Хочу тебя (СИ)

— Кидай, — услышала упрямо в ответ после того, как первая кость была убрана с кровати.
— Я лишь предложила, — отозвалась и тоже бросила. — Пять! Ю-ху!
Не веря глазам, даже подпрыгнула от радости. Если так пойдет и дальше, у меня есть все шансы выиграть. Они уже неплохие.
— Моя очередь, — объявил Женя, быстро забрав с покрывала и мою кость тоже, а по возвращении вручив ту, что кидал сам.
— Удачи! — пожелала, сделав шаг в сторону и таким образом дав мужчине больше простора для маневра в его финальном броске, который, кстати говоря, вышел совсем неплохим.
— Четыре. И того семь, — сухо объявил соперник, кажется, уже догадавшись, насколько неудачной для него оказалась собственная идея.
Мне же осталось совсем чуть-чуть до выигрыша. Неужели я сейчас поеду домой? То есть к Даше на квартиру. Не проведу эту ночь с другим, и моя совесть перед мужем останется чиста.
— Ну же, не подведи, — прошептала зажатому в ладони черному камню, прежде чем кинуть его на покрывало.
— Один! — громко объявил Женя. — Итого мои семь против твоих шести. Смирись, Майя. Сама судьба за то, чтобы мы провели эту ночь вместе.
— Как же так? — пробормотала растерянно, категорически отказываясь поверить в проигрыш. — Мне всего-то была нужна тройка, или четверка, или пятерка, или шестерка. На худой конец, двойка, чтобы отыграться. Но единица?! Почему?
— Да ладно тебе, котенок. Проигрывать тоже надо уметь, — ласково произнес мужчина, вернув кости на стол.
— Не называй меня так! — возмутилась.
— Как?
— Так! Терпеть этого не могу.
— Странно. А как же Кира со своей пчелкой?
— Ей можно. Тебе нельзя.
— Потому что моя сестра — твоя начальница?
— Да! А еще она не играет на меня. И со мной, предпочитая сразу говорить, как есть.
— Прям-таки сразу?
— Жень, отвезти меня домой. Ну пожа-а-алуйста.
— Не раньше, чем отработаешь свои два выигрыша, — отозвался собеседник, зачем-то направившись в прихожую.
Когда же он минутой позже показался из коридора, окончательно убедилась: кто-то основательно подготовился к нашей встрече, своим играм, но главное — моему фиаско.
— Нет-нет-нет, — забормотала испуганно, попятившись, стоило увидеть в руке у мужчины павлинье перо. — Только не это. Я жутко боюсь щекотки.
— Успокойся. Пыток не будет, — насмешливо раздалось в ответ. — Я дал обещание не притрагиваться к тебе. И выполню его.
— Жень, пожалуйста, хватит. Не надо, — взмолилась, хоть и отлично понимала: надо мной вряд ли сжалятся. — Ты же сказал, что будет просто история.
— Она. Но с 4D-эффектом. А теперь иди сюда.
С этими словами собеседник остановился между кроватью и шкафом. Продолжая сжимать в одной ладони перо, вторую он протянул мне.
— Без рук. Или уже забыл? — напомнила, нехотя выполнив, что было сказано.
Я только сейчас заметила: двери единственной находившейся рядом с постелью мебели представляли из себя одно сплошное огромное зеркало.
— Подумал, что, учитывая твой страх щекотки, будет совсем нелишним еще раз спросить: я или все же перо? — пояснил Женя, стоило мне приблизиться.
— Не тяни. Делай уже, что собрался, — потребовала, без труда догадавшись, зачем меня сюда позвали.
Встав аккурат перед зеркалом, принялась наблюдать, как мужчина не спеша приблизился сзади, вытащил из кармана брюк неширокую черную ленту и протянул ее мне.
— Это еще зачем? — поинтересовалась.
— Что б тебе было проще представить то, о чем я буду говорить.
— Без нее, насколько понимаю, никак, — отозвалась, рассматривая лежащую у меня в ладонях повязку для глаз.
— Совершенно верно.
— Напомни, зачем я все это делаю? — спросила, с тяжелым вздохом принявшись завязывать на затылке злосчастный клочок шелковой ткани.
— Ты проиграла свое преждевременное возвращение домой и выиграла мою сексуальную фантазию.
— Счастье-то какое! — постаралась скрыть волнение за сарказмом.
Но мой пессимистичный настрой вполне ожидаемо был проигнорирован.
— Расслабься, — раздалось шепотом у самого уха. — И просто слушай мой голос.
Ага! Если бы это было еще так легко. Особенно когда того места на плече, где я еще мгновение назад ощущала теплое дыхание собеседника, коснулись мягкие ворсинки пера, заставив меня сначала вздрогнуть от неожиданности, а затем и невольно поежиться.
 
— Проверка на чувствительность, — насмешливо раздалось в ответ на мою реакцию.
Будь этот мужчина проклят со своими экспериментами! Господи, как же мне пережить ночь с ним? Чем дальше, тем чаще я возвращалась к мысли, что проще дать Жене то, чего он с таким усердием и упрямством добивался. Все лучше, чем и дальше терпеть издевательства над собой.
— Ты так мило поджимаешь губы, когда злишься. Чего испугалась? Что я не устою, поддамся искушению и нарушу одну из наших договоренностей? Или что тебе понравится?
— Будем и дальше болтать, или ты наконец начнешь рассказывать? — поинтересовалась, решив, что самым благоразумным будет оставить вопрос без ответа.
Достаточно и тех уловок, в которые мне уже хватило ума вляпаться.
— Хорошо, — раздалось благосклонно у другого уха. — Тогда слушай.
По ощущениям Женя только что обошел меня по кругу. Так или иначе, но теперь он снова стоял за спиной.
— Я сказал правду, назвав тебя очень красивой.
— Что-то не припомню такого. Было про друзей, но…
— Противоречишь сама себе. Ты уж определись: вести со мной словесную перепалку или слушать.
И правда, чего это я? Видать, нервы сдавали. А повязка на глазах только все в разы усугубляла. Поэтому не стала больше ничего говорить, тем самым дав понять, что выбрала второй вариант.
— Возможно, ты права, — чуть помолчав и, очевидно, вспомнив наш уличный диалог, наконец продолжил мужчина. — Мог и не говорить. Но определенно подумал. Так вот, Майя, ты одна из самых красивых женщин, которых мне когда-либо доводилось встречать. Плюс ты умная. А еще очень изобретательная. Особенно что касается отваживания от себя мужчин. Точнее, одного конкретного. Но тебе также стоит знать: чем больше стараешься, тем сильнее меня влечет к тебе. Да, ты все правильно поняла. Я хочу тебя. Твой взгляд, голос, губы, то, как ты двигаешься, пахнешь, даже огрызаешься. Все это только еще сильнее подогревает мой интерес к тебе. Как же хочется прикоснуться!
После этих слов снова вздрогнула. А все потому, что почувствовала перо у себя на скулах и шее.
— Ощутить тепло твоего тела, не только слышать, но и чувствовать твое дыхание у себя на коже. Оно, кстати, участилось. Все хорошо?
Нет, нехорошо. Но будь я проклята, если признаюсь сейчас этому мужчине хоть в чем-то из того, что теперь чувствовала! Поэтому продолжила упрямо молчать. Лишь сильнее сжала кулаки, чтобы было легче терпеть щекочущие кожу и одновременно возбуждающие прикосновения пера.
— Упрямица, — раздалось насмешливо. — Неужели так ничего и не поняла? Своим нежеланием признать собственные ощущения ты тем самым снова и снова бросаешь мне вызов. А я люблю сложные задачи. Очень люблю.
Господи, только бы хватило самоконтроля все это выдержать! Подозревала, что меня ждала непростая ночь. Но чтобы настолько?! И ведь держит обещание. Дальше разговоров дело до сих пор не зашло. Но какие это разговоры! Да, в кафе подобное точно было бы крайне сложно провернуть. Другое дело — номер отеля, где дозволено в разы больше и можно почти ни в чем себе не отказывать.
— Одно твое слово — и я исполню любое желание.
Ага! Интересно только, мое или свое? Впрочем, нет, неинтересно. Вообще нисколько.
— Хочешь узнать, с чего начну?
Нет. Но это вряд ли тебя сейчас остановит.
 
— Будь у меня развязаны руки, крепко бы обнял за талию, притянул к себе и запечатлел поцелуй на плече. Потом еще один и еще.
Поцелуя не было. Лишь перо. Удивительно, но оно действовало на меня чуть ли не так же, как если бы мужчина сам ко мне прикасался.
— Я пообещал, что не расстегну ни одной пуговицы. Но в своей фантазии уже давно расправился со всеми. Однако снимать с тебя одежду я бы не торопился. Ласкал и дразнил через ткань, пробирался под нее, потом снова отступал и возобновлял пытку. До тех пор, пока ты сама не попросила бы меня о большем.