Двое из логова Дракона (СИ)

— Я не соскучилась по службе, — возразила я. — Я не соскучилась по кораблю, по экипажу и космосу. Я соскучилась по тебе. Ты улетаешь, а я сижу на Земле и жду тебя. Я без конца прислушиваюсь в ожидании сеанса связи, а когда Жуля спит, пересматриваю снимки и видео, которые мы привезли из отпуска, чтоб только увидеть тебя и услышать твой голос. По-твоему, это нормально?
— Да, хотя, согласен, что это изматывает.
— Совершенно верно. Именно поэтому я хочу вернуться на звездолёт и летать с тобой. Что ты думаешь об этом задании?
— Что в данном случае всё не так, как выглядит.
— Как всегда, — кивнула я. — Только и выглядит это довольно странно.
— Я думаю, что это всё сильно похоже на спланированную диверсию, — продолжил он, осторожно вынимая куклу изо рта Жули. Она захныкала, но он жестом фокусника выхватил из воздуха пустышку и сунул ей. Она удовлетворённо зачмокала, поглядывая на меня. — Я мог бы поверить в то, что с помощью магического обряда свели с ума пару помощников жреца, устроили несколько видеоэффектов и даже возгораний. Но технические поломки, вызванные трансформацией веществ… Это не магия. Это химия. На худой конец, алхимия. Для этого необходимо непосредственное участие человека, а не опосредованное магическое воздействие.
— То есть кто-то должен был что-то подмешать в топливо, брызнуть на остекленевшие пульты и влить в двигатели аварийных ботов?
— Именно. Если б это произошло в начале полёта, можно было б решить, что кто-то сделал это с помощью специально запрограммированных устройств.
— Они не нашли никаких устройств. Значит, кто-то из пассажиров?
— Похоже. И это не тиртанцы, потому что они не способны на диверсии и вообще на хитрость и причинение вреда. Это местные.
— Там есть жрец.
— Жрец Тьмы. Если это покушение на него, то понятно, но проще было б убить его или сразу уничтожить звездолёт. Если это он, то его цели совершенно непонятны. Он сильно рискует, ведь с планеты ему никто не сможет помочь. Если это провокация, то она направлена, скорее всего, не против землян или тиртанцев.
— У нас не хватает информации, — пробормотала я. — Но, скорее всего, это связано с внутренними делами государства Тэллос. А, значит, наша задача спасти всех, кто находится на «Боливаре-57», сдать местных местным и сматываться, прихватив своих. Очень быстро.
— Разумно, — пробормотал Джулиан и посмотрел на часы. — Мы скоро долетим? Её пора кормить.
Баркентина стояла в лучах ярких прожекторов на своей взлётно-посадочной площадке. На золочёных, покрытых причудливыми узорами бортах мерцали гирлянды сигнальных огней. Мощный и изящный корпус поблёскивал стремительными линиями, отчего казалось, что она замерла в нетерпении перед рывком, который вынесет её на волю, в прозрачный прохладный простор среди миллионов призывно сияющих звёзд.
Хоть я и сказала, что не соскучилась по кораблю, это было неправдой. Я любила свою звёздную птичку, и разлука с ней была для меня если не тягостной, то, по меньшей мере, печальной. Выскочив из салона авиетки с дочкой на руках, я замерла, с радостным возбуждением глядя на мой «Пилигрим». На фоне ночного неба он был прекрасен.
Сзади захлопнулась дверца салона, и Джулиан подошёл, держа в руках две огромные сумки. Из одной выглядывал голубой плюшевый мишка с розовой ленточкой на шее.
Посмотрев на меня, он азартно усмехнулся, но не стал напоминать о моих недавних словах. Мы двинулись к звездолёту. Я хотела пройти под днище, чтоб подняться на лифте в трюм, но неожиданно навстречу мне выдвинулся сверкающий иллюминацией парадный трап. Это был первый случай, когда мне предстояло по нему подняться.
— Я даже не в мундире… — пробормотала я.
— Здравия желаю, Дарья Ивановна! — услышала я, и из-под днища звездолёта появился Кирилл Оршанин. Он уже совсем не походил на того почерневшего худющего и злобного мальчишку, которого мы почти полтора года назад подобрали в открытом космосе. Крепенький, скуластый и благополучный, в изящной форме с лейтенантскими нашивками, он радостно улыбнулся мне, а потом посмотрел на Жулю.
 
— Какая хорошенькая! Вся в маму!..
Он почему-то осёкся и как-то уж очень пристально стал вглядываться в её личико. Но я не обратила на это особого внимания. По трапу быстро спускался Хок, мой верный и незаменимый старший помощник.
— Командор! — начал он официально, но, заметив, что я не в форме, махнул рукой. — В общем, будем считать, что я сдал тебе баркентину по всем правилам. На борту порядок. Экипаж почти в сборе. Ждём Вербицкого и Булатова, они в пути. Не хватает двух стажёров, но Карнач со своей бандой уже здесь, так что обойдёмся. Диагностика проведена, техники дали «добро» на полёт, так что всё в ажуре. Движки под парами. Как скомандуешь, можем лететь.
— Рапорт принят, — пробормотала я и указала на трап: — А это зачем?
— Это не для тебя. Это для принцессы Джулианы, — он протянул руки. — Иди к дяде Раулю, моя радость.
Жуля не возражала, я тоже.
— Не урони, — проворчал Джулиан.
— Как тебе не стыдно! — возмутился Хок. — Я ж доверяю тебе своего кота.
— Аргумент, — усмехнулся тот.
Позади на площадку с лёгким стрёкотом приземлилась ещё одна авиетка. Я почувствовала себя неуютно в штатском и быстро взбежала по трапу. Джулиан и Хок с Жулей на руках поднимались следом.
— Девчонка удалась на славу, — заметил Хок. — Вся в папочку. Одни глаза чего стоят…
— Заткнись, — негромко, но твёрдо попросил Джулиан.
У меня было двадцать минут, чтоб покормить Жулю и переодеться. После этого я оставила дочку её папе и отправилась на мостик. Старшие офицеры были в сборе. Кроме них здесь находились три высоких красавца в серо-голубой, под цвет стали, форме. Капитан-лейтенант Карнач с явным удовольствием сообщил, что они прибыли в моё распоряжение, причём полное и абсолютное. Остальные кратко доложили о готовности своих служб к полёту. Старший радист Антон Вербицкий добавил, что из информационно-аналитического отдела подразделения поступил информационный блок по нашему заданию, а диспетчерская даёт экстренный взлёт и зелёный коридор до границы системы.
— Экипаж на местах, все службы готовы к взлёту, — доложил Хок.
— Убрать трап, — скомандовала я, садясь в своё кресло. — Взлётные двигатели на малых оборотах.
Выдвинув из пульта штурвал, я положила руки на его чёрные тёплые рукоятки и увидела, как вспыхнули датчики, а прямо в центре появился экран с коридором для экстренного взлёта.
— Ну, счастливого нам пути, дорогие мои, — проговорила я в микрофон и скомандовала: — Машинное, на взлёт!
Я доставила себе удовольствие самостоятельно на штурвале провести баркентину по зелёному коридору до сигнальных станций на окраине Солнечной системы.
— Чисто вышли, — удовлетворённо кивнул Хок, посмотрев на маяк, поблескивающий слева малиновой звездой.
— Окно для скачка есть, — обернулся ко мне Вербицкий. — Для нас держат. Похоже, дело серьёзное?
— Более чем… — кивнула я. — Юрий Петрович, вы получили координаты?
— Да, — старший астронавигатор Булатов уже наигрывал что-то на своём пульте. — Маршрут сложный. В этом районе мало стабильных пеленгов…
— Серьёзные сложности? — уточнила я.
— Справимся. Оборудование более чем надёжное. Можем работать по дальним пеленгам, с поправкой на временные координаты… Готово! Маршрут есть, командор.
— Лейтенант Кроу.
— Маршрут получен, — кивнул пилот. — Идём на второй крейсерской?
— На форсированной, поэтому постарайтесь не промахнуться.
Дэн обернулся и серьёзно посмотрел на меня.
— Не промахнёмся, командор.
— Командуйте, — распорядилась я. — Юрий Петрович, сколько займёт полёт на форсированной скорости?
— Тридцать семь часов двадцать три минуты.
— Долго… — пробормотала я.
— Быстрее можно, но рискуем промахнуться со скачком, — пожал плечами Булатов. — Сложный район с точки зрения навигации. Там почти никто не летает.