Строгий Режим (СИ)
В конце концов, она умудрилась схватить Ферру за рукоять и поместила её в свой инвентарь. И это был конец. Из чужого инвентаря Ферру мне уже никак не достать.
Действие Нектара всё усиливалось и усиливалось. Я сопротивлялся ему заметно лучше, чем обычные мирмеции, но с каждой минутой делать это было всё труднее и труднее. В конце концов я рухнул на колени. Пот градом стекал с моего лица. Руки и ноги дрожали, готовые подвести в любой момент.
Перчинка неторопливо ходила вокруг меня кругами, помахивая мечом. Она могла закончить эту битву в любой момент, одним решительном ударом. Но медлила, растягивая мою агонию.
Очевидно, она хотела насладиться плодами своей победы.
— Итак, мой новый раб… что бы тебе приказать для начала… — задумчиво произнесла Перчинка. — Чем бы ты мог заслужить мою милость и новую дозу Нектара? Ты должен проявить себя хорошим мальчиком, иначе останешься без угощения… Для начала проведи меня к Эгине и ко всему её потомству, что она наплодила… — она задумчиво приложила палец к виску. — Параситики говорят, что яйца мирмеций очень даже хороши на вкус, особенно оплодотворённые. Да и личинки, если хорошенько поджарить их, на вкус нежные, почти как куриное мясо… Угостишь старую подругу в честь нашей долгожданной встречи? Будешь расторопен, и я, возможно, поделюсь угощением с тобой…
Распрямившись из последних сил, я попытался ударить её кулаком. Перчинка со смехом легко отклонила мою руку, не прилагая к тому никаких усилий. Она отвесила мне хлёсткую пощёчину, отчего я снова рухнул в траву.
— Хм, а может быть по возвращению в будущее мне приказать тебе самому заняться твоими девочками? — задумчиво произнесла Перчинка, отвесив мне пинок под рёбра. — Почему бы тебе не заковать их в цели и начать истязать мне на потеху? Я бы отлично повеселилась. А тебя бы наградила порцией отборного природного Нектара…
Поднявшись, я продолжал наседать на Перчинку, борясь до последнего. Та с лёгкостью уклонялась от моих ударов.
— Ты мог бы своими собственными руками наградить Сахаринку личинками параситик, — продолжала говорить Перчинка, злорадно улыбаясь. — Мы бы вдвоём понаблюдали за их ростом и развитием. Думаю, на Сахаринке можно было бы взрастить отличных параситик…
Злость придала мне сил и скорости. Следующий удар почти достиг цели. Я чиркнул костяшкой кулака Перчинке по скуле, оставив ссадину. Министр сладостей злобно зашипела на меня и изо всех сил ударила коленом в живот. Я согнулся пополам, хватая ртом воздух. Всё тело пронзила резкая боль.
— Кстати, — словно бы ни в чём ни бывало произнесла Перчинка. — Хочешь знать, зачем я ввела запрет на секс в Мирмеграде?
Она прекратила атаковать, дав мне небольшую передышку. Я кое-как распрямился, стараясь оставаться сосредоточенным. Если хоть на мгновенье расслаблюсь, мой разум окончательно падёт под натиском гиблого удовольствия…
— Я уже давно это понял, — ответил я, пошатываясь. Я всё ещё сопротивлялся Нектару. Не смотря ни на что. Хотя что-то внутри меня настойчиво требовало пасть к ногам Перчинки и воздать ей хвалу.
— Вот как, — разочарованно произнесла министр. — И что же именно ты понял?
— У мирмеций может выработаться иммунитет к наркотику ломехуз, — произнёс я, переводя дыхание и собираясь с силами. — Если они как следует разнообразят свои гены от представителей других рас. Поэтому ты столько времени тратила на разработку новых сортов нектара. Против людей, мирмеций, эльфов, орков и других рас. Ты приспособила свой Нектар конкретно под потомство Эгины. Но если мирмеции начнут рождаться и от рядовых рабочих, то воздействие нектара на их детей сильно ослабнет… Особенно если отцом окажется кто-то вроде меня с встроенным сопротивлением Нектару. Я прав?
Судя по недовольной перекосившейся роже Перчинки, я попал в точку. Причиной драконовских законов Мирмеграда о сексе была вовсе не борьба за «Мораль и Нравственность». «Законодателем» просто двигали низменные шкурные интересы. Ситуация точь-в-точь как и в моём родном мире.
Лицемеры с умными лицами и в белых одеждах в очередной раз решили поучить других жить. При этом и о себе, любимых, не забыть.
— Одну Эгину ты ещё можешь контролировать, — произнёс я. — И подкладывать ей правильных фаворитов с удобными генами. Но целый Мирмеград мамочек тебе точно не по зубам.
— Умный мальчик… Но это уже не имеет никакого значения! А теперь финальный аккорд! — объявила Перчинка, опустив меч и прильнув ко мне вплотную. У меня даже не осталось сил, чтобы её оттолкнуть.
Перчинка накрыла мои губы своими, вкачивая в меня убойную дозу концентрированного Нектара. Я пытался не глотать, но вещество всё равно просачивалось ко мне в рот, растекалось и впитывалось в нёбо. А оттуда уже попадало в клетки и в кровоток…
Перчинка отстранилась, щурясь от удовольствия, словно кошка.
— Теперь ты мой, — произнесла она, удовлетворенно глядя мне в глаза. Положила руки мне на лицо, поглаживая большими пальцами щёки. — Мой и только мой… я сделаю из тебя личного питомца… Будешь есть из миски и ходить на поводке на четвереньках без одежды… до конца жизни! Отличное наказание за унижение и прочее зло, что ты мне причинил!
Она облизала свои блестящие губы и нежно поцеловала меня в лоб и несколько раз в брови.
«Мой… только мой… моя собственность… моя игрушка…» — шепнула она мне на ухо.
— Перчинка… — прохрипел я, с мольбой глядя ей в глаза. — Откажись от своих планов… прошу тебя… пожалей хотя бы девочек…
— Никогда! — торжествующе произнесла она, её глаза сверкали от удовольствия. — Я победила! Все вы — теперь мои рабы!
— Тогда тебе конец, — твёрдо и уверенно произнёс я ясным голосом.
Что-то в моём тоне заставило Перчинку насторожиться. Этот резкий переход от мольбы к обещанию скоро конца… он сильно не вязался с моим нынешним прискорбным положением. По крайней мере Перчинка видела это именно так.
Неудивительно. Она не знала полного расклада.
— Я дал тебе последний шанс исправиться, — сухо произнёс я. — Но ты его упустила.
Я поднял руку, продемонстрировав Перчинке то, что было в ней зажато — сверкающее золотистое нечто, похожее на сеть из мельчайших микроскопических рун. Нити рун крепко намотались на мои пальцы и тянулись к телу Перчинки, выходя из её груди, рук и шеи.
Пока Перчинка целовала меня, вкачивая Нектар, я воспользовался моментом и незаметно проделал с ней кое-какие манипуляции. А именно — начал извлекать из её тела и души интерфейс Обратная сторона. Перчинка не могла знать об этой моей способности, а потому и попалась на крючок…
— Что… что ты сделал? — в шоке произнесла Перчинка. Взгляд её на мгновение затуманился. — Интерфейс… Ничего не работает! Я не чувствую свой интерфейс!
— А у тебя его и нету, — произнёс я. — Всё, что мне было нужно — подобраться к тебе поближе. И применить умение, которое я не так давно спер у одного… представителя высшего разума. Ну или по-простому модератора.
Рывком я выдернул из Перчинки всю золотую сеть и оттолкнул министра от себя. Перчинка дико закричала, обхватив себя руками за плечи — кажется, чувствовала сильную боль. Но мне было уже всё равно.
— Ещё до начала нашего боя я использовал Сына Маминой подруги, — произнёс я. — И заготовил особое умение, способное решить с тобой вопрос раз и навсегда.
— Что… к-как? Почему? — Перчинка глядела на меня в глубоком шоке. Всё её тело била сильная дрожь. Кажется, она уже слишком сроднилась с интерфейсом и не могла расстаться с ним безболезненно.
— Я использовал особое умение модера Речи, — произнёс я. — Умение, позволяющее манипулировать рунами Речи. Я таким образом спас Соню и Нику от рабства Подземелья. Не уверен, что это бы сработало на лицензионной версии Обратной стороны… по крайней мере свой интерфейс у меня извлечь не получилось, когда я это дело тестировал. Обратная сторона сразу выдала предупреждение, что без корневых прав манипуляция с лицензионной версией Обратной стороны запрещена. Но у тебя ведь пиратка, установленная твоим учителем, жрецом Враалем, верно? И непонятно что с корневыми правами…