Печать грязных искусств
Парни стихли и уставились туда же, куда смотрел я.
Впереди, в тяжёлом и вязком мраке, мерцало множество звёзд. Голубоватые и пульсирующие мягким светом. Они то приближались, то замирали на месте. И чем внимательнее я всматривался в этот странный свет, тем непонятнее становилось, двигается он или нет. Сияние будто расплывалось кляксой и снова собиралось в точку.
— Безликие огни?
Хинниган произнёс это совсем негромко, почти беззвучно, но после его слов мерцающие точки зашевелились, замигали и вспыхнули ярче.
Вот теперь стало ясно — они приближаются.
Вместе с ними надвигалась и волна звука. Топот ног… много ног… десятки.
— Оружие! — заорал я, вынимая меч. — Это не огни! Это глаза!..
Глава 3.7А ведь я не ошибся: это были глаза.
Сотни чёртовых глаз.
И принадлежали они вполне живым существам. Твари неслись вверх по лестнице прямо на нас, мчались плотной лавиной, вприпрыжку обгоняли друг друга, толкались и хрюкали, в жадном нетерпении скребли стены когтями.
Это были невысокие, ниже человеческого роста, уродцы. На их бородавчатых рожах оказалось неожиданно много глаз, по три штуки над каждой костлявой скулой.
Только глаза какие-то странные, совсем крошечные, как точки, а вот носы — пятаки на полморды, и уши — крупные кожаные раковины до самого затылка.
Возможно, твари были слепыми, зато отлично ощущали запах и улавливали малейшие звуки.
За счёт кривых ног и мелкого роста твари казались неуклюжими и неопасными, даже похожими на карликов или детей, но это была всего лишь видимость.
Двигались они быстро, мощными прыжками и молниеносными перебежками. В лапах каждый из уродцев держал крупный костяной коготь, остро заточенный и мерцающий кодо.
— Чёрт… их там сколько? — шепнул Дарт, приготовившись отбиваться.
Это был резонный вопрос.
Я бы ответил, что особей сто-двести, но, скорее всего, ошибся бы. Твари беспрестанно появлялись из мрака второго яруса, вскакивали на ступени и устремлялись вверх бесконечным потоком.
Из-за того, что лестница была узкой, нам пришлось встать в ряд, один за другим.
Хиннигана мы опять оставили позади, но он неожиданно выскочил вперёд, оттолкнув Дарта и меня, и принялся швырять в приближающихся уродцев камни.
А ведь идея-то неплохая.
Хинниган, как всегда, мыслил немного шире, чем тот же Дарт.
Камни валялись под ногами и в борьбе с мелкими тварями вполне могли послужить оружием. А если добавить к ним ещё и кодо, взятое у королевы морий…
Дарт приставил топор к стене и присоединился к атаке Хиннигана.
Я быстро убрал меч в ножны, схватил пару булыжников и, прицелившись, запустил в толпу тварей. Оба камня мутировали на лету и попали в цели.
Причём вывели из строя стразу пятерых — те повалились под ноги своим же сородичам, создавая хаос и неразбериху, самый настоящий затор.
Это, конечно, не становило надвигающуюся атаку, но немного замедлило её. Правда, паршиво было то, что монстры уже имели пещерное кодо, по сто единиц каждый, а вот мы ещё не успели восполнить силы.
У парней кодо практически не осталось, но я успел истощить королеву и единиц сорок забрал у неё точно. Но что могли эти сорок единиц против такой толпы?..
Когда твари были уже совсем близко, я вцепился Хиннигану в плечо и опять оттянул его себе за спину.
— Кидай оттуда. Встань выше и дальше.
— Но Рэ-эй! — Он так увлёкся швырянием камней, что еле прервался.
Я оттолкнул его, крепче сжал факел в одной руке, а второй вытянул из ножен меч. Дарт зашвырнул свой факел в тварей и взял в обе руки топор, встав впереди и приготовившись отбивать первые ряды атакующих.
Через пару секунд он выкрикнул:
— А ну пошли нахрен, уроды! — и сам бросился навстречу смертоносному потоку.
Топор резанул от стены до стены, раскидывая, сминая и кромсая всё, что попало на пути его массивного клинка.
С визгом и хрюканьем твари отпрянули, но тут же снова кинулись на Дарта.
Они затаптывали своих же, перемахивали кучу убитых и раненых в один прыжок и накидывались на врага. Топор, залитый чёрной кровью, беспрестанно ходил из стороны в сторону и не оставлял шансов почти никому.
Лишь редкие твари прорывались через яростную оборону Дарта, а те, кто всё же умудрялся обходить его, попадали уже под мой меч.
Кровь брызгала и лилась ручьём, стоял ядрёный запах сырой плоти и болотной вони, всё вокруг визжало и мельтешило, изрубленные тела падали под ноги, и я всё выше поднимался по куче мягкого и костлявого месива.
Дарт продолжал работать топором.
Я добивал.
Хинниган швырял камни из-за моей спины и орал:
— Парни, оставьте мне кого-нибудь! Так нече-е-е-стно!
Поток тварей не прекращался, они всё лезли и лезли. Их когти мелькали и светились кодо, но, странное дело: уродцы его не применяли и шли на смерть практически без атакующей энергии. Будто кто-то управлял ими и посылал в бой, но запретил использовать кодо.
Всё это наводило на нехорошие мысли.
Правда, особо думать было некогда.
Мой меч рубил, колол и кромсал. Дарт расшвыривал основной поток тварей, я убирал остатки с флангов, а Хинниган отбивался камнями издалека.
Не знаю, сколько прошло времени, но показалось, что не меньше получаса, а мы всё бились и бились. Оружие работало беспрестанно, ни на мгновение не прерываясь.
Силы заканчивались.
Дарт уже реже махал топором, а Хинниган больше не просил оставить ему врагов.
За всё это время мы спустились всего на десяток ступеней, оставалось минимум четыре раза по столько же, и чтобы добраться до второго яруса, нам предстояло перерубить ещё тысячи тварей…
Им не было числа, и с каждой секундой становилось всё очевиднее, что, в конце концов, они задавят нас массой.
Не отвлекаясь от битвы, я крикнул Дарту:
— Отвали в сторону!
— Понял! — рявкнул он в ответ, резанул напоследок топором ещё раз и отпрянул к стене.
Весь поток рванул на меня.
Я моментально убрал меч в ножны, перекинул факел Хиннигану и сложил ладони вместе, будто в молитве. Во мне имелось всего сорок единиц, и надо было использовать их так, чтобы ни одна не пропала зря.
Я решил отдать всё, что есть.
Как только в ладонях загорело кодо, я резко присел и положил обе руки на ступень ниже. Рассчитал выход энергии так, чтобы мутировать только определённые части камня, причём мутировать сразу, в один момент.