Власть долга

Вуго хлопнул в ладоши – и из низенького кухонного проема показались расторопные помощники с деревянными подносами и ароматной снедью. Олтер сглотнул. Танцовщицы с голыми животами и неведомая наложница друга-степняка его не особо заботили. А вот покушать… покушать определенно стоило! Главное – к огненному пхашу больше не притрагиваться!
Оживший Юсси крутился за плечом Юркхи, поглядывая на музыкантов с бубнами, рассаживающихся за помостом. Старик бубнил на торопливом степном наречии, взмахивая руками. Показывал он при этом почему-то наверх, на небо.
– Наложницу нахваливает! – пихнул Олтера под бок веселый Фиддал.
Юркхи нетерпеливо кивнул в ответ, поглядывая на помост, а Оли подпрыгнул на скамье, почуяв знакомый запах.
– Булгуня! Ты как это можешь есть? – не выдержал горский наследник.
Перед юным болотником поставили здоровенную глубокую плошку, наполненную красной густой похлебкой. Булгуня шумно сглотнул, ухватил горсть рубленой зелени и щедро сыпанул поверху жирного варева.
– Ффу-у… – Оли скривился.
– Тихо вы!.. – зашумели кругом.

– То вам награда, – наставлял Остах юных гвардейцев. – Выручили ночного главу, чего уж там…
Впереди показались прикрытые ворота заморского двора, и Остах невольно прибавил шаг. Почему заперты? Ведь нынче самое лучшее, самое доброе время для гостей. Не случилось ли чего?.. Однако из-за ограды послышалась негромкая музыка, и Остах успокоился.
– А вот и танцы начались. Как девок увидите – рты корытом не держите, меня не позорьте. На лавки садитесь да не шумите…
Ребятня заробела, и Остах хмыкнул. Ворье стрелять да резать на ночных улицах не боятся – а как речь о девках пошла, засмущались все…

Тихо-тихо зарокотали гулкие барабаны, а потом застучали-забренчали бубны. Из-за угла показались танцовщицы с голыми животами. Они словно плыли над землей, подняв руки над головой и поводя бедрами. Оли придвинул блюдо с запеченными мелкими птичками, мазнул по танцовщицам рассеянным взглядом и едва не фыркнул. Впереди выступала какая-то мелкая девчонка, притопывая босыми ногами. Да что она тут делает?
Вдруг в стороне, подле хозяйки заморского двора, Оли увидел темнокожую девушку, которая во все глаза с тревогой наблюдала за движениями танцовщиц. Руки прижаты к груди, нижняя губа прикушена, длинные пушистые ресницы дрожат, кудрявый локон повис над щекой. Девушка показалась Олтеру такой прекрасной, что наследник не мог оторвать от нее взгляд.

Остах толкнул створки ворот и наткнулся на два острых копейных наконечника. Чернокожие стражники узнали ночного главу, и пятки копий тотчас пристукнули по брусчатке. Выглядели парни малость смущенными.
– Не ждете гостей? Эти со мной, – махнул себе за плечо Остах и ступил во двор.
На помосте крутили бедрами танцовщицы, а впереди всех, на самом краю помоста, извивалась мелкая девчонка, бренча браслетами. Гвардейцы от невиданного зрелища встали столбом, не смогли более сделать ни шагу, и Йолташ тычками погнал учеников к свободным лавкам. Марика углядела новых гостей, заалела щеками и двинулась навстречу ночному главе. Остах огладил бороду и шагнул вперед.

Народу пришло много, все передние столы заняли! Однако Вилейка сквозь прорезь шелкового полотнища на голове смотрела только на Олтера. Вот сволочь: не только имя себе поменял, но даже и смотреть на нее не хочет! Сидит, гад такой, и на Леа пялится, рот раскрыл. Вилейка гневно зазвенела браслетами. Остальные мальчишки не сводили с нее глаз, а ханич с прямой спиной так вцепился в край стола, что того и гляди отломает… Один только Оли…
Ну, держись, наследничек!..
В такт музыке Вилейка легко спрыгнула с помоста – за спиной тихо охнули подруги – и мелкими шагами, поигрывая бедрами и переплетая в танце поднятые руки, двинулась навстречу гостям.
Юсси зло зашипел, мальчишки пихали друг друга локтями, шептали Юркхи на ухо, но Вилейка смотрела только на Олтера, который наконец оторвался от Леа и с недоумением глядел на приближающуюся танцовщицу.

Олтер глянул на мелкую плясунью. Решила к Юркхи поближе подобраться?.. Оли перевел взгляд на застывшее лицо друга-степняка и криво ухмыльнулся. Ухватил золотистую птичью тушку с блюда и вонзил зубы в печеное мясо.
Танцовщица приблизилась к ханичу вплотную, бубны зазвенели быстро-быстро, и танцовщицы на помосте прогнулись назад, поводя бедрами. А вот мелкая плясунья вдруг одним движением скакнула на стол и очутилась напротив горского наследника. Вокруг охнули. Верный Барат почуял угрозу, качнулся, заслоняя наследника, но не успел. Ловкая пигалица выхватила из-под носа Булгуни полную тарелку горячего пхаша и вылила ее на Олтера, надев пустую посудину на голову.
– Вилея!!! – закричала Марика, не дойдя пары шагов до ночного главы.
– Вилея?.. – заморгал Остах, вглядываясь в гибкую девчоночью фигурку на столе.
– Вилея… – простонал Гафр, оседая по стене, прячась за распахнутой кухонной дверью.
– Вилея! – хихикнула себе под нос Леа, прижимая к губам ладошку.
– Вилея!!! – заорал во все горло Олтер и вскочил с лавки, сбрасывая с себя тарелку. Пхаш обжег лицо, залился за шиворот. – Совсем сдурела? Горячо ведь!
Юная пайгалка сдернула намотанный платок. Ноздри ее раздувались, глаза метали молнии. Она набрала воздуха в грудь…
– Вилея… – Разглядев девичье лицо, Оли глупо и счастливо заулыбался. На ушах у него висела вареная капуста, ко лбу прилип кружок моркови… Все заготовленные юной пайгалкой злые слова испарились. Она посмотрела на своего нареченного и криво ухмыльнулась в ответ.
 
Глава 10
– Плевать на Арну, плевать на Арзрат, плевать на Амаран! – горячился Элам, с раздражением отбрасывая прочитанное послание. Листок покружился и опустился поверх груды свитков. – Но вместе с Империей все летит в бездну! Все, что род Эттиков строил веками! Веками!!!
Элса стояла на краю террасы. Положив ладонь на живот, она поглядывала на долину и Старую виллу внизу. Каждую седмицу повторялось одно и то же: с новыми посланиями отцу приходили все более дурные вести. Личная торговая империя Элама Эттика разваливалась на части.
– Плохие новости? Что там еще?
– Арнские склады в порту… – закряхтел Элам, поднимаясь с кресла. – Где ж это видано! Я отдал приказ вывезти зерно, а моим людям не дают забрать товар! Да их даже в порт не пустили!..
Элса изумленно подняла бровь, обернулась к отцу, не поверив своим ушам:
– Главе Торгового союза Эламу Эттику не дозволяют забрать свое же зерно на своих же складах? У кого на такое хватило дерзости?..
– У стражи престола… – буркнул Элам и встал подле дочери, облокотился на мраморные перила. – Нынче в чести грубая сила, вот гвардейцы и…
Элам пристукнул по белому камню. Через двор промчалась Наула, торопясь к Голубиной башне. За ней меховым комочком катился Джогаш – живой подарок наследника. Последней блажью дочери стало истовое желание обучить детеныша горского чудовища человеческой речи. Элса проводила глазами удивительную парочку и улыбнулась.