Война грязных искусств
— Хлоя очень испугалась, когда действие её духов закончилось, — на ходу сообщила мне Терри. — Она собиралась их опять на себя налить, но я её отговорила. Жидкость надо экономить, а она готова на себя её всю вылить. Когда духи закончатся, что ей светит?..
На этот вопрос у меня ответа не было (точнее, был, но озвучивать его не очень-то хотелось).
Когда до автокэба оставалось метров десять, пассажирская дверь машины распахнулась, и из салона выскочила Дженни. Сажи и слёз на её лице уже не было, забрызганное кровью платье сменили странного вида сарафан и накинутый поверх него чёрный военный камзол.
То ли всхлипнув, то ли вздохнув, девчонка кинулась мне навстречу.
— Мистер Р-рэй! Живой! — Она подскочила ко мне и подставила хрупкое плечо под мою правую руку, помогая Терри вести меня к автокэбу, но больше, конечно, мешала.
От её порывистых движений боль в простреленном плече разгорелась с новой силой.
— Сейчас, сейчас, мистер Рэй, — забормотала Дженни. — Хлоя вас вылечит, будете как новенький… вот увидите… только она очень просила, чтобы я вас не пускала к ней без обработки. Она несколько раз просила… строго-настрого приказала вас сначала обработать…
Наконец мы добрели до автокэба, и я грузно навалился локтем на капот.
Дженни вынула из кармана камзола уже знакомый мне серебристый портсигар с выгравированной буквой «А». Отщёлкнула крышку и достала пузырёк. Откупорила его, намочила духами указательный палец и серьёзно посмотрела на меня. Посмотрела по-взрослому. Настолько понимающе и пронизывающе, что меня пробрала дрожь.
— В чём дело, Дженни? — нахмурился я.
Девчонка подошла ближе и, встав на цыпочки, протянула руку к моему лицу.
— Мистер Рэй… — начала она и тут же замялась. Заглянула мне в глаза, потом быстрым движением мазнула пальцем над моей верхней губой и наконец решилась продолжить: — Вы ведь найдёте Хью и Норманна? Они убежали со всеми за стену. Я просила их не уходить, но кто бы меня слушал. Они сказали, что за дедушку пойдут мстить всему Лэнсому… а я сказала, что пусть лучше вы отомстите. Правда же? У вас же лучше получится, чем у них, да? Вы же найдёте их? Вот Хлоя вас вылечит… и вы их найдёте?
Она не сводила с меня пронзительных и полных надежды глаз, и мне пришлось ответить:
— Найду.
Дженни заметно успокоилась, будто моё обещание гарантировало, что её братья найдутся живыми, хотя это, скорее всего, окажется не так. В месиве битвы затоптать двух мелких пацанов проще простого. Их сами же адепты под ногами могут не заметить, да и шальные пули никто не отменял.
— Теперь можете пройти к Хлое, — разрешила Дженни с серьёзным видом, будто допускала меня к самому императору, и распахнула дверь автокэба.
Терри помогла мне доковылять до двери, и я, чуть наклонившись, вгляделся во мрак салона. Оттуда на меня смотрела Хлоя. И волны тревоги, исходившие от неё лавиной, чувствовались даже на расстоянии.
Я еле влез в салон вместе с ружьём, ощущая себя переломанной деревяшкой, и уселся на сиденье напротив медсестры. Терри захлопнула за мной дверь, и в салоне повисло молчание. Лишь грохот выстрелов в отдалении напоминал о том, что в этот самый момент совсем рядом с нами идёт бой.
Оглядев меня с ног до головы и сделав однозначно печальные выводы о моём здоровье, Хлоя заговорила первой:
— Рэй, я постараюсь сделать всё возможное, но чуда не жди.
— Тогда делай, а не болтай, — ответил я, скрипнув от боли зубами. — У тебя есть пятнадцать минут…
Ничего больше не объясняя, я задрал штанину на левой ноге, демонстрируя Хлое перебитую лодыжку. Сам туда не смотрел — мне хватило того, что читалось на лице медсестры, когда она увидела рану.
Девушка приложила ладонь к губам, потом перевела отчаянный взгляд на меня, затем опять — на ногу.
— Господи, Рэй… какие пятнадцать минут, ты что…
— Теперь уже четырнадцать.
Моя бесцеремонность сработала отрезвляюще — Хлоя мгновенно собралась.
Она кивнула сама себе и нарисовала в воздухе сразу две разных лечебных руны. Я узнал рисунки: одна руна обезболивала, а вторая сращивала костные ткани.
— Нет, — покачал я головой. — Давай обойдёмся без обезболивания. Рисуй ещё одну руну для сращивания костей. Мне надо быстрее восстановить ногу.
— Но Рэй! — возмутилась Хлоя. — Тебе будет очень больно, и ты…
— Я потреплю, — перебил я её. — У тебя тринадцать минут.
Медсестра прищурилась, и по её глазам я понял, что с этой самой секунды она отбрасывает жалость и сочувствие.
— Ляг на сиденье и вытяни ногу, — приказал она быстро.
Я тут же подчинился, добавив напоследок:
— Делай всё, что хочешь, Хлоя, но верни мне способность ходить нормально.
Девушка привстала, склонилась надо мной и выдернула ружьё из моей руки. Бросила его на другое сиденье и твёрдо произнесла:
— Если хочешь быстро, то терпи. Нужно, чтобы ты был в сознании. Вообще-то, рунная медицина запрещает подобные методы, но раз так надо… Я буду рисовать руны прямо на раздробленной кости, а это очень…
— Рисуй, мать твою! — не выдержал я.
Хлоя уселась рядом и положила мою раненую ногу себе на колени. Затем сняла с неё туфлю и стянула носок, задрала штанину до самого колена. Сурово на меня посмотрела и добавила:
— Не учи меня делать мою работу, Рэй. Будь ты хоть трижды моим хозяином, я сделаю так, как надо, а не так, как говорит мне человек, далёкий от рунной медицины.
— Хорошо-хорошо… только давай быстрее, Хлоя-а-а-а…
Это были последние адекватные слова, что я произнёс перед тем, как заорать чистейшим матом и вцепиться в сиденье — Хлоя обхватила мою раздробленную лодыжку мерцающей ладонью и сжала пальцы.
Бог мой, эту боль не передать словами… только воплем…
Нещадная инквизиторская пытка.
Через какое-то время, когда я заставил себя сжать челюсти, чтобы заткнуться, медсестра задействовала вторую ладонь… и адская боль усилилась вдвое.
В глазах вспыхнули белые огни, и из меня снова посыпались ругательства. Я с трудом подавил в себе желание отпихнуть Хлою подальше, лишь бы она перестала делать то, что делала, и зажмурился, скребя сиденье ногтями.
— Ещё чуть-чуть… ещё… терпи… — услышал я бормотанье Хлои. — Только не теряй сознание… ещё чуть-чуть…
Весь залитый потом и уже мало что соображающий, я громко засопел, приподнял голову и покосился на девушку.
Хлоя, красная от напряжения, сжимала мою щиколотку ладонями и светилась татуировками, вокруг неё мерцали руны, штук пять, но точно я не успел посчитать — чёртово сознание всё-таки не выдержало и померкло. Я уронил затылок на кожаное сиденье автокэба и отключился…