Печать грязных искусств

Если б я не сдерживался и не следовал правилам поединка, Георг не получил бы шанса даже для полноценной атаки, не то, что поставить меня на колени.
От расправы меня удерживали только два важных момента.
Первое — это Ребекка.
Она без раздумий бросится на защиту императора и его семьи. Не зря же они её при себе держали. Ребекка будет отбивать их до последнего.
Ну и второе.
Даже если у меня получится убрать верхушку Рингов, то что я потом-то буду делать? Расправу над императорской семьёй мне не простят нигде: ни в Лэнсоме, ни в Ронстаде. Да и Печати я пока не все нашёл. Рановато убирать тех, кто мне ещё нужен.
Эти мысли пронеслись в голове за секунду.
Решение созрело мгновенно.
Проигрывать поединок я не собирался, просить пощады — тоже. А раз уничтожение врага мне пока не выгодно, значит, надо показать ему, с кем он имеет дело.
— Проси пощ-щ-щ-щады, — прошипел мне в лицо Георг. — Дав-в-в-ай…
Он стал багровым от напряжения и уже не улыбался.
Его клинок застрял на одном месте, у моей шеи. До его победы оставались считанные миллиметры, но сил, чтобы продвинуть меч дальше, у Георга не хватало, как бы он ни пыхтел.
Я продолжал стоять на коленях и держать блок.
В это время тёмное кодо дуэльного меча давило на мою грудь и глотку. Вариантов больше не осталось — только взять под контроль то, что пыталось меня убить.
Я прикрыл глаза, чтобы не видеть перед собой покрасневшую и вспотевшую рожу противника, и крепче сжал пальцы на рукояти оружия.
Затем сделал самое сложное и неприятное: позволил тёмной силе проникнуть в собственное тело, плавно и легко, вместе со жгучей болью.
Ну а после — перенаправил её в клинок своего меча. По ощущениям будто перелил силу из одного сосуда в другой, при этом природного кодо не потратил ни единицы.
Как только я соприкоснулся с тёмной энергией меча, по его клинку проскочили сизые молнии. Глухой рык из преисподней опять прокатился по залу.
Меч пошёл вперёд, в сторону противника.
Георг распахнул глаза, но сразу же их прищурил, сосредоточился и сильнее надавил на оружие. Не помогло.
Мой меч продолжил обратное движение. Кодо теперь ответно давило на грудь и глотку Георга — платил я ему той же монетой. Пусть говнюк прочувствует боль хорошенько, до самых глубин своего поганого нутра, до каждого нерва.
Георг сипло вдохнул и выдохнул, потом ещё раз… ещё раз… и сипел до тех пор, пока не сбил дыхание. Его рука задрожала, в глазах отразилась паника.
В это время я поднимался с колен.
Сначала встал на правую ногу, продолжая наращивать силу нажима, потом встал на левую. Наконец мы с противником снова были на равных. Оба крепко стояли на ногах и оба желали одного — победы.
Вихри вокруг мечей вспыхнули с новой силой.
По площадке пронёсся чёрный смерч, закачал цепи на столбах, загремел оружием и латами на стенах. Огонь в факелах дрогнул от прикосновений ветра.
— Геор-рг, поставь ногу пр-р-равильно! — прорычал издалека Фердинанд.
Это был паршивый совет.
Как только Георг переставил ногу, шаркнув туфлей по полу, я сразу же навалился на меч со всей силы. Кодо среагировало в ту же секунду и вцепилось Георгу в шею невидимыми клещами. Я направил на него всю тёмную силу, что имелась в клинке. Всю до последней единицы.
Противник хрипнул.
Ослабил блок.
И упал на одно колено. Скрещённые мечи устремились к его горлу.
Я почувствовал, как ослабла рука Георга. Он посмотрел мне в глаза, уже понимая: ему не выстоять. Я не ждал, что противник попросит пощады. Этот засранец был не из таких, поэтому для победы мне нужна была его кровь.
Только так.
Я резко увёл клинки вбок и вниз, в скользящий блок. Широко размахнулся и с разворота полоснул противника по груди.
Удар вышел такой мощи, что кодо меча атаковало не только Георга.
Чёрной волной оно устремилось туда, где сидел император.
 
* * *
На этот раз остриё не просто распороло жилет Георга.
Меч резанул его по грудной мышце и одновременно опалил чёрным пламенем. Парень вскрикнул, отшатнулся и выронил меч. Его пальцы скрючило судорогой, спину выгнуло. Кровь тут же пропитала одежду на груди.
Георг стоял, запрокинув голову, и трясся, не в силах ни шевельнуться, ни сказать хоть слово.
Откуда-то сбоку к нему уже нёсся доктор Нельсон с двумя помощниками.
— Ничего страшного… ничего страшного, мой принц, — забормотал он на ходу. — Не волнуйтесь. Мы уже здесь.
Георг был слишком занят болью и на меня уже не смотрел, а вот все остальные не сводили с меня глаз.
Удар кодо сшиб с ног тех, кто был у кресел (и сделал я это намеренно).
Фердинанд сидел на полу и еле держался, чтобы не плюнуть в мою сторону. Кривил губы и щурился. Из его ноздей сочилась кровь. Он яростно дёргал обрубком правой руки, будто хотел показать мне кулак, но забыл, что его не имелось.
Гораций потирал ушибленный локоть и качал головой, тяжело переводя дыхание. Досталось ему меньше всех.
Император тоже не успел подняться.
Он лежал на боку и от ярости сжимал в кулаке гроздь красного винограда, измазав мантию густым соком. Правда, он этого даже не заметил, как и того, что из его ушей по шее текут алые капли крови.
Встать на ноги ему помог Ховард.
Тадеуш взглянул на Ребекку и холодно спросил:
— Теодор не использовал природное кодо?
— Нет, мой император, — ответила Ребекка. — Он использовал только кодо меча.
— Вы уверены, капитан Грандж?
— Абсолютно. Я бы почувствовала.
Тадеуш покосился на Георга, которого окружили врачи. Затем опять посмотрел на Ребекку и объявил:
— Поединок окончен. Первое ранение получено Георгом. Реванш Теодора засчитан. Завтра приступаем к первому ритуалу из четырёх.
Он сделал вескую паузу и добавил:
— А пока отправьте принцу Теодору подарки. В знак примирения с братом и в счёт извинений от семьи. Надеюсь, дорогой Теодор примет наши извинения.
После этого император отбросил смятый виноград в сторону и стремительно покинул рыцарский зал. За ним отправились Фердинанд и Гораций.
Я посмотрел им вслед. Забавно, но извинился Тадеуш не просто так.
Он понял, что если б я захотел — его бы уже не было в живых.
 
* * *
Оказавшись в спальне, я наконец-то немного расслабился.