчас он сосредоточился и задействовал пропио, наблюдая за оттенками магии в телах четырех игроков за столом.
Рядом с Тигром сидел настоящий гигант в маске медведя. В нем пульсировала зеленая магия – неприглядная, неповоротливая, склизкая. Медведь барабанил костяшками пальцев по деревянному столу, пока игроки дожидались хозяина асьенды. Вскоре Райан должен был принести книги, которые достанутся победителю игры.
Служанка поставила перед каждым игроком холодные бокалы с сангрией. Отхлебнув напиток, Тигр осклабился, и Альфи увидел багровые пятна на его зубах.
Медведь жестом подозвал служанку, взмахнув рукой. Ладонь у него была размером с ее голову.
– Текилы! – прорычал он.
Девушка поспешно вышла из комнаты и вскоре вернулась с бутылкой и рюмкой. Выхватив бутылку у нее из руки, Медведь возмущенно уставился на рюмку, будто ему попытались нанести оскорбление.
К своему бокалу сангрии Альфи даже не прикоснулся. При мысли о том, что будет, если сегодня он не найдет искомое, принцу отчаянно хотелось выпить. Но от спиртного у него обычно шаталась тень. А сегодня ему нужно держать тень в узде, чтобы не привлекать лишнего внимания. Управлять движениями живой тени столь же сложно, как следить за своим выражением лица во время разговора с ненавистным собеседником. Сосредотачиваясь, Альфи мог предотвращать подергивания тени, как мог оставаться вежливым и невозмутимым во время беседы. Но чем сильнее чувства, тем труднее контролировать тень. Что ж, сегодня тень должна ему повиноваться, иначе ничего не выйдет.
В целом, к людям с пропио относились с уважением, ведь они обладали более тесной связью с магическим потоком. Но Альфи не хотел, чтобы кто-то подумал, будто он жульничает, пользуясь пропио для победы в игре.
Впрочем, именно так он и собирался поступить.
Сосредоточившись на игроках, он наблюдал, как течет в их телах магия.
Рядом с Медведем сидела женщина в маске дракона. При виде ее магии Альфи удивленно выпрямился. Ее поток был красным, но не одного оттенка, как у всех, кого он когда-либо видел. Ее магия все время менялась: то темнела, то светлела, оттенки сплетались в подвижные узоры из алого, малинового и бордового. Наверное, ему просто мерещится… Женщина вскинула голову и изогнула губы в усмешке.
– Хочешь что-то сказать, Лис? – Она откинулась на спинку кресла, будто гости дожидались ужина, а не шанса выиграть запретные книги. – Или тебя за грудки схватить и потрясти хорошенько, чтобы мысли наружу вывалились?
Остальные игроки захихикали. Альфи тщетно попытался подобрать подходящий ответ, но его спас Райан. Хозяин асьенды вошел в гостиную и запер за собой дверь.
– Добро пожаловать, дамы и господа. – Широкие ноздри аристократа затрепетали, на губах играла ухмылка.
Как и большинство до неприличия богатых людей, с которыми Альфи был знаком, Райан был человеком эксцентричным и вечно терзался от скуки. Именно поэтому он устраивал эти игры и покупал для них запрещенные законом товары, делавшие победу столь заманчивой.
В руках аристократа Альфи увидел четыре фолианта в черных переплетах – сегодняшний приз для победителя. Райан опустился в кресло с высокой спинкой и золочеными подлокотниками, стоявшее во главе стола. Он обожал пафос.
– Вы готовы к игре? – осведомился он.
Игроки кивнули. Повисло напряженное молчание.
Райан аккуратно сложил книги в центре стола. Сердце Альфи затрепетало, готовое отозваться на каждое слово на каждой странице каждой книги. Риск на этих играх состоял в том, что гости никогда не знали, по каким правилам они будут проходить. Тот, кто хотел заполучить выигрыш, платил внушительный взнос и только потом узнавал, во что будет играть. В этот раз выигрыш впечатлял, ведь некоторые из книг привезли из Англеза. Как и все англезские товары, в Касталлане они были вне закона.
Альфи знал, что англезы сотворили с его народом. Знал, как они использовали выкачивающие магию чары. Неописуемо ужасные чары. Но в то же время он едва сдержался, чтобы не схватить эти книги и не броситься бежать. Возможно, в одном из этих фолиантов содержится заклинание, которое Альфи так давно и отчаянно искал. Заклинание, которое поможет ему найти Деза. Если и есть в мире место, где кто-то разработал заклинание для передачи пропио от одного человека к другому, то это Англез. Та девушка поместила Деза в черную бездну при помощи своего maldito пропио. Если Альфи сумеет найти способ забрать у нее пропио и поместить его в свое тело, он сможет открыть проход в бездну и отправиться туда за братом. Это был единственный шанс спасти Деза, и принц это знал.
Задумавшись о книгах, Альфи утратил нужную сосредоточенность, и его пропио перестало работать. Он больше не видел оттенков магии, лившейся сквозь тела игроков.