Муж понарошку (СИ)

Надино письмо не содержало ни сведений о деньгах, ни благословений на настоящий брак с Алексеем – оно просто заверяло дочь, что с отцом все в порядке, просило не доверять слухам и дарило надежду на то, что однажды они всё-таки встретятся.
Алёша сам рассказал жене, что её отец не против их союза, а даже за. Но про деньги пока не обмолвился – он сам не знал, как с ними поступить. Забрать их у жены и отдать на благотворительность – это было бесчестно по отношению к ней, но ему хотелось содержать ее самостоятельно, без помощи тестя. Поэтому он отложил эти мысли в долгий ящик. Сейчас не хотелось забивать голову лишним беспокойством: слишком много, о чем нужно думать и еще больше – чему радоваться. Этим и занялся.
Алексей уволился из полиции, потому что эта работа отнимала слишком много времени и сил и мешала семейному счастью. Случай помог ему определиться с заработком: он отправил партию майского меда в Пермь – оттуда пришли восторженные отзывы и требования прислать еще. Сарафанное радио мигом облетело ближний круг знакомых Федора и пошло расходиться кругами дальними. В итоге Алексей все лето и часть осени прозанимался поставками меда и его продуктов, заработал приличную сумму и при этом успел съездить с женой в Новосибирск на защиту диплома и выпускной. Надя заверила его, что хочет остаться жить в Коксе, и они принялись вместе планировать свой отдельный домик, под который родители Алексея выделили часть огорода.
Едва это строительство было закончено – а на него ушло примерно полтора года – Надя затребовала пополнения семьи. Она ластилась, умасливала мужа и канючила. Он говорил, что ей нужно ещё пожить налегке, попутешествовать... Но долго, конечно, продержаться не смог. Вообще, из бывшего военного и капитана полиции вышел преотличный подкаблучник – Алексей сам порой любил посмеяться над тем, с какой легкостью юная жена вила из него веревки. Но отказать ей решительно ни в чем не мог. Потому что любил и чувствовал, как сильно она его любит. Всем сердцем. Горячим, чистым и открытым сердцем.