Власть долга
– Куда? Куда? Назад, Ры́ча, назад!
Горная кошка мягкими прыжками мчалась на юного Джогу-Вара. Тот неотрывно следил за приближающейся рысью. Клинок в лапе заходил ходуном… и вдруг выпал, а сам Джогаш брякнулся на четвереньки и бросился вперед. Все произошло столь стремительно! Наула только и успела пискнуть:
– Ты что? Джогаш?
Ры́ча и Джогаш налетели друг на друга. Ударом лапы рысь повалила детеныша Джогу-Вара на бок, тот в падении прихватил Рычу за хвост, дернул. Та высоко подпрыгнула, раскинув лапы.
Первым не выдержал Гимтар и захохотал на весь двор – вокруг уже столпилось немало зевак.
– Да они играют, клиббово семя! Играют!
Словно в ответ на слова Гимтара, мелкий Джогу-Вара попытался подмять рысь под себя, но та вывернулась и шлепнула противника мягким хвостом по носу.
Изумленная Столхед не верила своим глазам.
– К нам Старый Хозяин пришел, – чуть слышно произнесла Наула, подойдя поближе. Вместе со всеми она глядела, как играют столь непохожие друг на друга дети гор. – Подарил сыну своему нож, просил научить сражаться. А я же не умею… Вот и подумала о тебе, Воительница. Я ведь тоже хочу, как ты. А заодно и Джогаша…
– Приходил Старый Хозяин? – переспросил танас.
– Ага, ну тот… С мечом и кинжалом. Который второму наследнику помогал.
– Это знак от самой Матери Предков, – решительно кивнула Столхед. – Я возьмусь обучить юного Джогу-Вара владеть клинком.
– А меня? – возмутилась Наула.
– И тебя, – закончила Столхед. – После того, как получу на это дозволение от Голоса Империи.
Довольный Гимтар посмотрел на расстроенное лицо Наулы и хмыкнул в бороду.
Глава 11– Леа, ну пора уже! – Вилейка заплясала под окнами от нетерпения. – Ты идешь?
– Иду уже, иду, Таммата-нуи, – раздался из глубины дома на скале мелодичный голос темнокожей красавицы.
Услышав свое прозвище на языке далекого племени из-за моря, Вилейка растянула губы в улыбке. Теперь-то она ведает, что означают эти слова! Девчонка ковырнула облупленную стену дома на скале и подошла к колодцу в середине двора. Колодец был хитрый – воды в нем отродясь не водилось, Арат с Махой ей все рассказали. Вилейка глянула на скобы, уходящие вниз, под землю, и швырнула небольшой камешек в темноту.
Вилея глянула по сторонам. Скучно! Во дворе никого – просторная площадка затянута легкими навесами от палящего солнца. В тени под навесами устроены лежанки на земле вдоль ограды.
– Тесно здесь, – послышалось от двери. В проеме показалась стройная фигура Леи.
– Чего так долго? – подпрыгнула Вилея. – Солнце-то уже высоко! Не опоздать бы…
– Никак не могу привыкнуть к этому новому дому, – пожаловалась Леа. – Ничего не могу найти.
Да уж, чистая правда. Народу в доме на скале и в самом деле нынче набилось столько… Даже молчун Йолташ растерялся, когда увидел прибывших гостей. Столько красивых девушек отныне будут жить бок о бок с юными гвардейцами!.. Глава школы решил загнать учеников обратно под землю, но тут воспротивился Остах-рыбоед: не заслужили такого стрелки-помощники, никак не заслужили. Вот и ютились теперь все вместе: женщины – в доме, а мальчишки – во дворе. Но это ненадолго – Марика, Леа и все остальные чужеземцы вскоре покидают город. Осталось дождаться купца Буддала и мастера-колесника Алвина, и можно выходить. Улыбка пропала с лица Вилеи – дорога лежала в Дорчариан, потому Остах-рыбоед и ее решил отправить обратно вместе со всеми.
Вилейка подбежала и схватила Леа за руку, потащила к воротам. На страже стояли невозмутимые тионатил-кавай-йя с острыми копьями. Стража пророчества и здесь несла свою службу! Но теперь-то Вилейка точно знала, кого на самом деле они охраняют!
Стражники проводили выходящих строгими взглядами, но не стронулись с места.
– И долго ты искала своего нареченного? – спросила Вилея.
Леа вновь рассмеялась. Блеснули жемчужные ровные зубки.
– И не надоело тебе слушать?
– Ты что?! – возмутилась Вилея. Даже остановилась на миг. – Нет, конечно! Разве может такая красивая история надоесть? Рассказывай!
Леа притворно вздохнула:
– Когда я была младше тебя, у меня открылся дар. Однажды самым обычным утром я проснулась и увидела возвращающихся из леса охотников. Один из них был сильно ранен, а из окровавленной груди расползалась по телу серая хмарь. Я посмотрела на свои ладони – они слегка сияли, но никто этого не замечал! Тогда я подошла к раненому охотнику – им оказался самый великий воин нашего племени, старший сын вождя! Вокруг него стенали жены, а я прижала ладони рядом с раной, закрыла глаза и стерла серую хмарь. Когда я открыла глаза, вокруг меня столпилась вся деревня. Раны охотника затянулись… – Дорога пошла в гору, и Леа на миг замолчала, обходя разбросанные булыжники. Сверху нависли развалины Старой крепости, и они направились к руинам. – Вождь поселил меня в своем большом доме, стал хорошо кормить и послал весть в Дождевой храм. Дорога до храма была дальняя, и я жила в доме вождя, лечила хвори и недуги. Вскоре обо мне услышали в соседних деревнях и стали приводить больных. Седмица сменялась седмицей, один месяц другим. Настало время большой воды, и все укрылись в своих домах. А потом прибыли гонцы из Дождевого храма. Меня призывала к себе старая Туомала…
– Это бабушка Туммы, да?.. – шепотом спросила Вилея. – Она очень старая?
– Да… Старше ее нет никого в лесах вдоль Великой реки… Старая Туомала увидела меня, выдохнула дым и закивала. Она сразу меня признала – ведь уже не раз я встречалась Туомале в ее дымных блужданиях. Жрица Дождевого храма возвестила: от Туммы у меня родится сын, который сможет уводить детей Тинаа-тиквы из-под носа у самой смерти. И станет он великим вождем, и соберет все племена Великой реки под своей рукой…
– Вот только Тумма исчез, и никто не знал, где он… – подхватила Вилея, затаив дыхание.
Каждый вечер она слушала эту историю и все никак не могла наслушаться. Вот это сказка, вот это красота!.. У нее с Оли все совсем по-иному…
– Да. Старая Туомала каждый вечер скрывалась в дымных чертогах, пела и искала своего пропавшего внука. Я росла в храме, и грозные тионатил-кавай-йя охраняли меня. Они и стали моими друзьями. Слава о чудесной целительнице разнеслась по обоим берегам Великой реки, и больные потянулись отовсюду. Так и продолжалось до тех пор, пока Туомала не разглядела в дымных видениях своего внука. Он жил в богатом имперском доме и ходил с повязкой на лице, точно слепой.
– А он не слепой, не слепой! У него один глаз горит! Голубой-голубой, как небо в горах! – Вилея затрясла подругу.
Та вновь слабо улыбнулась, до сих пор не веря своему счастью. Все это время, проведенное в странствиях в поисках нареченного, она была уверена: ей не суждено выйти за слепца. Однако Вилейка сообщила ей радостную весть.