Где наша не пропадала (СИ)
Кроме того, в процессе подготовки к путешествию пришлось нарисовать себе схему с именами и прозвищами глав кланов и их родственными связями, а то ведь мало того, что имена у всех чирикающие, так ещё и по несколько штук у каждого. И вообще, мозги вывихнуть можно, пока разберёшься, кто кому брат или сват. Тут, конечно, очень к месту пришлись старые сплетники, снабдившие меня ценной информацией о каждом хоть сколько-нибудь значимом заклинателе. Больше всего страшилок рассказали о ныне покойном старейшине Илина. Ну, да мне покойник без надобности, мне хотя бы ныне здравствующих глав кланов выучить. Пока зубрил, как раз вернулась зелень. Как увидел их в перепачканных одеждах у главных ворот, так решил преподать урок.
— Немедленно привести себя в порядок и не позже, чем через полчаса явиться на построение! — скомандовал я.
Утомившиеся от подъёма на гору молодые бойцы особого рвения не выказали. Ну, это они ещё не знают, что я сделаю с опоздавшими…
Как ни странно самым первым на площадь явился тот, кого я ожидал увидеть последним. Мантия на нём была чистой, вот только казалась, что она слегка не по размеру. Ничего, я выведу его на чистую воду. Когда подтянулись и выстроились остальные, я обошёл строй, внимательно осматривая их амуницию и подмечая, у кого нечищеные сапоги, у кого пояс недостаточно туго затянут, а у кого косо повязана лобная лента. А потом приказал:
— Клеймение к осмотру.
Дело в том, что в самом начале для того, чтобы различать мелколаней, я приказал им написать свои имена на обратной стороне мантий. Поймаешь шкодника за шиворот, и сразу ясно, кто именно попался. Салаги поснимали мантии и вывернули их наизнанку, демонстрируя вышитые имена. Ну, да я к тому моменту уже успел их выучить, поэтому сразу заметил, что Лань Цзинъи был одет в чужое. Оказалось, что этот умник поменялся мантиями с другим адептом и преспокойно отдыхал, пока его товарищи бегали к своим жилищам переодеться и обратно.
— Лань Цзинъи, три наряда вне очереди! Один — по уборке кроличьего навоза и два по уборке сортиров! — распорядился я. — А вот Лань Цюй, который одолжил тебе свою форму, получит два наряда на кухне. Оуян Цзыжэнь, за грязные сапоги сегодня вечером будет чистить не только свою обувь, но и сапоги всех старейшин. Лань Сычжуй отправится в библиотеку и в точности перерисует в пяти экземплярах нарисованную мной схему, а Лань Инь до вечера должен развесить фонарики на дорожках к холодному источнику, вокруг озера и обратно через рощу. По команде «тревога» все должны немедленно одеться и бежать кросс при полном снаряжении.
Молодняк зароптал.
— Что надо отвечать?! — прикрикнул на них я.
— Слушаемся, товарищ командир, — раздался нестройный хор голосов.
— Вольно, — смилостивился я. Нужно приучать этих трепетных ланей к воинской дисциплине, а то ведь только и знают, что на гуслях своих бренчать и фигульки на бумажках малевать.
Первую побудку по тревоге я им устроил в полночь, потом в два часа ночи, затем в половине пятого. К пяти утра мои ланята стали похожи на ходячих мертвецов. Но я не стал проявлять к ним снисхождения и велел делать упражнения с мечом, после чего перейти к водным процедурам. После оздоровительных процедур в холодном источнике мои гуси-лебеди вновь стали, как огурчики — такие же зелёные и в пупырышках.
— Построиться в колонну по двое и шагом марш в столовую! — скомандовал я. — Отныне каждое ваше утро будет начинаться с гимнастики на свежем воздухе и водных процедур в холодном источнике. В здоровом теле — здоровый дух.
Деды остались довольны этим моим нововведением. Поэтому, помуштровав мелколаней ещё пару дней, я препоручил их им и с чувством выполненного долга отправился в башню Кои. Может, и мне какая бабёнка там найдётся.
В башне Кои была лепота — всё в лепнине, золоте и драпировках из разноцветных тканей. Как в музее екатерининских времён. Но, самое главное — там давали на обед настоящее мясо, а не безвкусную баланду, на которой привыкли сидеть мои гуси-лебеди. И вина наливали. Правда, рюмки у них размером с напёрстки — и захочешь, а не напьёшься.
Мой-то Январь тут вечно ходил лучезарным, как апрель, в компании местного главы ордена с неизменной шапочкой на голове (надо бы узнать, может, она является атрибутом власти, как шапка Мономаха). Если бы мне так улыбались, как лыбится ему этот Яо, я бы тоже всё время розовым идиотом ходил. Вскоре появился безалаберный мальчик с веером и своими стенаниями нарушил эту идиллию. Не Хуй Сосан (вот уж свезло мужику, ничего не скажешь… У нас бы он с таким именем не выжил), видимо, создан для того, чтобы перекладывать проблемы с больной головы на здоровую. Неужто никого получше в Цинхэ не нашлось, чтобы орден возглавить?
А вот глава Юньмэна мне сразу понравился: собранный, аккуратный, и адепты у него по струнке ходят. Настоящий командир. Жаль только, что чересчур нервный. Наверное, потому до сих пор и не женился. Подошёл я к нему перед пиром, чтобы сказать пару напутственных слов:
— Приветствую вас, глава Цзян.
— Рад видеть вас в добром здравии, учитель Лань, — низко поклонился мне он. Молодец, субординацию соблюдает.
— Вы прекрасно управляетесь с орденом. Позвольте дать вам несколько мудрых советов. Я в молодости тоже частенько переживал по пустякам, но потом мне в руки попала замечательная книга «Хорошее настроение каждый день», и я взглянул на мир по-другому. Я надиктую кому-нибудь из проштрафившихся адептов и пришлю копию вам. А пока помните одно: солнце взойдёт независимо от того, в каком вы настроении.
— Благодарю вас. Не стоит утруждаться, — криво улыбнулся он, глядя куда-то в сторону. При этом улыбка стремительно сползала с его лица.
Я проследил за его взглядом и увидел моего Ванечку с Мосечкой. И здесь не дадут расслабиться. Но, вроде, ничего, пронесло, и ужин прошёл спокойно. А вот посреди ночи поднялся тарарам в покоях местного главы. Я опоздал к началу и понял только одно — Мосечку обвиняют в том, что он: во-первых, зарезал супругу местного главы; во-вторых, что он и есть тот самый старейшина Илина Вэй Усянь — существо мифологическое и в высшей степени нарицательное. Ну, какой же из этого разгильдяя старейшина? Из него даже старшины и то не получится. Так что перекрестил я его мысленно в Васеньку.
К сожалению, тут никто не имеет понятия о том, как проводить расследование, поэтому все поначалу принялись галдеть под дверями покоев главы Бздынь, после чего ворвались внутрь и затоптали все улики, а в итоге его истеричный племянник проткнул Васеньку своим мечом. Интересно, кто додумался дать холодное оружие несовершеннолетнему и крайне неуравновешенному юнцу без предварительного осмотра его психиатром?
Ванечка с Васенькой скрылись с места преступления, остальные кинулись за ними в погоню, а я остался осмотреться и провести собственное расследование. Ну, и откушать ещё вкуснятины на халяву. Кстати, надо будет набрать с собой в бездонный вещмешок, а то хоть повара от них к нам в Гусу сманивай.
========== Часть 3 ==========
Вот, скажите мне, зачем скромному и приятному на вид главе ордена БДСМ-комната? И что в ней делала его жена? Ох и мутный этот тип в шапочке. Наверняка его жена не самоубилась, а если и самоубилась, то от того, что с ней творил этот Дзинь Яо. Думаю, что поговорка о чертях в тихом омуте как нельзя лучше описывает подобных людей. Так что, уж лучше пусть мой младший племянник Ванечка куролесит со своим шебутным Васенькой, чем старший — водится с таким, как этот потайной Яо. Характерный человек виден насквозь, он камень за пазухой держать не станет и сразу запустит его в противника, а тихий да скромный обманет в час сотню раз. Поэтому отправил я своего Января от греха подальше домой, а сам остался побеседовать со старейшинами из других кланов. А то ведь тут у них радио и телевидение ещё не изобрели, и даже до газет пока не додумались, а вместо мобильной связи семафорят друг дружке со сторожевых башен. Поэтому беседы со старослужащими — единственный источник оперативной информации, без которой невозможно тактическое планирование.