Защити свою любовь

Линк указал ребенку на пару.
– Эйвс, видишь того приятного, красивого парня рядом с дядей Джеймсом? Это Мэнни, и дядя Джеймс впервые привел парнишку домой, чтобы познакомить его со своими родственниками, поэтому будь умницей и постарайся, чтобы тебя не стошнило на него.
Мак смотрела, как Харпер, приветствуя Джеймса и Мэнни, обнимает их. Клэр и Софи, взяв Мэнни за руки, повели его в сторону кулера с пивом, пока Джеймс обнимался со своим отцом Чарли.
– Моретта, хот-доги готовы, – окликнул стоявший у гриля Люк.
– Долг зовет.
– Он забыл о своем ребенке, – сказала Мак.
– Пришло время пройти ускоренный курс по уходу за детьми, – сообщил Линк. – Итак, Эйвери сейчас три месяца. Поэтому она предпочитает, чтобы ее держали прямо, так, чтобы ей было видно, что происходит, – сказал он, показывая, как это нужно делать.
– Прекрасно. Правда, нет никакой необходимости в том, чтобы я держала ее.
Но он переложил извивающийся сверток ей на руки, и она прижала его к себе.
– Если я ее уроню, я все свалю на тебя, – прошипела она.
Эйвери, судя по всему, решила, что это весело. Ее утробное хихиканье было до смешного очаровательным.
– О, ты очень милая, – сказала ей Мак. Покосившись на нее, Эйвери заурчала.
– Видишь? Ты создана для этого, – сказал Линк, наклоняясь через ее плечо и строя рожицы Эйвери.
Она ощущала запах его геля для бритья, запах его дезодоранта. Чувствовала тепло, исходящее от его тела. Это было так… близко. Так интимно. И абсолютно не соответствовало ее новым целям.
Она повернулась и отступила на шаг, чтобы слегка отстраниться от Линка.
– Как твое плечо? – неожиданно спросила она.
Он медленно покрутил рукой.
– Пока еще немного напряжено. Ты умеешь делать массаж? – глядя на Мак жадным взглядом, спросил он.
– Примерно так же, как умею держать младенца.
– Неплохо, а? Может быть, ты могла бы как-нибудь перелезть через забор и…
Мак резко развернулась.
– Не в присутствии ребенка!
 
Глава 14
 
Это был урок нормальной жизни. Родители, дети, семьи. Все наслаждались пятничным вечером с теми, кого они больше всего любят. С непривычки Мак ощутила странную, десятилетиями подавляемую боль.
– О чем ты думаешь? Хочешь попробовать? – Линк снова появился рядом с ней. Это продолжалось здесь, на заднем дворе, их неизбежно притягивало друг к другу.
– Что попробовать?
– Выйти замуж. Завести детей. Пятничными вечерами – барбекю на заднем дворе, когда в гости приходит полгорода. У меня в среду выходной. Мы могли бы заскочить к мировому судье.
Мак понимала, что он флиртует. Но было что-то опьяняющее в том, что он был так близко, был так сосредоточен на ней.
– Ну не думаю, что я создана для семьи, – вздохнула она. – Я с трудом представляю себе, что такое нормальная семейная жизнь, не говоря уже о том, чтобы жить такой жизнью.
– Ты могла бы подумать об этом, – уверенно проговорил он. – Я бы помог.
– Ценю твою веру в меня. Но для меня это что-то вроде иностранного языка. – Она подняла пиво. – Глядя на них, кажется, что все так просто.
– Это потому, что ты видишь результат того, что стоило многих лет крови, пота и слез.
– Альдо определенно заслуживает счастья после того, что ему пришлось пережить, – сказала она, мгновенно вспомнив его лицо пепельного цвета, покрытое грязью и кровью. То, как он вцепился в руку другого ее пациента, как отпускал шуточки, пока она боролась, чтобы он не истек кровью.
– Они все прошли через это, Дрими, так же как и ты.
– В моих шкафах слишком много скелетов, – беспечно ответила она. На пути от ее детства до теперешнего момента было слишком много вмятин и выбоин. Напоминаний о том, что в жизни не существует никаких гарантий.
– Ты знаешь, что Глория подвергалась побоям, когда находилась в связи с одним парнем, который чуть не убил ее? – Он произнес это спокойно, как будто говорил о погоде. – Или что Харпер осталась без родителей и воспитывалась в приемной семье. За жестокое обращение она засадила опекуна в тюрьму, когда ей было двенадцать лет. У нее сломаны рука и ребра из-за того, что она бросилась защищать других детей от этого чудовища. А еще Гаррисон.
 
– Вы недолюбливаете друг друга, – заметила она.
Линк ухмыльнулся.
– Он все время думает, что я хочу отбить у него его женщину.
– У него хороший вкус. – Она смотрела, как Харпер, которая, сидя на коленях у Люка и ероша волосы своей старшей дочери, сказала что-то такое, что вызвало смех у ее свекра. Харпер была счастлива. Это счастье светилось изнутри, оно пронизывало ее до мозга костей.
– У него всегда был хороший вкус. Он уже был женат. На своей однокласснице. Она погибла в автомобильной аварии в тот день, когда он возвращался домой из командировки. Она ехала встречать его. – В голосе Линка звучало нечто такое, что было сложно определить.
– Господи. – Мак отпила большой глоток пива.
– Глядя на них, кажется, что все просто. Но на самом деле это не так. Это труд. Тяжелый труд. Но ведь ты не боишься работы, Дрими. У тебя отлично получится.
Она, удивленная нахлынувшими чувствами, прокашлялась.
– Твой подход совершенно неверен, Отчаянный, – фыркнула она, стараясь поднять себе настроение.
– Научи меня.
– Ты не можешь соблазнить меня свадьбой и детьми. Я из тех, кто завязывает краткосрочные, ни к чему не обязывающие отношения. Никаких скандальных разрывов, которых никто не ждет. Никаких долгосрочных обязательств. Никаких ссор. Это… – Она показала на костер, у которого обнимались пары и дети умоляли поджарить пакет зефира, который они нашли, – это не для меня. И еще, если бы ты действительно захотел попытать со мной счастья, тебе пришлось бы пообещать мне, что это будет ни к чему не обязывающий секс без правил и расставание без всяких драм, когда один из нас или мы оба будем готовы двигаться дальше.
Она усмехнулась так же, как он. Рыбак рыбака видит издалека.
Линк поднял вверх руки.
– Я просто даю тебе полный расклад, Дрими. Мы из одного теста. Два сапога пара. Мы практически читаем мысли друг друга. Почему бы нам не остепениться и не показать всему городу, что такое счастье?
Шеф пожарных был опытен в любовных делах.
Мак театрально вздохнула.
– Полагаю, мне понадобится пара новых туфель.
– Хорошо-о-о-о. Возможно, я еще не умею читать все твои мысли.
Она подошла чуть ближе, словно испытывая себя.
– Просто я растаптываю сердца, забрызгивая туфли сердечным соком. Похоже, ты готовишься стать моей следующей жертвой.
В громком раскатистом смехе Линка слышалось одобрение.
– О чем вы тут болтаете вдвоем? – поинтересовалась Клэр.
– О пицце, – ответили они хором.
– Два сапога пара, – пробурчал Линк себе под нос. – Два сапога пара.
* * *
Дети были накормлены, а затем отправлены в угол двора смотреть фильм на надувном проекционном экране, чтобы взрослые имели возможность поесть и поболтать. Разложив еду по тарелкам и наполнив бокалы вином, все заняли свои места.
В тот момент, когда Мак подумала, что в ее судьбе может произойти интересный поворот, пришла опоздавшая гостья – Джони, мать первой жены Люка. А вместе с ней ее давний ухажер Фрэнк, седой бригадир из строительной фирмы Люка.
Линк одним из первых приветствовал Джони, и Мак удивилась, как крепко они обнялись. Она не могла понять, что их связывает. По сути, не существовало никакой реальной связи между этой женщиной и семьей Люка. Ее дочь Карен умерла много лет назад. Однако она находилась здесь, сплетничала с Айной Моретта и Клэр, при этом дети называли ее тетей Джони.
Единственным подспудным негативным ощущением, которое сумела уловить Мак, была неприязнь Люка к Линку. И даже она казалась скорее привычкой.
– Что там с салатом, Гаррисон? – спросил Линк, втиснувшись слева от Мак. С широкими плечами, с мускулистыми бедрами.