Мыс альбатросов (СИ)

— Я бы с радостью пообщался с девушкой, но, боюсь, её спутник не обрадовался бы моему присутствию. Ко всему прочему я не мог проявить свою лояльность, не выдав вашу.
Северус был вынужден согласиться.
— Кто это был, Альбус? Насколько я понял, он не относится к нашим ученикам.
— Тут вы, мой друг, ошибаетесь. Мистер Блэк проучился в Хогвартсе семь курсов и заработал прекрасные баллы на всех «ЖАБАх».
Северус подавился воздухом.
— Блэк? Как это возможно? Вы уверены? — спросил он, сузив глаза в ожидании признания отвратительной шутки.
Дамблдор не поменялся в лице.
— Разве из Арки Смерти возвращаются?
— Я говорю не о Сириусе. Речь о его брате.
— Регулус, — со свистом произнёс Снейп. Кое-что встало на свои места, например, финт Вронского, которым частенько баловался этот самодовольный мальчишка во время матчей. Ловец, любивший пощекотать нервы себе и болельщикам Слизерина, а ещё своему братцу, мрачно взирающего на пируэты Регулуса с красной трибуны. Но это не объясняло главное: каким образом младший Блэк вернулся из мёртвых, с каких пор он помогал Поттеру и компании?
— Взгляните на пятую полку, Северус, — посоветовал Дамблдор, вытянув шею в попытке разглядеть что-то. — Мистер Блэк забыл там пергамент. Весьма любопытный предмет.
Снейп подошёл к шкафу и нашёл карту замка. По нарисованным на ней комнатам и коридорам передвигались ленточки с написанными на них именами учеников и преподавателей.
— Знакомая вещь, — буркнул Снейп. — Я видел её у Поттера на третьем курсе. Правда, тогда она выглядела несколько… иначе.
— Не правда ли это изобретение чудесно? — в своей неподражаемой манере пропел бывший директор. — Карта-то мне и подсказала имя спутника мисс Грейнджер.
— Каким образом карта попала к Блэку?
Впрочем, у всех членов его напыщенной семейки испокон веков были загребущие руки.
Справа отчётливо раздалось покашливание. Настойчивое такое, бестактное.
Снейп и Дамблдор синхронно повернули головы к возникшему на портрете волшебнику с орденом Мерлина первой степени на груди.
— Финеас! — добродушно окликнул мага Дамблдор. — Вы вовремя!
— Я слышал, вы обсуждаете моего праправнука, — небрежно отозвался Финеас Найджелус Блэк, почесав клиновидную бородку. — Юноша подаёт надежды.
— Как давно вам известно, что Регулус жив? — без предисловий наступал Северус.
Мистер Блэк раздражённо сверкнул глазами — не привык, что его перебивали.
«Как-никак ещё одна надменная сволочь блэковской породы».
— Последний из моей фамилии вернулся домой этим летом.
— И вы молчали?!
Финеас Найджелус подобрался.
— Естественно, я молчал! Мы обменялись с ним парой слов, когда он приходил за волшебной палочкой и сказал, что его возвращение — тайна.
— Не больно-то он её бережёт, — едко вставил Снейп.
— Регулус Блэк сейчас на Гриммо? — спросил Альбус.
— Нет, — Финеаса перекосило, будто он учуял смердящий сок. — Но кое-кто другой сейчас там.
Комментарий к Глава 29 — Северус
1) Имеется в виду «Божественная комедия» Данте: «Здесь жив к добру тот, в ком оно мертво», — смысл в том, что: «В Аду нельзя жалеть грешников, потворствовать злу».
2) Фраза взята из книги Антуана де Сент-Экзюпери, она основана на поговорке: «Они пытались похоронить нас, но они не знали, что мы семена». Наиболее известной она стала как лозунг на одной из демонстраций в Мехико.
========== Глава 30 — Гермиона ==========
Гермиона сжала палочку крепче, готовясь в любой момент произнести замедляющее падение заклятие, но в собственноручно сотворённой дымовой завесе она не могла определить расстояние до земли, пока та не устремилась ей навстречу.
В них попали. Алекто сыпала проклятьями им в спину и попала в хвост «Чистомёта». Метла качнулась, дёрнулась и лишилась нескольких зачарованных прутьев. Регулус пошатнулся. Гермиона осталась невредима, но это не важно. Сейчас они с Блэком были единым организмом, утратившим всякий контроль над метлой, направлением полёта, высотой…
Регулус вовлёк метлу в замысловатый пируэт в попытке выровнять положение, но столкновение с верхушкой дерева было неизбежно. «Чистомёт» мазнул по кроне дуба подпалённым хвостом. Гермиона вскрикнула, когда по лодыжкам полоснули ломающиеся ветки. За стоящим вокруг треском дерева и шумом крови, стучащей в висках, она услышала, как Регулус скомандовал:
 
— Держись!
Или «ВВЫСЬ!». Или даже «ЖИЗНЬ!», потому что держаться ей всё равно было особо не за что, а жить как раз очень хотелось.
Они падали!
Гермиона вытянула палочку вперёд. Главное — вовремя произнести заклинание, а там будь что будет!
Острый сучок оцарапал ей бок, ветки хлестнули по щекам, а волшебная палочка зацепилась за листья и едва не выскользнула из ладони. Гермиона зажмурилась и прижалась к Регулусу, вцепившись в него с такой силой, что наверняка сделала ему больно. Они вырвались из буро-зелёного плена. Метла подпрыгнула. Один раз. Второй. Третий. Гермиона представила себе машину, подскакивающую на колдобинах, вот только в случае столкновения с препятствием сейчас не сработает подушка безопасности. Грейнджер соскользнула с древка.
— Арресто Моментум! — воскликнул Регулус.
В следующий миг Гермиона зависла в воздухе, будто в невесомости, и только потом покатилась по траве.
Боли не было, во всяком случае, не от удара — разве что не вовремя подвернувшийся корень станет причиной синяка, а то и двух, на локте.
Гермиона открыла глаза и увидела тёмные кроны деревьев-великанов, засыпающих её сбитой листвой. Утренний свет не проникал в зелёный сумрак заповедной чащи. Вокруг стояла пугающая тишина. Жуткое, мёртвое молчание.
Медленно, словно воздух был плотный, Гермиона потёрла лицо и лишь затем с усилием заняла сидячее положение.
— Регулус, — пробормотала она, увидев его неподалёку.
Поднимаясь, Гермиона неудачно поставила коленку на подол собственной юбки и повалилась вперёд, чуть не клюнув носом в землю. Она практически подползла к Блэку.
Он беззвучно шевелил губами, стискивая рукой сук, торчащий из плеча.
— Что ты делаешь? — воскликнула Гермиона, накрыв костяшки его пальцев. — Если выдернешь, умрёшь от потери крови.
Регулус посмотрел на неё, сцепив зубы.
— Цела.
Цела, несмотря на безумные выкрутасы, что он выделывал в воздухе, но не винить же его за них.
Блэк дотронулся до ветки, торчащей из раны, и глухо застонал.
— Перестань! Так только хуже.
— Алекто, — задыхаясь, проговорил он, — она будет искать нас внизу.
— Очень на это надеюсь, — воинственно произнесла Гермиона. — Я найду, чем её угостить! Мы что-нибудь придумаем. Сначала надо помочь тебе.
Грейнджер в нерешительности застыла над Регулусом. Есть заклинания, которые могли бы исцелить его, но цена ошибки была слишком высока.
— Сначала защита, — произнёс Блэк, встретившись с ней глазами.
— Но…
— Защита, Гермиона.
— Вот упрямец! Каве инимикум, — произнесла она, широким жестом обводя пространство над их головами. — Сальвио гексиа.
Воздух вокруг зарябил. Сработало! Удивительно: всё шло гладко, пока Гермиона не поняла, что Регулус не произнёс больше ни слова.
— Эй! — она подобралась вплотную к нему и убрала чёлку, прилипшую к его лбу. — Ты как?
— Волшебно.
С защитными чарами проблем у Грейнджер не возникло, но рисковать колдовать над живым человеком — другое дело. Она то и дело поднимала голову, проверяя небо, и из-за нервов становилась ещё более неловкой. Гермиона сомневалась, что добьётся чего-то эффективнее чар от насморка, но время поджимало.
Грейнджер чуть смущённо произнесла разрезающее ткань заклинание и оголила окровавленное плечо Блэка, затем сдёрнула с пояса бисерную сумочку, моля высшие силы, чтобы Забини не добрался до стратегических запасов целебных зелий из аптечки.
 
— Акцио, бадьян!
Из недр сумки летели перья, книжки, колышки походной палатки и крошки совиного печенья, меч Гриффиндора — всё, что угодно, кроме нужного пузырька.