Война грязных искусств

— Теперь поговорим, мистер Бруно? — спросил я.
Тот не сводил с меня глаз.
— Я… я не понимаю… господа… — опять шёпотом произнёс он. — Кто вы такие?.. Я не понимаю… С каких пор в Лэнсоме вдруг стали брать адептов на службу? Не понимаю… агент Питон…
Пока он шептал, я положил руку на стол и отодвинул его от стены, применив слабосильный кинетический эрг.
Бруно с хрипом выдохнул и дрожащей рукой схватился за низ живота и пах — именно эти части тела побывали под прессом деревянной махины.
Возможно, на месяцок-другой мистеру Джакомо Бруно придётся воздержаться от оргий с официантками.
Он доковылял до своего кресла и грузно в него опустился. Снова выдохнул, будто невыносимо устал. Дарт тоже уселся в кресло и с тихим стоном боли вытянул раненую ногу.
— Агент Питон, послушайте… давайте не будем нервничать и проясним всё же, что происходит, — предложил Бруно.
Он наконец перестал шептать и перешёл на более-менее уверенную речь. Видимо, понял, что ни убивать, ни арестовывать мы его не планируем.
— Я не агент, мистер Бруно. И я вас первым просил не нервничать. Мы вам не враги.
Мужчина сглотнул и покосился на мой значок.
— А кто вы тогда?
— Неважно, кто мы. Главное, что мы с вами на одной стороне. Я не против повстанческих отрядов. Финансируйте, бога ради. Мне плевать. У меня есть пара вопросов, которые никак не связаны с вашей подпольной деятельностью.
Он нахмурился и будто даже обиделся.
— Какого ж хрена вы сразу не спросили?
— А вы бы ответили? — уточнил я с напором.
Бруно снова потёр пах.
— Чёрт знает что, господа… — поморщился он. Потом посмотрел на меня и вздохнул: — Задавайте свои вопросы, мистер Питон. По вашей физиономии вижу, что не отвяжетесь. Отвечу, на что смогу. Но если чего не знаю, того не знаю.
 
* * *
Я глянул на Дарта, потом — на его правую ногу. Штанина пропиталась кровью до самого колена.
На мой немой вопрос он среагировал слабой улыбкой.
— Жить буду, но желательно поторопиться.
Я бы мог обезболить его рану на время, применив рунное искусство. Однако не стал ничего делать.
Не очень хотелось бы демонстрировать свои навыки мистеру Бруно. Он знал, что я адепт, и этого было достаточно. Какой конкретно я адепт — не его ума дело, а Дарт может и потерпеть.
Я повернулся к Бруно и указал рукой себе за спину.
— Те портреты на стене. Кто эти люди?
Бруно ожидал любого вопроса, но только не такого.
От удивления он приоткрыл рот. Показалось даже, что его тёмные кудри немного распрямились, щетина поредела, да и загар сошёл.
Управляющий на портреты даже не взглянул. Он продолжал пялиться на меня, а в его глазах читалось: «Ты идиот, малец? Ты б ещё про погоду спросил…».
— Не понял… портреты? — вскинул он брови.
— Да, портреты, — повторил я. — Откуда у вас эти портреты? Что за люди на них изображены?
Мужчина прокашлялся в кулак и покосился на картины позади меня. Сначала на те, что висели на стене, потом на те, что упали на пол после ледяной атаки Дарта.
— Э-э… они тут уже были, когда господин Леонель меня нанял. Я… я не знаю, что это за портреты…
Видимо, на моей физиономии отразилось слишком большое разочарование, потому что Бруно тут же поспешил дополнить:
— Но я знаю, что эти картины висели ещё в кабинете Дина Скорпиуса, основателя виноделен. Могу точно утверждать, что эти люди — не его родственники. Они не из рода Скорпиусов. Возможно, друзья или коллеги по бизнесу.
— А кто точно знает?
— Точно знает? — Мужчина опустил плечи. — Точно знает только сам господин Леонель. Но я бы посоветовал к нему с такими вопросами не обращаться. Он не любит, когда его беспокоят по пустякам. Уж если господин Леонель на что-то обращает своё внимание, значит, пиши пропало… значит, это не пустяк. Так что я вас с подобными идиотскими вопросами к нему не допущу. Даже не надейтесь, агент… или кто вы там.
Я задумался на пару секунд.
— Хорошо. Что вы знаете о «Меланхоличной Деве»?
Вот теперь Бруно, наоборот, приободрился. Устроился в кресле удобнее, положил ногу на ногу.
— Приобрести хотите? Одобряю ваш выбор. Это одно из редких и самых дорогих наших вин.
— А кто его ещё покупает?
Искры азарта в глазах торгаша Бруно погасли.
— Много кто покупает, — туманно и очень нехотя ответил он. — В основном частные лица.
— Адреса дадите?
Мужчина поднялся с кресла и покачал головой.
— Как бы лоялен я к вам не был, мистер Питон, вы должны понимать, что есть границы. — Его голос стал жёстким и звенящим, а тон холодным. — Вот если бы вы были из полиции, тогда другое дело. А так… у вас нет ни санкции суда на проверку виноделен, ни даже полномочий вести со мной беседы в столь дерзкой манере. Поэтому я бы попросил…
Наверняка, он собирался попросить, чтобы я убрался из его кабинета, и поскорее, но не успел.
Дверь распахнулась.
Влетела официантка. Опять та самая, в зелёном бальном платье.
— Джакомо… — выдохнула она, не обращая внимания ни на меня, ни на Дарта. — Джакомо, готовность номер один! Господин Леонель внизу… никто не ожидал… Френсис в панике, а Григорио…
Бруно сделал короткий жест рукой, и девушка смолкла.
— Что он сказал? — спросил у неё мужчина.
Официантка прикусила пухлую губу.
— Ничего. Он зашёл молча… мо-олча, Джако-омо…
С загорелого лица Бруно слетели все краски.
— Чёрт возьми, Люси. Молча он заходил сюда в прошлом году. Помнишь, чем всё закончилось?.. — Он перевёл тревожный взгляд на меня. — Ни в коем случае не выходите из кабинета. К нам наведался сущий дьявол, а с дьяволом вы вряд ли способны договориться. Только настроение ему испортите. И мою карьеру заодно похороните.
Бруно одёрнул свой клетчатый пиджак, пригладил кудри и быстрым шагом покинул кабинет. Он напрягся так, будто готовился к четвертованию.
Я сразу же отправился за ним, но путь мне неожиданно преградила официантка.
Она захлопнула дверь и прислонилась к ней спиной.
— Мистер, вас ведь просили оставаться в кабинете! Вот и оставайтесь!
Моего значка никто теперь не боялся — страх перед господином Леонелем затмил для работников виноделен любые угрозы извне.
Что ж, пора и мне с патрицием клана Скорпиусов познакомиться.
— Уйдите, — буркнул я и указал на Дарта, что оставался в кресле. — Лучше окажите помощь моему напарнику.