Роса на розе

— А чем ты ему отплатила за это? — насмешливо спросил Дон, ковыряя в зубах зубочисткой.
— Тем, о чем ты подумал, — с вызовом ответила Кора. — Есть еще вопросы?
Дон завистливо покачал головой.
— Этот твой Конрад в таком случае провернул выгодную сделку. А какая твоя цена?
— Цена чего?
— Этого рецепта. Мне смертельно захотелось его узнать. Ты поступишь со мной, как Конрад с тобой?
Щеки девушки залил яркий румянец.
— Я не собираюсь делиться этим рецептом! Это мой секрет.
— Если передумаешь, — нараспев произнес Дон, — то обязательно дай мне знать!
— Не надейся!
Но он только снова засмеялся.
У Коры неожиданно стало легко на душе. Если бы они могли всегда беседовать в таком дружеском тоне! Но подобная беззаботность должна была скоро кончиться. Им предстояло стать смертельными врагами во время судебного разбирательства.
— А среди бумаг ты нашла что-нибудь интересное?
— В основном там только письма подруг, но есть и… — девушка замялась.
— Что?
— У твоей бабушки сохранилось несколько семейных фотографий с того времени, когда ты был еще маленьким. Они тебе нужны?
— Нет. — Ответ Дона прозвучал неестественно быстро.
Воцарившееся молчание нарушало только слышное по беби-интерфону сладкое посапывание Ника.
— Но когда твой сын вырастет, он захочет их увидеть.
Произнося эти слова, Кора удивлялась собственной смелости. Дон промолчал, взял свою тарелку и отнес в мойку. Пустив воду, он тщательно вымыл ее и поставил в сушку.
Она доела свою порцию и поднялась, чтобы сварить кофе. Молчание явно затягивалось. Похоже, они опять поссорились!..
— Ладно, — неожиданно произнес он. — Я просмотрю эти фотографии.
— Вот и хорошо! — Кора улыбнулась, и возникшее было между ними напряжение улеглось.
— Как Ник себя вел сегодня? — Дон прислонился к буфету и скрестил на груди руки.
— Выше всяких похвал.
— Малыш, похоже, сильно к тебе привязался.
— Я же тебя предупреждала с самого начала. Тебе следовало бы найти ему няню. Кого-нибудь на постоянную, долговременную работу.
— Ты тоже к нему привыкла.
— Но это моя проблема.
Это действительно стало проблемой. Ник прочно занял место в ее сердце, и она знала, что будет болезненно переживать расставание с мальчиком. Кора моргнула, чтобы скрыть набежавшие слезы. Дон, похоже, ничего не заметил.
Наполнив чашечки ароматным кофе, она поставила их на стол.
— Я вот подумал…
— Интересно, почему каждый раз, когда ты произносишь подобные слова, — Кора слабо улыбнулась, — я не могу отделаться от предчувствия, что мне не понравится то, что я услышу?
Дон подошел почти вплотную. Они не соприкасались, однако чувственная аура уже затягивала Кору, кружила ей голову. Она из последних сил сопротивлялась внезапно возникшему желанию прижаться к его широкой груди.
— Это твой дом, — хрипловато произнес он. — Ты здесь выросла и любишь эти места. Но ты же сама говорила, что тебе здесь трудно найти работу преподавателя.
— Да. Если придется работать, то надо будет уехать туда, где есть работа. Такова жизнь.
— А если на суде я одержу верх, как ты посмотришь на то, чтобы остаться здесь?
— Что? Здесь?
— Ну да. Чему ты удивляешься?
— В каком же качестве?
— Хозяйкой дома.
Не совсем понимая, что Дон имел в виду, она эхом повторила его слова:
— Хозяйкой… дома?
— Я выделю тебе комнату и буду платить жалованье за ведение хозяйства, очень щедро платить, и ты будешь присматривать за Ником…
— Служанкой? Ты воображаешь, что я соглашусь готовить, стирать твое грязное белье и носки? А ты будешь развлекаться с Эмми Колбер и со всей остальной компанией?..
— А что же ты думала, я могу тебе предложить? Руку и сердце?
— Выйти за тебя замуж? — Кора громко расхохоталась. — Я не выйду за тебя, вот еще глупости какие…
— Но я вовсе не предлагал тебе замужества. Мой предыдущий брак сильно укоротил мне жизнь. Я не прошу тебя стать и моей любовницей. Я предлагаю тебе только кров, место, где ты могла бы жить.
— Какое милосердие! — Кора насмешливо взглянула на него. — И ты посмел мне все это сказать? Ты что, всерьез думал, что я соглашусь тебе прислуживать? А если ты проиграешь, я что, тоже должна предложить тебе остаться на тех же условиях? Интересно, ты согласишься? Хотя можешь не отвечать — конечно же нет. Знаменитая гордость Кроссов тебе не позволит! Хотя у меня другая фамилия, но знай, что гордости не меньше! Я никогда не стану ни твоей служанкой… ни кем бы то ни было! И процесс выиграю я! Собираешься со мной сражаться? Ха-ха-ха! Ты даже не знаешь, что тебя в этом случае ждет!
 
Кора выпалила эти слова мгновенно, и так же мгновенно изменилась атмосфера между ними. Всего несколько минут назад они чувствовали дружелюбие, забавляясь непринужденной беседой. Теперь же воздух наэлектризовала враждебность.
Дон помрачнел.
— Значит, — холодно глядя на нее сверху вниз, произнес он, — мы вернулись к тому, от чего ушли?
— Значит, да.
— Тогда увидимся в суде!
Он вышел, хлопнув дверью. Кора в отчаянии со всей силой бросила чашку на пол, уронила голову на руки и безутешно зарыдала.
  
9
 
На следующий день она припозднилась с домашними хлопотами и освободилась только к половине десятого вечера. Девушка увидела, что Дон вернулся с плантации, и ничуть не удивилась, услышав его отрывистое «входи» в ответ на свой деликатный стук в дверь библиотеки.
Когда она вошла, он стоял у окна. Волосы Дона были еще влажными после душа, а пыльные джинсы сменили чистые шорты и голубая рубашка. Дон повернулся на скрип двери. Его лицо казалось угрюмым и мрачным.
— Мне бы хотелось закончить разборку бумаг твоей бабушки, — холодно объяснила Кора. — Если, конечно, у тебя нет возражений.
Дон безразлично махнул рукой в сторону стола.
— Давай! Ты мне не мешаешь.
Кора села в кресло, выдвинула ящик… Сверху лежала пачка фотографий. Не глядя, она протянула снимки Дону.
— Вот, посмотри.
— Спасибо… Завтра день рождения Ника, — отрывисто сказал он, перебирая снимки.
— О, а я и не знала!
Пачкой фотографий Дон похлопал себя по бедру.
— Я собираюсь устроить вечеринку.
— Пожалуйста… И как ты хочешь все организовать?
— Будет праздник на воде. Ты же знаешь, как малыш любит купаться. Я уже пригласил Эмми, Фейс и Мэри приехать завтра днем на пару часов — у них тоже маленькие дети, и Нику будет интересно с ними пообщаться.
— Да, конечно. — Следующую фразу Кора еле выговорила: — Разумеется, я не буду вам мешать.
— Ты тоже приглашена.
— Да не беспокойся ты обо мне. Легко можно придумать объяснение, почему я не смогла присутствовать. Хочешь, я даже уеду на несколько часов?
— Ты нужна мальчику. Без тебя он будет не в своей тарелке, ты же понимаешь.
Кора стиснула зубы. Конечно, ради спокойствия Ника она должна терпеть что угодно!
— Ладно, я согласна… из-за малыша. И чем же ты будешь кормить гостей?
— Хот-догами, пирожками и мороженым. Для годовалого ребенка все должно быть как можно проще. Так написано в моей книге.
— Что это еще за книга?
— Я купил «Книгу для родителей». — Дон печально усмехнулся. — Замечательное развлечение на ночь для отцов-одиночек. Зачитаешься…
Образ Дона, вздыхающего и ворочающегося в постели над книгой, заставил ее против воли улыбнуться.
— Мне испечь торт?
— А у тебя есть желание?
— Да. Мне это не трудно.
— Здорово. Спасибо. — Он уже повернулся, чтобы отойти, когда Кора окликнула его:
— Дон!
— Что?
— Мне не нравится ссориться.
Он удивленно поднял брови.
— Чтобы ссориться, нужны двое.
— Да, но начинает-то один!
— Так в чем дело? Не можешь удержать себя?
— Не могу, — тихим голосом согласилась Кора. — Ты ведь тоже не сдерживаешь себя.
Неприятный разговор прервал звонок в дверь.