Бродячий цирк
Темнеет, и зажигается свет в многочисленных торговых лотках. Воины и гости выходят оттуда с бутылочным пивом. Организовываются сцены, и здесь и там вспыхивают очаги веселья, будто всплывают с болотного дна вереницы пузырьков.
С наступлением темноты Анна тихонько запрягла Топтуна и Марса и дала ещё один шанс строению на колёсах оказаться в гуще событий. С такой сценой на плоской крыше домика артисты не рискуют оказаться незамеченными.
Затея удалась. Джагит сделал несколько факелов, вкопал их в землю по углам фургончика, и представление началось. Анна исполнила акробатические трюки, головокружительные прыжки с крыши на землю с двойными переворотами. Несколько раскрасневшихся от пива молодцев согласились подыграть, и следующий прыжок был с тройным переворотом — прямо им на руки.
Джагит играл роль силача, приподнимая дом на колёсах, ухватившись за одно его колесо, при этом факелы бешено плевались в небо огнём, а танцующие от их света тени растягивались по земле бесконечно во все стороны.
Анну кто-то дёргал за рукав парадного жакета. Она оглянулась и увидела девочку, ту же самую, что подбегала к ним днём, только теперь вокруг шеи у неё был повязан бежевый платок. Девочка улыбнулась и обхватила ладонь Анны двумя своими крошечными руками.
— Там тоже карета, — сказала девочка, указывая куда-то в противоположную от дома на колёсах сторону.
— Ну конечно, — обрадовалась Анна. — Завтра мы выступим ещё. Пока не знаю, получится ли что-нибудь с фургоном. У вас здесь очень строгие полицейские.
— И принц там тоже есть, — доверительно сообщила малышка.
Анна занервничала:
— Не уверена, что мне хочется знакомиться с твоими родителями. Особенно если кто-то из них полицейский. Мы-то с тобой прекрасно друг друга понимаем, а вот их я не пойму. Точно тебе говорю. Я проверяла.
Малышка повисла на руке, чуть не поджимая ноги. Ей очень хотелось показать этой смешной тёте-циркачке другую карету. Анна вздохнула.
— Ну хорошо.
В конце концов они оказались возле старого автобуса, неведомо как оказавшегося посреди поля. «Возможно, он даже не ездит, — подумала Анна, глядя на спущенные колёса. — Возможно, его подняли на плечи все эти добры-молодцы и просто перенесли сюда».
— Волшебный автобус! — сказал Аксель откуда-то из-за спины. — В самый раз для нашей компании. Интересно, если в него запрячь одного из наших тяжеловозов, и…
Девочка взвизгнула и убежала. В глазах Анны читался укор.
— Ты напугал ребёнка.
Аксель пришёл в восторг.
— Без всяких масок. Надо же! Делаю успехи. Чтобы ты знала, детей можно и нужно пугать, потому как они сами того не желая, но пугают взрослых одной возможностью своего появления. Там, где появляется ребёнок, тут же начинают происходить страшные вещи. Сыпется с потолка извёстка, бросаются под ноги игрушки, тебе заламывают пальцы и метко бьют по рёбрам маленькие кулачки. Дети как коршуны. А то и хуже. Что там! Куда хуже!
Анна задохнулась от возмущения, набрала полный рот воздуха, чтобы выдать достойный ответ, как вдруг кто-то сказал:
— Он и сам по себе прекрасно ездит.
И кто-то другой прибавил:
— Автобус.
Артисты завертели головами и чуть не просмотрели двух карликов. Настоящие карлики — маленькие, со сморщенными лицами, они стояли плечом к плечу и смогли бы сойти за близнецов, если бы не отличия в мимике, которые намекали на совершенно разные характеры. Одеты они были в детские штаны и куртки, под которыми виднелись футболки с легкомысленным рисунком; на голове у одного красовалась красная бейсболка, у другого повязана бандана грязно-серого цвета. Два её свешивающихся конца доходили ему почти до лопаток.
— Только у нас нет бензина, — добавил карлик в бандане, тот, у которого лицо казалась чуть похитрее.
— Мы приехали сюда и встали, — развёл руками второй, похожий на грустного клоуна. — Всё, что удаётся заработать, уходит на еду и выпивку.
— Мы слышали, у вас есть цирк! — перехватил инициативу первый; маленькие выпученные глазки сначала осмотрели Анну, а потом переключились на Акселя.
Девушка была в замешательстве: на этих маленьких людей не хотелось реагировать положительно, но и плохого нельзя ничего даже подумать — им, наверное, и без того несладко приходится в жизни!
Зато Аксель, казалось, вот-вот лопнет от восторга. Детей он не любил никогда — наверное, потому, что у самого была воз и маленькая тележка детских привычек — зато к такой экзотике, как маленькие взрослые люди, отнёсся с неподдельной нежностью. Он трогательно взял карликов за руки и потащил их через толпу к фургону, где Джагит с непроницаемым выражением сажал на настоящих цирковых лошадей детей и собирал с их родителей деньги.
— Старина! — издалека закричал Аксель, и все обернулись к нему. — Смотри, кого я тебе привёл. Больше не нужно доставать из тюрбана кроликов — будем доставать карликов!
— Играющих на гитаре карликов, — сказал лилипут с хитрым выражением лица.
— И немножко на кастаньетах, — прибавил вполголоса второй. — Такая, знаете, перкуссия… Если, конечно, мы оба поместимся в вашем тюрбане, достопочтенный фокусник.
Джагит смотрел на Акселя так долго и так тяжело, что Анна поняла, что что-то не так. Джагит отличался потрясающей непритязательностью во многих вещах, но словно в противовес этому, ко многим другим вещам проявлял нетерпимость, и нельзя было угадать заранее, как отнесётся он к той или иной диковине.
Наконец, маг сказал:
— Я не хочу иметь ничего общего с карликами. Без всякой задней мысли к вам, уважаемые, но это моя позиция.
— Но приятель, — начал Аксель и замолк. Он знал, что Джагита переубедить не удастся даже за сотню лет — хотя бы потому, что он проживёт дольше.
* * *
— А почему Джагит не любит карликов? — встрял я посреди рассказа.
Аксель пожал плечами.
— Может, он думает, что в прошлой жизни они были очень злыми, пили из других людей жизненные соки, или что-то вроде того, и поэтому теперь сами родились сморщенными? Я не знаю, малыш. В котелке у нашего колдуна каша из таких суеверий, убеждений, мировых концепций и религиозных табу, какая тебе и не снилась.
И он продолжил.
* * *
— В каждом уважающем себя цирке должны быть карлики, — с сомнением сказала Анна. Она чувствовала своим долгом заступиться за маленьких людей.
Но Джагит уже отвернулся. Видя, что шансы приобрести деньги на бензин и хорошую компанию стремительно падают в пропасть, карлики затараторили:
— Завтра мы придём к вам снова! Надеемся, вы передумаете!
— Все любят карликов! — горячился человечек в бандане. — Да с нами ваша выручка не упадёт никогда!
Джагит пробасил: